Софья Стоцкая: Ангел Особого Назначения (СИ) - Оленик Виктория - Страница 33

— Наверное, это весело…

— Так поехали?

— Ну… Почему нет?

Первым сюрпризом для меня оказались олени. Самые настоящие летающие северные олени, запряженные в сани. Гэри помог мне усесться, как настоящий джентльмен, так что я осталась вполне довольна.

Олени летели быстро. Я даже не заметила перемены миров, но стало значительно холоднее. Я поняла, что мы летели на север.

— Шубку накинь! — позаботился обо мне Гэри. Я послушно закуталась в лежащую поблизости шубу и почувствовала себя Снегурочкой, разве что рядом был не Дед Мороз со следами разгульного образа жизни (да не в обиду Дедам Морозам будет сказано! Это касается только моего бывшего соседа!), а настоящий красавец. Против я ничего не имела!

— Смотри! — Гэри отвлек меня от размышлений и заставил посмотреть вниз.

Боже! Как красиво! Внизу был город, будто сошедший со страниц сказки: огни, дома. Туда-сюда сновали оленьи упряжки, развозящие пассажиров. Заманчиво сверкали вывески магазинов, причудливые фонари привлекали взгляд даже с такой высоты.

Наши олени тоже стали потихоньку спускаться.

— Сиверлэнд, — улыбнулся напарник в ответ на мой восхищенный взгляд.

Олени мягко опустились на мощеную булыжником мостовую и тряхнули колокольчиками. Послышался звон, которому тут же ответили колокольчики других оленей.

Я смахнула снежинку с носа и огляделась.

Внизу Сиверлэнд был еще прекраснее, чем с неба. Старинные маленькие домики толпились по бокам широкой аллеи, фонари в уже наступившей темноте весело освещали их фасады. Тихо падал снег, мягко опускаясь на землю. Вокруг было полно народа. И все такие веселые, румяные! Это словно сказка! Только наяву…

Гэри помог выбраться из саней и отпустил оленей.

Только сейчас я заметила, что вместо привычного топика и бриджей на мне шикарное платье, расшитое серебряными и золотыми нитями. Такое, о котором я всегда мечтала в детстве… Я благодарно посмотрела на Гэри. Тот улыбнулся.

— Нравится? Сам выбирал! — с гордостью известил он, сияя по подобию начищенного таза.

— Гэри, ты и правда душка! — только и смогла сказать я.

— Еще бы! Считай платье моим извинением за экзамен.

— Заметано.

Единственное, что меня волновало и не давало покоя, так это вопрос, зачем Гэри все это устроил.

— Ну, я подумал, что мы теперь должны получше друг друга узнать. Мы же напарники, а значит — друзья, — он словно прочитал мои мысли.

— Гэри… Это лучшее, что можно было придумать! — я с трудом подобрала нужные слова.

— Подожди! Я еще тебя научу на коньках кататься! — зловеще пообещал напарник, беря меня под руку.

— Правда?

— Конечно. Потом, позже. А сейчас, мисс, не хотите ли прогуляться по Сиверлэнду?

— С удовольствием.

Гулять по этому городу действительно было удовольствием. Здесь была ни с чем не сравнимая атмосфера праздника и доброжелательности. Такое можно испытать только перед Новым Годом, когда в вечернем праздничном городе сверкают огни, гирлянды, падает снег, на лицах людей играют непонятные улыбки, и в воздухе витает дух счастья, а ты идешь вместе с друзьями. И хочется петь, веселиться, улыбаться! И так хорошо!

Мимо пролетел белый почтовый голубь с письмом в клюве. Проехала оленья упряжка, поднимаясь ввысь. Пробежали дети, весело выкрикивая что-то на ходу.

Гэри схватил меня за руку и потащил в магазин.

— Я хотел купить тебе что-нибудь… В знак дружбы, конечно, но не знал, что тебе понравится, — он окинул взглядом ювелирный прилавок.

— Гэри, я не могу… — пролепетала я, не в силах оторвать взгляд от бесценных украшений из драгоценных камней. Никогда не питала страсти к драгоценностям, но ТАКИЕ шедевры не оставят равнодушными никого.

— Это мой тебе подарок…

Он подозвал усатого продавца и шепнул ему что-то на ухо. Тот убежал куда-то на минуту, а затем вернулся с коробочкой в руке. Гэри аккуратно взял ее и открыл.

Такой красоты я не видела никогда… Этот кулон…Это был огромный камень, чуть прозрачный, глубокого синего цвета, как вода в озере. Он завораживал, притягивал…

Я вздохнула:

— Не могу, Гэри! И не проси!

Он и не просил… Широко улыбнулся и небрежно бросил деньги на прилавок.

— Я беру этот, — посмотрев на мое лицо, напарник сжалился-таки. — Софья, не думай, ты мне ничем не обязана. Это просто подарок. Можешь по-прежнему спорить и ругаться со мной. Я не против!

— Зачем…

— Затем, что мне надоело тебя вечно спасать!!! Этот кулон охраняет владельца от нелепой смерти и опасности. Тебе это точно пригодится. И чтоб носила! Увижу без — нелепая смерть точно будет!

Я хмыкнула, но подарок приняла.

— Спасибо, — я не знала, что еще сказать. Но напарник меня понял.

— Что ж, прокатимся на коньках, а? — задорно улыбнулся он, и в его глазах заплясали знакомые азартные огоньки.

— Я не умею кататься на коньках!

— Научу!

— А ты хорошо учишь? — подозрительно спросила я.

— Еще как! Мой бывший ученик… По секрету скажу, он сейчас в больнице с переломом лежит… Так вот…

Что случилось с его бывшим учеником, я так и не узнала, зато живо представила себе несчастного парня, лежащего на койке с поднятой вверх загипсованной ногой и на все лады проклинающего тот день, когда он повстречался со своим «учителем»… Меня тут же начал бить истерический хохот, и под ноги я, разумеется, не смотрела, а в результате попыталась растянуться на мостовой. Гэри ловко подхватил меня, не дав повторить судьбу своего бывшего ученика. Я засмеялась еще сильнее, Гэри тоже.

— Не спеши! Успеешь еще ножки-то переломать! Во-о-он на том катке…

— О, боже!!! Ты издеваешься?!

Каток был громадным. И явно пользовался успехом. Его плавно пересекали влюбленные парочки, родители учили своих детей кататься, старички разминали косточки и упивались воспоминаниями своей молодости. Я натянула коньки. Гэри помог мне встать на лед.

— Смотри… Свой вес перенеси вперед… Ну же! Попробуй!

Я сделала несколько неуверенных шагов и чуть не расквасила нос. Гэри уже во второй раз спас меня от незавидной участи прошлого ученика.

— Нет-нет… Не иди — скользи!

Кое-как, с поддержкой друга, мне удалось научиться с грехом пополам «скользить». Зато через полчаса я уже весело рассекала коньками лед.

— Молодец! — хвалил меня «учитель», наматывая круги и выделывая нереальные кренделя.

— Гэри, упасть не боишься?

— Нет! Я за всю свою жизнь ни разу не упал!

Сказал и грохнулся! Я чуть не умерла со смеха.

— Ну что? Первый? — я протянула хвастунишке руку. Гэри хитро прищурился и дернул меня за эту самую руку помощи вниз. Теперь пришла его очередь помирать от смеха.

— Так нечестно!!!

— Хе-хе! — противно захихикал напарник, изображая, по всей видимости, Бабу-Ягу в приливе старческой вредности.

— Ты гадкий!

— Очень. Очень гадкий, — как всегда, легко согласился приятель, с трудом поднимаясь со льда.

Я считала, что ничего прекраснее уже быть не может! Но я ошиблась! Вечер только начинался…

По небу прокатился рокот. Все замерли.

И тут тысячи звезд соединились в единое целое и вспыхнули, разливаясь в самое прекрасное, что есть на свете — в Полярное Сияние.

Я затаила дыхание. Ночное небо заиграло тысячами красок, переливаясь всеми цветами радуги. Полярное сияние напоминало невесомое, воздушное одеяло, закрывающее широкие просторы ночного неба. Потом я узнала, что это было не Полярное сияние, а Сияние Звезд, которое можно увидеть в Сиверлэнде и нигде больше.

А потом… Началось веселье! Начался бал! Песни и музыка лились отовсюду, фейерверки взлетали мерцающими птицами, рассыпаясь потом на тысячи нежных цветков розы, опускающихся вместе со снегом на головы зачарованных зрителей. Невесть откуда на улице появились столы со всякой снедью, оркестры, играющие волшебную и легкую музыку, обычный вид улицы сменился нарядными гирляндами, тысячами мелких огоньков и лепестками розы на мостовой. Кто-то выхватывал свои жезлы и магические палочки, которые обычно имеют ученые ведьмы и маги — люди, не родившиеся в семьях ангелов, но овладевшие магией, — и показывали разнообразные фокусы, как, например, золотой дождь, поглощение огня, метаморфозы и создание фантомов. В результате по улице летали бабочки — прозрачные, призрачные, казалось, что стоит дотронуться до них, и они растают.