Гринвуд (СИ) - Пачесюк Максим Григорьевич - Страница 30

  - Веселого прапорщика?

  - Да, именно.

  - Святые небеса!

  - Что такое?

  - Это моя кличка из армии. - Финли подошел к двери и крикнул. - Прапорщик слушает, а кто спрашивает?

  - Сердцеед-неудачник.

  - Не верю, Стюарт слишком крут для вас. Ни один демон его бы не взял.

  - Ну, судя по его памяти, он прогнал четверых только одним усилием воли. Действительно крепкий человек был.

  - Был?

  - Проиграл мне, хотя, скорее всего, после этого он и отправился в рай.

  - А тело он, значит, тебе оставил? Не похоже на него.

  - Он же не был месячным братом, как ты. Откуда ему было знать, как помешать мне. Кроме того, он слишком устал. Его почти полтора года насильно кормили мясом магов и опаивали эликсирами. Люди от такого быстро устают. Хотя он и пытался помешать тем, кто открыл мне дорогу. Однажды он даже перетер до крови кандалами запястье, после этого их заменили на шелк. А чтобы не есть мясо, сам сломал себе зубы один о другой.

  - Что ж ты прав, Энтони заслужил рая.

  - Теперь Энтони Стюарт, это я. Мне нравится это имя. Я назывался так всем магам, которых выпил.

  - В Бримии его все равно будут помнить, как хорошего человека.

  - В Бримии? Вот что сталось с твоей Бримией! Теперь здесь сжигают магов, а бесы - национальный символ.

  - Есть и другая Бримия.

  - Ты о последнем оплоте магии и монархии? Ему не долго осталось.

  - О мавританских государствах забыл.

  - Ты серьезно считаешь, что они помогут Новой Бримии? Да белые короли тысячелетиями разоряли их земли.

  - Тем не менее, они не отказались ни от магии, ни от монархии.

  - Что-то нас совсем занесло.

  - И, правда, чего хотел?

  - Парнишка твой, он же сын капитана и той шлюхи Буна? Мне вот все его лицо знакомым казалось, а когда тебя увидел - вспомнил. - Лиам весь насторожился и взглянул на отца. Тот и бровью не повел, просто ответил уверенным голосом.

  - Его мать была порядочной женщиной.

  - Не все так считали, - хихикнул за частоколом демон. - А почему ты взял его фамилию вы же с капитаном никогда в друзьях не ходили?

  - Месячный брат не имеет фамилии, но я остался здесь, поэтому я решил взять фамилию самых смелых и самоотверженных людей, которых знал. Это моя дань Кейдену и Хейли Гринвудам.

  - Эй, баронет, ты, наверное, ужасно горд своими родителями?

  - Баронет?

  - Ты, ты. Это наследный титул твоего отца.

  - Да, горжусь!

  - Так может, поддержишь честь титула? Давай устроим дуэль, только ты и я. Что скажешь?

  - У нас вроде уже как была одна, и я тебе рожу нафаршировал свинцом.

  - Не очень то она честной была.

  - И кто в этом виноват?

  - Ладно, ладно. Давай устроим честную. Обещаю не жульничать.

  - Поцелуй меня в зад.

  - Не по благородному как-то.

  - Тебе подойдет.

  - Хватит, - перебил их Финли. - Никто тебе не поверит демон. Придется тебе нас штурмом брать.

  Глава 41

  - Хочешь повеселиться?

  - Хочу ответов. Меня достало выуживать информацию по крупинке. Рассказывай все.

  - Ну, одно другому не мешает. Пошли, поможешь мне передвинуть бочки с порохом. - Всего бочек было три, и чтобы не оставлять ничего врагу, две из них перетащили в самые просторные комнаты, а одну оставили в мастерской. - С твоим отцом я познакомился в восточных колониях. Тот еще был сорвиголова. Нет, перед боем он никогда не пил, да и солдат в строгости держал, они, конечно, мародерствовали, но никогда не насиловали. Ты не морщься. Война - всегда зверство. Она одновременно обнажает в людях и лучшее и худшее. Я там и был по этой причине. Где зверство, там и бесы. А иногда отдельно взятый раджа устраивал кровавый ритуал, чтобы призвать дэва на наши головы. Демона. По сути, я не служил, но по бумагам был приписан к лучшей роте легкой пехоты в армии. Командовал ей твой отец.

  - Лучшие мародеры?

  - Воин и мародер - почти одно и то же. Солдат обязан мародерствовать, если хочет выжить. К чести твоего отца будет сказано, его людей никогда не пороли. - Ведя разговор, Финли раскладывал возле бочки с порохом палаши и сабли, нагромождал вокруг ружья, да рассыпал инструменты. - Пошли за дровами. Единственным его пороком было то, что он ни одной юбки не пропускал.

  - Да..., не это я хотел об отце услышать. Впрочем, в этом он на тебя похож.

  - Эй! А сам-то в бордель не ходил?

  - Дальше рассказывай.

  - Одно время квартировали мы в Бурапхатаме. Там то, он и встретил леди Хейли. Она была приемной дочерью губернатора - лорда Аламейна из Бунов. Добрейший был старик. Одни поговаривали, что она его незаконнорожденная дочь, да только не было в ней и толики их крови. Буны, будь то мужчина или женщина все маленькие, щупленькие и добродушные.

  - Погоди, разве Буны не силачи?

  - Да, наследственная магия Бунов - магия силы. Неофициально их еще лордами и леди силы называют. Но именно из-за нее их мускулы не особенно то и развиваются.

  - То есть, силачи маленькие, а самые быстрые тогда? Жирные что ли?

  - Нет, насколько я помню. Не перебивай. Другие говорили, что она его любовница. Эту мысль ты уже слышал. Тоже врали. Слишком уж честные ребята эти Буны. На них, да еще на Стилстоунах и держалась империя.

  - Стилстоун, это же последний премьер-министр?

  - Да, лорд стали, а официально герцог Уэксборо. Но мы не об этом. В общем, папаша твой заинтересовался этой девушкой. Дома по нем уже сохла парочка титулованных леди с богатым приданным, так что не думаю, что он был тогда серьезен. Но девушка оказалась не так уж и проста. Нарвался его корабль на рифы. Когда я покидал колонии, она все еще была с ним холодна, а он только перестал кутить и совершенно бросил пить.

  - Покидал? А я когда родился?

  - Через три года я вновь их встретил. Мы организовывали вывоз детей малоимущих джентри, из-за линии фронта, а отец твой командовал защитой одного из участков баррикад вокруг Окенхолтского порта. Все случилось неожиданно. Повстанцы дали нам слово, что не нападут, если мы уберемся в течении трех дней.

  - И?

  - А ты не знаешь? Не преподавали вам этот отважный маневр на истории революции? - неожиданно зло спросил Финли.

  - Окенхолтский прорыв?

  - Именно. Повстанцы ударили по самому защищенному участку ночью. Они использовали какое-то хитрое алхимическое зелье. Когда пузырек разбивался, оно испарялось. Солдаты выкашливали легкие кусками и в страшных муках валились замертво. Уцелели только маги, успевшие защититься. Но повстанцы были вооружены первыми револьверами, а у нас были старые мушкеты и винтовки. Кроме того за нами были дома, с женщинами и детьми. Семеро моих братьев пало, офицеров перебили. Я бросился к домам, чтобы предупредить о прорыве. - Руки Финли начали дрожать, как дрожали они в тот день.

  - Я бежал и кричал, чтобы уходили, но сонная толпа была слишком медленной. Я убил первых добежавших повстанцев палашом. Мне хватало скорости уворачиваться от пуль. Рядом со мной внезапно возник твой отец. Он тоже был чертовски быстр в тот день. Ребятишки постарше кинулись нам на помощь. Их убивали быстро. Был там один, он вырывал камни из мостовой и бросал их, со скоростью пушечных ядер. Он продержался не многим дольше. А потом пришла твоя мама - беременная женщина с огромным пузом. Она пускала цепные молнии. Слабые, они не убивали, но быстро выводили из боя пятерых, а то и шестерых. Но их было слишком много.

  Твоя мама..., она получила пулю в живот. Тебя только чудом не ранило. Когда мы опомнились, толпы уже не было, повстанцы обошли нас и погнали их к воде, убивая всякого отставшего, будь то взрослый или ребенок, а на улице остались только мы, да куча трупов. Твоя мать умирала, а отец был сильно ранен в бедро. Помню, еще жалобно мяукал случайно покалеченный котенок.

  За нами стоял крик убегавших и яростный клич повстанцев, я хотел было броситься им на помощь, но меня остановил твой отец. - Вторая волна! - крикнул он и указал на улицу впереди. - Ребенок, спасите его, - попросила твоя мать.