Скандальное лето - Дьюран Мередит - Страница 8

– Головная боль пройдет, – заявил мистер Грей, ошеломив Лизу, которая, впрочем, тотчас поймала себя на том, что с болезненной гримасой трет висок. – Пейте побольше жидкости. Лучше всего помогают бульон и чай.

Ох уж эти милые, славные деревенские простофили! Этот мужлан раздает указания с таким важным видом, будто воображает, что она впервые напилась до чертиков. Лишь доброе выражение его глаз удержало Лизу от того, чтобы не рассмеяться ему в лицо. И вправду, стоило ей заглянуть ему в глаза, и на душе у нее стало немного легче.

– Вы благородный человек, – произнесла она. – Истинный джентльмен. – Быть может, настоящие рыцари остались лишь среди людей среднего сословия. Вот почему Лиза так редко встречала их в своем кругу.

Похвала заставила мистера Грея недовольно нахмуриться.

– Я врач, миссис Чаддерли. Я лишь исполнял свой долг.

– Возможно, вам видится это так. – Однако некоторые мужчины, обнаружив ночью в своем саду женщину без сознания…

Она накрыла ладонью пальцы доктора, обхватившие ее локоть. Рука его невольно дрогнула – единственный знак, выдавший его удивление. Костяшки его пальцев казались немного загрубевшими. Неудивительно. Ведь этот человек жил трудами своих рук.

Эта мысль необычайно взволновала Лизу. Какая экзотика! Умелые, ловкие руки. Этот мужчина даже толком не знает, как обращаться с поводьями или с охотничьим ружьем. Жаль, что истинные джентльмены столь редко могут похвастать солидным банковским счетом.

– Спасибо, – произнесла она.

Их глаза встретились, и снова воздух между ними будто сгустился, пронизанный электричеством.

– Не стоит благодарности, – прошептал доктор.

Лиза с жадностью вдохнула аромат его тела, коснувшийся ее ноздрей. Запах мужчины… Крепкого, мускулистого труженика, незнакомого с лондонской модой и не подозревающего о том, что перед ним, возможно, одна из самых прославленных красавиц Англии. Это было нелепо, совершенно абсурдно, но ее вдруг захлестнула волна неизъяснимой нежности. Мистер Грей просто прелесть. Жаль, что она не может взять его на содержание. Забрать с собой в Хэвилленд-Холл, чтобы тот ухаживал за ее царапинами и очаровательно хмурился всякий раз, когда она проснется с головной болью.

Дверь отворилась. Доктор резко отстранился и вскочил на ноги. Если бы они занимались чем-то предосудительным или будь движение мистера Грея не столь грациозным, Лиза сказала бы, что он отпрыгнул назад.

– Превосходно, – обратился он к вошедшей экономке. – Благодарю вас, миссис Браун. – Доктор махнул рукой в сторону чайного столика.

Похоже, он смутился и потому вообразил, будто его прислуге нужно указать, куда поставить поднос с чаем. Чем еще объяснить этот странный жест? Лиза наблюдала за доктором, все больше забавляясь, а тот не сводил глаз с экономки, расставлявшей блюдца на столе. Его, несомненно, влекло к Лизе, и это загадочное притяжение приводило его в замешательство.

– Что ж, – пробормотал он, избегая встречаться глазами с обеими женщинами. – Я оставляю вас, чтобы вы могли спокойно выпить чаю, миссис Чаддерли…

Экономка недоуменно уставилась на него.

Лиза поднялась с кресла.

– О нет, – мягко возразила она, видя, что доктор повернулся к двери. – Пожалуйста, останьтесь. Мне так хочется больше узнать о моем спасителе.

На мгновение ей показалось, что мистер Грей уйдет, оставив без внимания ее слова. Но тут заговорила экономка.

– Сэр? – позвала она изумленным, недоверчивым тоном.

Доктор остановился, расправил плечи. Когда он повернулся, на лице его сияла улыбка, словно Лизин интерес необычайно ему польстил.

– Конечно, – живо отозвался он. Вернувшись к столу, мистер Грей уселся напротив гостьи, продолжая улыбаться фальшивой, натянутой улыбкой.

Он взял свой чай – без сливок, с двумя ложками сахара. Взглянув на Лизу поверх края чашки, он тотчас отвел глаза, словно обжегся.

Щеки Лизы вспыхнули. Ей вдруг пришла в голову безумная мысль. Что, если сказать ему: «Да, я тоже это чувствую. Удивительно, правда?»

Это было бы непростительной ошибкой, ложным шагом, мысленно одернула себя Лиза. Она водила дружбу с герцогами и принцами, ей не пристало якшаться с сельским доктором, пусть у него и красивые руки.

Она нерешительно откашлялась.

– Меня не удивляет, что такой очаровательный мужчина, как вы, родом с севера. – Чуть нахмурившись, доктор посмотрел ей в глаза. Лиза ответила ему самой любезной и ободряющей улыбкой из своего арсенала. – К северу отсюда много чудесных мест. Собственно, почти вся страна, полагаю. Ведь мы на юге, в Корнуолле.

Доктор издал хрипловатый удивленный смешок.

– Это верно.

– Должна ли я угадать, какую часть севера Англии Господь благословил вашим рождением?

– Самую холодную.

Экономка переводила взгляд с доктора на гостью и обратно, словно следила за игрой в теннис. Лиза нисколько ее не осуждала. Немногословные ответы мистера Грея напоминали реплики актера в спектакле. Бедняжка оказался застенчивым!

– Значит, вы перебрались в Корнуолл в поисках тепла.

– На самом деле в поисках мира и покоя. – Взгляд доктора скользнул по телу Лизы и вновь вернулся к ее лицу так быстро, что, возможно, ей это лишь привиделось. Но нет. Кожа ее горела, будто опаленная его взором.

Доктор остро ощущал ее близость, близость женщины, и это ему не нравилось.

Лизу охватило разочарование; свежая рана, нанесенная предательством Нелло, вновь наполнила сердце болью. Она готова бесконечно терпеть робость застенчивого человека, но не брюзгливые нравоучения какого-нибудь ханжи. Лиза поклялась себе в этом на могиле покойного мужа. Никогда больше она не станет извиняться и оправдываться перед мужчиной.

Она наклонилась вперед, расправив плечи и слегка выгнув спину. Хотя ее вечернее платье не подходило для утреннего чая, оно самым выгодным образом подчеркивало грудь.

– Надеюсь, я не слишком грубо нарушила ваш покой.

Доктор устремил на нее долгий пристальный взгляд, от которого Лизу бросило в жар. Ее будто что-то кольнуло, и в следующий миг в животе разлилось приятное тепло.

– Думаю, я скоро приду в себя.

Этот откровенный, оценивающий взгляд не мог принадлежать ханже. У Лизы бешено заколотилось сердце.

– Я должна отблагодарить вас за хлопоты приглашением на ужин. Сегодня вечером, если вы свободны. – В конце концов, это ее долг – оказывать гостеприимство приезжим.

– Увы, – отозвался мистер Грей. – Вечером меня ждут в доме приходского священника.

Лиза озадаченно замолчала. Стоит ли флиртовать с человеком, который по собственной воле водит дружбу с духовными лицами? Чего доброго, он начнет пичкать ее наставлениями, читать мораль.

Но… кто не рискует, тот никогда не одержит победу. Приятное разнообразие, невинное кокетство пойдет ей на пользу.

– Тогда завтра?

Взгляд доктора задержался на ее лице, потом один уголок его рта изогнулся в холодной понимающей улыбке.

– Миссис Чаддерли, думаю, это было бы неразумно. – Лиза растерянно моргнула. Неожиданный ответ доктора можно было истолковать как откровенную дерзость. Похоже, он вообразил, будто стоит ему прийти, и он овладеет ею за десертом. На мгновение у Лизы перехватило дыхание. Улыбка мистера Грея превратилась в широкую ухмылку. – А теперь я вас шокировал. – Он резким движением поставил чашку на блюдце, будто вынес приговор. Фарфор жалобно звякнул. – Должен сознаться, собеседник из меня никудышный. Мое общество не доставит вам удовольствия. Вот почему я вынужден отклонить ваше приглашение. Мне не хотелось бы разрушить ваше доброе мнение о северянах.

Поднявшись, он, словно в опровержение собственных слов, отвесил поклон, исполненный неподражаемого изящества, что говорило о безупречном воспитании, светском лоске и утонченности манер. Но прежде чем Лиза успела указать ему на это, доктор резко повернулся, бросив через плечо обескураженной гостье:

– Миссис Браун проводит вас, сударыня.

С этими словами он ушел, оставив Лизу раздумывать, следует ли ей счесть себя жестоко оскорбленной или принять вызов. Ни один мужчина еще не говорил Лизе «нет», тем более никудышный собеседник, чье общество не доставляет удовольствия.