Дважды соблазненная (Преимущества соблазнения синего чулка) - Дэр Тесса - Страница 5

– Во дворе?… Но я только что вошел. А на улице холодно, как в «киске» ведьмы. И почти так же сыро, – проворчал Гидеон. И тут же, словно что-то сообразив, с чувственной улыбкой прошептал: – Но если вам захотелось уединения, то предлагаю другое место…

Мередит тяжко вздохнула. Сейчас было не самое подходящее время для флирта. Оттолкнув Гидеона, она сообщила:

– Вы не сможете разгружать фургон сегодня ночью.

– О чем вы? Да, понимаю, туман довольно густой, но к тому времени, когда навьючат пони, погода…

– Нет-нет, нельзя. Я серьезно, Гидеон. Сегодня ночью невозможно. Завезите фургон в сарай, и мы накроем его одеялами и тряпками. А Деррил для верности может на нем переночевать.

Гидеон презрительно фыркнул:

– Я не доверил бы Деррилу Тьюксу охранять мою выпивку, даже если пришлось бы ненадолго выйти, чтобы облегчиться. – Тут из глаз Гидеона исчезло веселье, и он добавил: – У меня сегодня очень ценный груз, Мередит. Двое моих людей, вооруженные пистолетами, стерегут его. Было бы слишком рискованно оставить груз в сарае.

«Двое с пистолетами?» – удивилась Мередит. Она снова посмотрела в сторону бара.

– И как обычно, у меня там есть кое-что для вас, Мередит. Вы же знаете, я щедро плачу за использование пони вашего отца.

– Знаю-знаю. Но вы не понимаете…

– Я понимаю одно: вы постоянно оглядываетесь на того джента у стойки. Дюжий урод, верно? Откуда он? – допытывался Гидеон. Внезапно помрачнев, спросил: – Может, он напугал вас?

– Нет-нет, это просто проезжающий, – пролепетала Мередит. И тут ее осенило. – По крайней мере сам он так говорит. По-моему, его послал с каким-то поручением лидфордский судья. Лучше не давать ему причин для подозрений. Подождите до утра, пока он не уедет.

– Сами знаете, я не могу перевозить товар днем. А лидфордский судья уже больше года у меня в кармане. – Гидеон стащил куртку и швырнул ее своему сообщнику, стоявшему неподалеку. – Что ж, пожалуй, пойду познакомлюсь. Прибавьте его выпивку к моему счету, хорошо?

Мередит попыталась протестовать, но Гидеон уже шагал к стойке.

– Я Гидеон Майлз, – объявил он, бросив свою кепку у локтя Риса.

Рис поднял голову и спросил:

– Мне следует знать это имя?

– Да, полагаю, что так. Впрочем, скромность никогда не входила в число моих добродетелей.

Рис со вздохом уперся ладонями в стойку и поднялся. Мередит заметила неуверенную улыбку Гидеона. Тот был мужчиной крупным, но Рис явно подавлял его своим присутствием.

– Можете больше ничего не говорить, – заявил Рис. – Хотите, наверное, показать мне волшебную пещеру и продать бутылку с золотым песком эльфов?

Теперь Гидеон по-настоящему растерялся. Но все же проговорил:

– Я не знаю, на что вы намекаете, черт побери, но чувствую: нужно бы хорошенько врезать вам за эти слова.

Мередит сокрушенно покачала головой. Хочешь не хочешь, придется вмешаться.

– Простите, что перебиваю, – сказала она Рису. – Мистер Майлз – наш местный… поставщик мануфактуры. – Она проигнорировала выражение оскорбленной гордости на физиономии Гидеона. Но он скоро поймет причину ее лжи. – Мистер Майлз, это Рис Сент-Мор, новый лорд Эшуорт.

Все присутствовавшие тут же замерли. И все разговоры оборвались на полуслове. Имя Эшуорт произвело такой же эффект, как недавний взмах медным подсвечником. Потому что в этом имени таилась угроза.

– Эшуорт? – злобно процедил Гидеон.

Рис оставался бесстрастным.

– Да, мистер Майлз, – спокойно ответил он. – Похоже, теперь мы познакомились.

По комнате прокатился ропот. И было слышно, как ножки стульев скребли по сланцевым плитам пола.

– Что вы здесь делаете? – осведомился Гидеон.

– Все, что мне угодно. Я перед вами не отчитываюсь.

Мередит поняла: следовало поскорее положить конец этой сцене. Ведь она едва успела убрать комнату после первой драки. А во дворе ждали вооруженные люди Гидеона с фургоном контрабандного товара, ради которого тот готов был убить всякого, кто на этот товар посягнет.

– Он здесь на одну ночь, – объявила Мередит. – И я как раз собиралась показать ему комнату, мистер Майлз. А ваш товар подождет до завтрашнего утра. И теперь вы, наверное, понимаете, почему нельзя разгрузить ваш фургон сегодня.

Он понял. Но разозлился еще больше. И, набычившись, проворчал:

– Деррил и без вас может проводить его наверх.

– Но это моя гостиница. А он мой постоялец, – заявила Мередит. – Прошу идти за мной, милорд.

Не дожидаясь ответа, она повернулась и направилась к задней лестнице в надежде, что Рис последует за ней. Он последовал, и древние ступеньки застонали под его тяжестью.

– Простите, что доставляю вам столько хлопот, – извинился Рис.

– Никаких хлопот, – заверила Мередит, замедляя шаг. – Но если не посчитаете меня слишком бестактной… Скажите, почему вы здесь?

Рис тяжко вздохнул:

– Откровенно, миссис Мэддокс?

Она оглянулась и молча кивнула.

– Так вот я сам себя об этом спрашиваю, – ответил Рис предельно откровенно.

– Вот ваша комната, – сообщила Мередит, уже в коридоре. Открыв дверь, она отступила в сторону.

Рис вошел и медленно повернулся, разглядывая комнату. Мередит затаила дыхание, ожидая его суждения. Она только на днях закончила заново обставлять эту спальню – первую по ее плану сделать из «Трех гончих» респектабельное заведение. Настоящую гостиницу, где богатые путешественники заранее хотели бы провести ночь, а не просто случайно оказаться здесь из-за сломанного колеса кареты, например.

Мередит со вздохом принялась разводить огонь. Только сегодня днем она стояла посреди этой комнаты, ужасно гордая своими новыми занавесями с оборками и стеганым одеялом. А голубая фарфоровая ваза на каминной доске, по ее мнению, добавляла спальне элегантности.

Теперь же, оглядывая комнату как бы глазами Риса, она заметила голые потолочные балки и обшарпанные стены, а также почувствовала удушливый запах торфяного дыма от камина… Увы, все выглядело безнадежно жалким и унылым.

Можно представить, какой посчитают эту комнату титулованные джентльмены! Кого она пытается одурачить?

– Деррил принесет ваши вещи. Попросить его выполнить обязанности камердинера?

– Не стоит, – поспешно ответил Рис, и Мередит показалось, что его передернуло. – Это совершенно необязательно.

– Умывальник в углу, сэр. – Рис молча кивнул, и она добавила: – По утрам мы подаем завтрак внизу. А если вам что-то понадобится, то дайте знать.

– Спасибо. – Рис поднял глаза к потолку. – А эта комната, она…

– Да, сэр, сильно продувается, я знаю. Простите. Ночью я пришлю Деррила – подбросить торфа в огонь. А в сундуке есть еще одно одеяло. Но если станет слишком жарко, то приоткройте окно. – Тут Мередит с ужасом поняла, что трещит как безумная сорока и не может прикусить язык. Помолчав, она добавила: – Конечно, комната довольно бедная по сравнению с теми, к которым вы привыкли, но надеюсь, вы найдете ее не слишком неудобной.

Рис повернулся к ней, улыбаясь, и она вдруг лишилась дара речи.

– Неудобной? – переспросил Рис. – Поверьте, в армии я чаще всего проводил ночи на голой земле. А мои комнаты в Лондоне были почти пусты и невыносимо холодны. Уверяю вас, это лучшая спальня из всех, в которых я ночевал. Уже много лет у меня не было ничего подобного. Истинная роскошь. Сегодня ночью я буду спать очень крепко.

Сердце Мередит радостно подпрыгнуло. Черт побери! Она по-прежнему тоскует по нему! Тосковала с самого детства, и, как видно, ничего не изменилось. Но утром он уезжает…

– Собственно говоря, – беспечно проговорил он, подходя к окну и выглядывая наружу, – я так доволен этой комнатой, что готов расцеловать вас за нее.

О Боже! Вряд ли поцелуй исцелит ее тоску по нему!

А он вдруг резко вскинул голову, словно удивившись собственным словам. Ну еще бы! Такое абсурдное желание! Ведь когда он в последний раз видел ее, то не заметил ничего, кроме костей и веснушек.

Словно в подтверждение ее мыслей, он покачал головой и пробормотал: