Зеленые небеса (СИ) - Короленко Александр Анатольевич - Страница 5

- Давай ложись, гуляка! - отец затушил окурок в пепельнице и поднялся. - Днём дел много, надо курятник подлатать, а то крыша там протекла.

- Сделаем курятник! - и я отправился в свою комнату, где по-быстрому разделся и завалился на боковую. Затем подорвался с койки, и подошёл к окну, проверить, ушла ли Викуля, вроде как свалила, не видать. Зато заметил в конце улицы незнакомую чёрную машину, какая-то иномарка, и в ней сидят и курят двое. Достал из шкафа дедовский бинокль, и посмотрел на них через окуляры, непонятно кто это, больно темно, но странно, может воры какие. Достал карандаш с блокнотом, и на всякий случайзаписал номер машины. И после этого, с чувством выполненного долга завалился спать.

Глава третья.

К обеду крыша курятника была готова, отец махнул рукой на приступы бережливости, извлёк из сарая несколько новых листов шифера, которые мы положили вместо старых, совсем потрескавшихся и сточенных дождями.

- Сто лет теперь простоит! - довольно изрёк батя, любуясь на результаты наших трудов. - Инструмент собери, да пошли обедать.

Я взглянул на небо - ни облачка, завтра будет тяжёлый трудовой день, комбайнёры в любом случае будут работать, как угорелые, навёрстывая упущенное время.

- Весело время проводишь, - услышал я за спиной Санькин голос. - Я вот только встал, вообще!

- Ну это понятно! - усмехнулся я. - Герой любовник.

- Я такой! - довольно ответил друг, гладя себя по животу. - Нормально оторвался со своей.

- Перекусишь с нами? - предложил я Саньке.

- Не, не лезет что-то, - тот отрицательно покачал головой. - Если только чаю!

Через полчаса мы с Саней уже шли к дому Лаптевых. Как оказалось, ночью, высадив меня, ребята отъехали к летнему домику у Лебединого озера, и как следует оттянулись с подругами, и пили, и танцевали и то самое было... У меня аж какая-то зависть промелькнула на сердце - парни отдыхают, а я как бобёр какой-то, домой и спать, да курятник ремонтировать.

- О, здорово! - завидев меня улыбнулся Вован и протянул замасленную пятерню. - Как выспался?

Братаны вовсю ковырялись в моторном отсеке "копейки", перемазались до бровей. Поздоровался с Виталиком, заглянули под капот.

- Свечки прокалить решили! - объяснил Вовка, размахивая руками. - Троить начало, только вот не хватало... Ну и масло поменяли, а то как мазут было. - Братан взглянул на меня, - Я своей задание дал Оле по ушам проехать, чтобы всё чики-пыки было, а то от компании отбился совсем...

Он что-то говорил ещё, но я его уже не слушал - головусловно сковало огненным обручем, аж упал на коленки. Боль усилилась, мозг словно рвало щипцами, непередаваемые ощущения. И одновременно что-то чужое пыталось влезть в мой разум, подчинить себе, сознание путалось, я был на грани отключки. Но также понимал, что это вторжение терпит неудачу, им не под силу попасть мне в мозг, и это вполне реально их злит, я чувствовал концентрированную ненависть всем телом. Меня скрючило на земле, так и лежал, обхватив голову руками...

Напасть пропала так же резко, как и началась. Приподнялся на корточки, и меня вырвало недавно съеденным обедом, упёрся дрожащими руками в землю, сил встать не было совершенно.

- Лёха, что с тобой? - услышал я испуганный голос Саньки. Ребята присели рядом со мной на корточки, увидел в их взглядах испуг и растерянность.

- Может за врачом сбегать? - предложил Виталик. - А то ещё "кондратия" схватишь...

- Нет! - ответил я каким-то загробным голосом. - Всё нормально сейчас. Я лучше на скамейку присяду, нормально всё...

Парни помогли мне подняться с земли, и усадили на широкую скамью у гаража.

- Посиди пока, сейчас свечки вкрутим и отвезём тебя! - видеть реально обеспокоенного Вована приходилось исключительно мало, а тут он сразу посерьёзнел, постоянно кидал на меня тревожные взгляды. Меня и самого предельно озадачил происшедший сейчас со мной приступ - неужели я чем-то неслабо болен?

Минут через десять меня высадили около калитки, хотели проводить до двери, но я отказался, нечего пугать родителей. Отлежусь, всё будет нормально. Вошёл в дом и завалился на свою койку, состояние как после долгой и изнуряющей болезни, лишний раз пошевелиться в тягость. Заметил про себя, что дома никого, что было очень странно. По воскресениям родители крайне редко выходили за ограду, занимаясь домашними делами, по гостям тоже не шастали. А тут оба куда-то запропастились. Так размышляя, и уснул.

Проснулся под вечер, встал, обошёл весь дом - никого. Да что же это такое, я уже начал переживать за своих "предков". Уселся на лавочку во дворе и со смаком закурил сигарету, слушая рёв коровы и ругань соседки - рогатая тварь ни в какую не хотела заходить в сарай, вернувшись из общего стада, в котором прошлялась весь день. Хорошо, хоть мы скотину не держали, ну, куры конечно, не в счёт, те сами по себе, у них свои дела.

- Как ты себя чувствуешь? - спросил отец, они с матерью входили в калитку, направив тревожные взгляды на меня.

- Нормально! - пожал я плечами. - А что такое? Где вы были?

По лицу отца скользнула мрачная тень:

- Пошли в дом!

Заметил странный серый пепел в волосах матери, та посмотрела на меня, и я отметил, что такого взгляда как сейчас, раньше у нее не видел, полностью сосредоточенный и напряжённый, неженский взор.

- Так где вы были? - спросил у отца, когда мы вошли в дом.

- В гостях, - отрезал тот таким тоном, что я сразу понял, что ему не до разговоров.

Со двора внезапно раздался звук автомобильного сигнала, меня поразило то как отреагировала на это мать - она очень быстро встала рядом с окном и слегка высунулась, посмотрев наружу, затем на отца. Мне даже показалось на мгновение, что её глаза стали полностью чёрными, вместе с белками.

- Тихо, Люда, всё хорошо, - успокаивающе произнёс батя. - Это Лёшкины друзья. - Он перенёс взгляд на меня. - Иди, ждут ведь.

- Какие-то вы странные сегодня! - сказал я родителям, и вышел во двор.

А на улице стояла синяя "копейка", вокруг неё братья Лаптевы и Саня, рядом с ними их подружки, о чём-то тихо треплются, попыхивая огоньками сигарет.

- Ну что ты, как самочувствие? - заботливо спросил Санька.

- Да нормально, - скривился я, не люблю, когда обо мне слишком много пекутся. - Отлежался, всё в норме.

- Тебе Оля привет передаёт! - загадочно улыбнулся Вовка.

- Да? - а на душе прямо весна наступила, и под ложечкой засвербело сладостное чувство, я был реально рад известию. - Это хорошо! И ей тоже передавайте.

- Передадим! - Любка озорно блеснула глазами. - В лучшем виде!

- Ладно, мы поедем, - сказал Виталик, усаживаясь за руль. - Дела...

Попрощался с ребятами, и "жигулёнок" взревев движком, покатился по улице.

А дома родители, как ни в чём ни бывало смотрели телевизор, сидя на диване, какое-то американское кино, попивая чай из больших кружек.

- Я тебе рабочую одежду постирала, - совершенно обыденным тоном сообщила мать, от недавней напряжённости не осталось и следа. - И кепку новую возьмёшь.

- Спасибо, мам! - буркнул я и ушёл к себе в комнату, где включил на магнитофоне Цоя.

"Группа крови на рукаве.

Мой порядковый номер на рукаве..."

Что же с родителями случилось сегодня, не пойму? Странные очень, как роботы какие-то... Осторожно выглянул из комнаты - те так и смотрят телек, только мать успела укутаться в плед.

Понедельник не задался с утра - накосили бункер зерна, стали выгружать в самосвал и у нас "полетел" подшипник выгрузного шнека.

- Кабздец! - дядя Петя вложил в это слово всю душу, он стоял на подножке комбайна, сжав кулаки. - Просто кабздец.

- Чего делать -то будем? - спросил я у него, понимая, что вдвоём в поле нам не справиться с этой проблемой.

- Что - что? - заорал тот, вылупив глаза. - Ведром черпать, лезь в бункер, нагребай и мне подавай.

Пришлось мне взять ведро и выполнять его команду. Бункер у "Енисея" большой, две тонны, против полторы "Нивовского". И это преимущество встало у нас сейчас поперёк горла, в переносном смысле, естественно. Но торопиться особо некуда, агроном умчался уже на "УАЗике" в мастерские искать подшипник, да и прихватить слесарей в помощь, в запасе время много ещё.