Зеленые небеса (СИ) - Короленко Александр Анатольевич - Страница 51

...Поплавок резко ушёл под воду, и я покрепче ухватился за удилище, но как видно зря - довольно мощный рывок сорвал меня, как порыв ветра кленовый лист на асфальте, и потащил под воду, да ещё с весьма приличной скоростью. С сожалением отпустил руки и проклиная про себя чудище, завладевшее удочкой, вылез на берег. Ни хрена себе порыбачил! Отплёвываясь тёплой озёрной водой, направился к хутору.

- А удочка где? - со смешинками в глазах спросил дед, размазывая кистью краску на капоте трактора.

- Уплыла! - с досадой ответил я. - Что у вас там в озере за кабаны водятся, под воду чуть не утащили...

- Спросил бы сначала, - хохотнул шеф. - И не вздумай купаться - зараз схавают! Ну, если приспичит, три гранаты в воду, и только потом купаться. С час все твари будут скрываться на той стороне. Гранаты в амбаре, слева за входом.

- Кисточка есть ещё? - спросил я у Матвея. - А то с тоски сдохнуть тут у вас можно...

Шеф разбудил меня на рассвете. По-быстрому перекусили вчерашней жареной картошкой с зайчатиной, и лишь чай из местных трав заставил меня прийти в себя, налив тело бодростью, а душу хорошим настроением. Затем я вернулись в нашу комнату и облачились в броню. Трофейный броне-костюм, снятый с Кота нравился мне своей лёгкостью, и не сковывал движений, как моя предыдущая броня. Шеф вручил мне флягу с отваром печени водяного и свёрток с сипулином, распихал всё это по карманам-контейнерам. Засунул в свой ранец сумку для детёныша туши и пистолет с усыпляющими инъекциями. Повесил на плечо "рамзес":

- Иванович, я готов!

Шеф, успевший собраться гораздо раньше меня, и сидевший в ожидании на стуле поднялся и мы вышли во двор. Всё это до боли напоминало наши с отцом сборы на утреннюю рыбалку, любили мы вот так подняться ни свет ни заря, неспешно собраться и выйти в утреннюю прохладу ещё спавшего села, тишину которого лишь изредка нарушали сонный рёв коров и вопли петухов. Только во сегодня было немного страшно, всё-таки шли не за карасями-пескарями.

Во дворе на скамейке задумчиво курил дед, кивнул нам, тихо поздоровались с ним.

- Пошли?

- Пошли, - вздохнулшеф. - Чего сиськи мять?

- Ну тогда, как у вас говорят, - прищурился Матвей. - Ни пуха ни пера.

- К чёрту! - хором ответили мы и направились к воротам, как нас остановил крик Лизы.

- Князь! Дядь Вань!

Повернулись, к нам подошла Елизавета, с тревогой посмотрела на нас.

- Вы уж там осторожнее, - трогательно попросила девушка, встав на цыпочки, приподняла забрало моего шлема и быстро поцеловала меня в щёку. Как дуновение ветерка, но в груди защемило от непонятного чувства. А Елизавета, сверкнув влажными глазами, поспешила быстрым шагом к дому.

- Лиз, всё будет хорошо, вернёмся мы, - попытался её успокоить шеф. - Вернётся твой князь.

В лесу, не смотря на столь ранний час, вовсю кипела жизнь. На ветвях могучих деревьев кто-то ожесточённо чесался, визжал, то и дело до нас доносились звуки возни. Но до двух одиноких путников особо никому дела небыло, даже стая диких собак, повстречавшаяся нам, резко свернула в сторону, огибая нас по большой дуге.

- Дед им не дал на нас напасть, взял стаю под контроль, - пояснил шеф. - Километра на четыре Матвей достанет, а потом всё, годы у старика берут своё, сила падает, сами будем отбиваться.

Вскоре настигли первую россыпь аномалий - шесть пустых, как сказал Иванович образований, не имеющих в себе "огней", но очень опасных, обошли их стороной. Радовало, что на экране шлема я прекрасно видел эти дьявольские создания, система специальных датчиков в цвете выводила их границы, отличный костюм нам принёс Кот.

Насчёт этого урода у меня имелись некие сомнения, но определиться с ними я никак не мог, что-то в этой истории было не так, совсем не так. Какая-то деталь, которую я не мог сформулировать, но знал, что она является ключевой. Ладно, не буду отвлекаться, позже поломаю голову, что да как, сейчас нужно быть на чеку, не отвлекаться, на деда надейся, но и сам хлебалом не щёлкай.

Но пока всё было спокойно, мы шли быстро и уверенно, преодолевая чащу за чащей, лишь вздрагивая от близкого рёва какого-нибудь местного клыкастого обитателя, провожавшего нас хищным взглядом.

- Всё, мы вышли из орбиты Матвея! - сообщил шеф, снимая со спины "калаша". - Видеть он нас видит, а помочь уже не сможет!

Последовал его примеру, взяв наизготовку автомат, щёлкнул затвором.

- Ну, а теперь, потихоньку, - тихо произнёс Иваныч. - Очень тихо и смотреть во все стороны. Стрелять не раздумывая - вокруг одни враги.

Глава двадцать пятая.

Когда достигли бурелома, за которым на "финишной" прямой находился сбитый самолёт, представляющий собой ныне логово кровожадных монстров, шеф остановился. Осмотрелся - впереди сплошь сваленные в гигантскую кучу стволы деревьев, словно безумный великан решил побуянить в этих местах и оторвался от души на несчастных зелёных исполинах, повыдёргивал их из земли, как морковки и сложил кучей. Впрочем, если бы мне сказали, что так оно и было, я б не задумываясь поверил. Потому что в этом мире уже ничему не удивлялся, слишком он странный и необычный.

- Ну всё, Алёша! - тихо сказал Матросов, протягивая мне световую гранату. - Остаёшься тут, пока я не достигну своей позиции. Затем действуешь по плану, хлебнув из фляги. Вопросы?

- Нет вопросов, - пробормотал я, ощущая предательский холодок в животе. От осознания того, что вскоре мне предстоит поистине адский марафон, начало немного потряхивать, совсем как перед хорошей дракой. - Какие там вопросы...

- Ну и ладушки! - улыбнулся Иванович. - Шоу маст гоу он!

- Чего? - покосился я на него.

- Говоря по-русски - спектакль должен быть сыгран не смотря ни на что! - пояснил шеф, удручённо качая головой. - Как говорил Моцарт, а за ним повторил другой мужик. Ладно, деревня, я пошёл, жди сигнала.

И Матросов неслышно растворился среди могучих стволов деревьев, как ниндзя в голливудских фильмах, что видел в свою недолгую счастливую колхозную жизнь.

Привалился спиной к огромному бревну, и дрожащими руками достал из контейнера на боку небольшую фляжку, положил её рядом на траву. Затем вытащил из ранца пистолет с инъекциями для жертвы, повертел в руках...

Трандец, пронеслось в голове, как же страшно, аж зубами стучать начал, немного рассердился за это на себя. И стало ощутимей легче, удивился этому факту. Вероятно, запустилась моя "прошивка", ибо тело стало ощущаться немного иначе, и это момент был мне уже знаком. Обрадованный этими изменениями, сосредоточился на них и понял, что теперь мне уже почти не страшно, осталось лишь лёгкое возбуждение перед предстоящим, дрожь прошла и пришла уверенность. Что я сумею всё сделать в лучшем виде, и никто лучше меня это не сделает...

...- Я на месте! - раздался в шлеме голос шефа. - Действуй, Лёша! Удачи тебе!

- Понял тебя! - ответил я ему. - Спектакль будет то что надо, Иваныч!

Закинул автомат с ранцем за спину, повесил на плечо сумку и отвинтив пробку фляги, в два присеста выпил содержимое. Редкостная мерзость, но эффект сумасшедший - не прошло и минуты, как я почувствовал в себе ТАКУЮ силу, что казалось, смогу раскидать эти многотонные брёвна как щепки, и это мне определённо нравилось. Мощь буквально распирала меня, просилась наружу, искала выход, и я чуял, что если останусь стоять на месте, точно лопну на части.

Испустив во все лёгкие крик Тарзана, услышанный как-то по телевизору, разбежался и прыгнул на нагромождение павших деревьев, и охреневая от самого себя, помчался по бурелому.

Я прыгал, цеплялся руками за брёвна и тут же пружинил от них ногами, словом, киношный Тарзан мне точно был не ровня, так, детский сад, слишком уж мои движения были точными и выверенными. Получается, часть мозга, отдельно от сознания, просчитывала все мои кульбиты, я лишь направлял тело, а оно само решало, как лучше, что ж, удобно.

Вскоре я увидел погибший самолёт. Колоссальных размеров аппарат, что не говори, а уровень техники у них намного выше, у нас точно таких больших не строят. Вокруг обломков транспортника шастало несколько туш, но обо мне они точно не знали, так как занимались своими делами. Кто-то сидел на траве и чесался, два монстра, потеряв всякий стыд, завывая и рыча, спаривались на глазах у всех, а один вообще откладывал кучу в только что вырытую яму, придав морде сосредоточенное выражение.