Любовница по ошибке - Робинсон Мэгги - Страница 18

Словно чувствуя, что пик совсем близко, она подняла глаза, синеву которых затмевало желание. Она ни в чем не откажет ему. Безмолвно и благодарно. Его пальцы зарылись в копну распущенных волос, а сам он эгоистично удерживал ее на месте. Она лишь чуть-чуть вздрогнула, когда он нашел свое завершение, и не разочаровала его, не попыталась отодвинуться. Сквозь тяжелые веки он смотрел на ее дергающееся горло, пока он изливался в нее. Никогда в жизни он не видел или не испытывал ничего более чувственного и сладострастного.

Да, она совершенно неотразима. И Бэй был окончательно порабощен. Приподняв ее влажное тело, он прижал ее к себе и приник к ней требовательным, ищущим поцелуем. Ее темные ресницы трепетали, пока он слизывал лимонную пену с соблазнительных округлостей и изгибов живота и бедер. Подстегиваемый неудержимой потребностью попробовать ее на вкус, Бэй вновь забрался в воду, усадил ее на колени спиной к себе, чтобы отмыть волну черных как смоль волос. Шарли поместилась идеально, нежные формы сливались с твердыми мускулами его тела. Словно доверчивое дитя, она откинула голову назад, пока он поливал ее водой.

Они сидели вместе в водяном царстве, пальцы одной руки теребили ее сосок, а другая рука ласкала набухший клитор. Он давил и щипал, поглаживал и теребил его, пока она не рассыпалась на части. Казалось, это невозможно, но его член был вновь твердокаменным. Без единого слова Бэй не спеша приподнял ее за бедра и насадил на свой ствол. Она стала послушной и уступчивой, всякое раздражение было забыто. Ее мускулы сжимались и сокращались в головокружительном темпе, заставив его без видимых усилий излиться в нее. Она прижалась к нему спиной, тело обмякло. Единственным недостатком оказалось то, что в момент излияния и полного опустошения он не мог целовать ее губы, а вода уже сильно остыла. Шарли дрожала.

– Так мы превратимся в ледышки. – Бэй поцеловал ее висок, отодвинув в сторону мокрые волосы. Затем неохотно отпустил их и повернул ее лицом к себе. Голубые глаза были покрыты поволокой блаженства, и Шарлотта прижалась губами к его шее.

Если бы только они могли всегда оставаться в мире друг с другом! Но Бэй понимал, что это маловероятно.

–Мне придется оставить тебя на несколько часов. Вздремни немножко, любовь моя, чтобы к тому времени, когда я вернусь, ты была свежей и бодрой.

– Ты просто злодей. – Сейчас это прозвучало не как оскорбление, а скорее как комплимент.

Бэй помог ей вылезти из ванны и завернул в банное полотенце. Если он не поторопится вытереть ее досуха, то оба неминуемо тут же окажутся в постели. Для двух людей среднего возраста они ведут себя, как полные пыла юнцы.

Он быстренько оделся и отправился домой. Домой. Странно. Сейчас, когда Шарли здесь, Джейн-стрит кажется ему домом больше, чем любой другой, где он когда-либо жил.

Глава 8

Городской дом Бэя был весьма скромным. Поскольку баронет был холост, ему не нужно было иметь много спален и прислуги. Он жил в холостяцких апартаментах, проводя большую часть ночей в объятиях либо очередных любовниц, либо страждущих вдовушек. Чуть больше двух лет назад он выиграл аренду дома на Джейн-стрит в результате удачной партии в карты. Маркиз Энглтон был страшно удручен, а его любовница и того больше. Прошел слух, что она так разозлилась на Энглтона за свое выселение с Джейн-стрит, что пырнула его вилкой. Несколько недель он ходил с рукой на перевязи. Колотые раны чертовски долго заживают.

Но в прошлом году Бэй ощутил потребность в большем постоянстве и уединении. Ему нужен был дом, где он мог бы разместить коллекцию картин, которые из-за нехватки места штабелями лежали у стен его холостяцкой квартиры. Он не мог проводить все свое свободное время, путаясь под ногами у обитательниц Джейн-стрит. Анжелике, а потом и Хелене требовалось какое-то личное пространство. Часть секрета привлекательности любовниц заключается как раз в том, что тебе не приходится видеть их целыми днями, пока они занимаются тем, чем обычно занимаются нормальные любовницы. Чистят зубы. Накладывают на лицо медовые маски и поливают волосы лимонным соком. Читают готические романы. Стригут ногти на ногах. Если видеть, как самое необычайное творение природы занимается самыми ординарными банальностями, оно скоро теряет свою привлекательность.

И тем не менее, ему понравилось принимать ванну вместе с Шарли. И расчесывать ее волосы. Ему было ужасно интересно, как она проведет остаток вечера. Похоже, она любит читать. Возможно, ему следует заказать у Хэтчарда несколько романов.

Не успел Бэй ступить на первую ступеньку крыльца, как парадная дверь его дома распахнулась. Его прежний денщик, а ныне дворецкий и по совместительству камердинер тут же увлек Бэя вниз.

– Что-то случилось, Фразьер?

– Да, майор. Ваша жена в гостиной.

– У меня нет жены. – Была когда-то. В течение почти пяти месяцев. А потом очень не вовремя и не к месту воскрес из мертвых ее считавшийся погибшим муж. В любом случае Бэй был слишком юн, чтобы жениться. Всего двадцать лет. Анне было двадцать два, и она была самым прелестным на свете созданием. Черные как смоль волосы. Голубые глаза. И гладкая белоснежная кожа. Только утром она лежала в его объятиях, а уже вечером была препровождена отцом назад, в имение Уитли. Разразился громкий скандал. Примерно через месяц после этих событий Бэй поступил на военную службу и обратил всю свою ярость на французских воинов.

Он схватил Фразьера за руку, не позволив ему утащить себя на улицу.

– Постой. Я не собираюсь убегать.

– Майор, после прошлого раза вы сказали мне, что я не должен позволять вам совершать глупость. И сейчас я просто исполняю свой долг.

Бэй отпустил его и растрепал свои еще влажные волосы.

– И давно леди Уитли здесь?

– Больше часа, сэр. Я попытался выставить ее, но леди просто не сдвинуть с места.

Бэй хотел упрекнуть Фразьера за его враждебность, но он знал, когда стоит спорить со старым шотландцем, а когда нет. Если быть честным, то у Фразьера более чем достаточно причин не любить Анну. Сколько раз после встреч с ней ему приходилось тащить на себе пьяного в стельку Бэя. С годами Бэй лучше научился управлять собой, но Анна всегда заставляла его чувствовать себя увлеченным юнцом.

– И чего она хочет?

– Чего и всегда, хотя, конечно, мне она об этом не сообщила. Осторожнее, майор. С тех пор как тот ее муж умер, она жаждет вернуть вас. И в этот раз она настроена серьезно.

Бэй прикрыл глаза, надеясь, что соседи не подглядывают из окон напротив. Ему уже тридцать три года. Солдат с боевыми наградами, можно сказать – герой. Владелец трех поместий и солидных капиталов. И он не позволит, чтобы прошлое забрало лучшие годы жизни, как бы ни шевелились в мольбе губы Анны, и как бы ни манило ее роскошное тело. Для всего этого у него есть любовница.

– Вот что я тебе скажу, Фразьер. Встань за дверью в гостиную. Как только услышишь, что я произнес... – Он задумался. Какое слово могло послужить подходящим паролем, который легко вставить в разговор?

– Чертова корова, – предложил Фразьер.

Бэй наградил его суровым взглядом.

– Гайд-парк. Войди и скажи, что мне пришло срочное сообщение. Кстати говоря, есть новости от мистера Малгру?

– Ага. Я как раз собирался сказать и об этом. Он просил передать, что нанес визит графу и что у него появился след. Его человек готов отправиться во Францию. Он посетит вас завтра утром.

Проклятие! Бэй от всей души надеялся ради Шарли, что от Малгру не просочилась информация о том, что Дебора забрала ожерелье. Теперь-то уж ему несомненно под тем или иным предлогом придется побеседовать с отцом Артура. Ведь, в общем-то, они вращались в несколько разных кругах общества.

Бэй кивнул и повернулся к дому. Фразьер снова дернул его за рукав.

– Держитесь, майор! У вас бывали схватки и посерьезней!

Бэй выдавил из себя смешок. Пожалуй, он предпочел бы вновь надеть военную форму, чем в собственной гостиной встретиться лицом к лицу с Анной Уитли.