Любовница по ошибке - Робинсон Мэгги - Страница 49

Он быстро чмокнул Шарли в нос. Там была веснушка, которую он не замечал раньше, в иссиня-черные волосы прокрались еще несколько серебристых волосков. Он представил ее через двадцать лет, в одном из этих ее отвратительных чепцов, покрывающих жемчужно-белые локоны. Она будет стариться красиво, подумал он, мягкость ее женственного тела смягчит любые морщинки, которые дерзнут появиться. Интересно, где она будет через двадцать лет и с кем? Наверняка она собирается стать женой и матерью. То, что она прекрасная хозяйка, видно по ее маленькому аккуратному домику.

А где будет Бэй? Вероятно, здесь. Соблазны Лондона скоро перестанут манить его – уже не манят. В Байяр-Корте есть несколько проектов по усовершенствованию имения, которые он отложил, не желая беспокоить бабушку. Он знает, что сможет выгодно продать дом на Джейн-стрит. Выстроится целая очередь джентльменов, желающих приобрести один из дюжины домов. А если его сварливой малышки Шарли там не будет, то дом ему ни к чему, ибо нечего и думать о том, чтобы заменить ее кем-то другим.

Бэй сомневался, что ему удастся уговорить ее на каких бы то ни было условиях вернуться на Джейн-стрит. В конце концов, она и в самом деле раздражающе приличная и правильная, несмотря на неоспоримо греховное тело. Он надеялся, она не захочет посетить церковь – ее присутствие привлечет нежелательное внимание. Всем известно, что у него нет никаких родственниц. И у мужчины его класса не может быть «подруг», которые гостят без дуэньи. Даже если он выдаст ее за вдову армейского товарища, пойдут разговоры, и репутация Шарли окажется под угрозой. Чем меньше людей будут знать, что он вернулся, тем лучше.

– Ты что-то вдруг ужасно посерьезнел.

Глаза ее ярко блестели, но слезы высохли. Он улыбнулся, отгоняя прочь свои тревоги.

– Это все проклятая погода. Как я могу покатать тебя на лодке при луне, когда нас скорее всего, унесет прямиком во Францию?

– Ну, с погодой ничего не поделаешь. Но уверена, мы сможем найти другие развлечения. – Она игриво поерзала на нем. Это была та Шарли, которую он любит.

Он снова поцеловал ее, наслаждаясь неповторимым вкусом. Он мог бы целовать ее часами, но бой часов в холле напомнил о времени.

– Думаю, моя дорогая, нам надо помочь друг другу одеться, а потом помочь переодеться к обеду. Насколько я знаю миссис Келли, она наверняка готовит нам что-нибудь соблазнительное.

Она расслабленно вздохнула в его объятиях.

– Боюсь, меня не соблазнить. Едой, во всяком случае.

– Дерзкая девчонка. За чаем ты почти ничего не ела. Не вздумай отказывать себе в еде, чтобы похудеть. Мне нравятся твои женственные формы. – Он погладил рукой ее живот. Она округлая во всех нужных местах. Его никогда не привлекали тощие и костлявые дамочки.

Она хлопнула его по руке.

– Щекотно.

– Все удовольствие испортила, – шутливо проворчал он, затем со стоном сел и поднял Шарлотту. Ее соски заострились у него на груди. – Замерзла?

– Вообще-то сейчас лето. Как я могу замерзнуть? – Она потянулась за чулком на ковре. – Ты разбросал мои шпильки по всей комнате. Как же мне привести в порядок волосы, чтобы пройти мимо слуг?

– Ох, ты так вскружила мне голову, что я совсем забыл. Мы поднимемся по потайной лестнице, так что одеваться необязательно.

Шарлотта заморгала.

– Тут есть потайные лестницы? Ну и ну, не хватает только привидения.

– Ничего особенного. Но есть потайной ход, ведущий из этой комнаты в одну из спален наверху. – Он поднялся с дивана и взял их одежду в охапку.

– Я не пойду наверх голая.

– Ну хорошо. – Он бросил ей рубашку. – Наденьте это, мисс Чопорность. А теперь, если я смогу найти нужную панель...

– Бога ради, надень хотя бы брюки.

– Ты права. На лестнице могут быть пауки. – Он увидел, как она передернулась, и натянул штаны и сапоги. Она присела и обула туфли на босу ногу. – Этот дом очень старый, и он не всегда принадлежал моей семье. Мой дед купил его, когда разбогател, и сменил название.

– Это ведь к неудаче?

– Вполне может быть, но мой дед не верил в удачу, он верил в упорный труд. – Он прошел в угол и стал простукивать панели. Заинтересованная, Шарлотта подошла поближе.

– Ты ведь это серьезно, да? И что, дверь распахнется?

– Если мне улыбнется удача. Я уже давным-давно не пользовался этим ходом. Дом был построен семьей, которая вечно была не в ладах с церковью или законом. Отсюда и потайной ход. Есть еще ступеньки и ход, который ведет к морю. Отец показывал мне, когда я был мальчиком, но после его смерти бабушка строго-настрого запретила мне пользоваться им. Она боялась, что я сбегу.

– И ты слушался?

Бэй ухмыльнулся:

– Иногда. Думаю, последний раз я пользовался этим ходом еще в школьные годы. Было так весело пугать друзей, неожиданно выскочив посреди ночи, как черт из табакерки.

– Полагаю, ты был в простыне.

– Бывало и такое. А! – Он толкнул плечом, и узкая деревянная панель со скрипом открылась.

Шарлотта заглянула в пустоту.

– Темно.

– Зажечь свечу, или ты хочешь прошествовать перед слугами в одной рубашке и с распущенными волосами? Хотя, конечно, ты выглядишь весьма соблазнительно.

– Д-далеко нам идти?

– Да нет, всего несколько дюжин ступенек. Я буду держать тебя за руку и не дам упасть. – Он зажег свечу от пламени в камине и вставил в подсвечник. – Но тебе придется нести нашу одежду.

Шарлотта прижала к груди ком одежды. От холода кожа уже покрылась мурашками. Сейчас ничего так не хотелось, как горячую ванну и лучик солнца. Чего ей определенно не хочется, так это бродить по темному, заросшему паутиной коридору. Но Бэй крепко взял Шарли за руку и потянул наверх по стертым деревянным ступенькам. Она вскрикнула только один раз, когда что-то коснулось ее щеки.

–Тише, а то люди и правда поверят, что в доме водится привидение, – поддразнил Бэй. – Ну, вот мы и пришли.

Перед ними была настоящая дверь с настоящей ручкой. Бэй повернул ручку и ввел Шарли в комнату, мебель которой была закрыта пыльными чехлами. Шарлотта принюхалась и чихнула.

– Мыши, – сказала она.

– Без сомнения. Это крыло закрыто еще с того времени, как я ушел на войну. Мыши, наверное, уже превратились в крыс.

– Брр! – Шарлотта почувствовала, как невидимые зубы впиваются ей в лодыжку. В комнате был полумрак, ставни закрыты. Она подбежала к двери и выскочила в коридор. – В какую сторону?

– Направо.

Она почти бежала, а усмехающийся Бэй следовал за ней.

– Еще раз направо. Пришли.

Шарлотта оказалась у своей двери.

– Не будет ли слишком хлопотно для слуг, если я попрошу перед ужином ванну? – Она была убеждена, что целая армия пауков вьет у нее в волосах свою паутину.

– Моя дорогая, мы все к твоим услугам. Я позабочусь об этом. Завернись в свой дурацкий серый мешок, который ты называешь халатом, и терпеливо жди.

Шарлотта привстала на цыпочки и поцеловала его.

– Спасибо, Бэй. Жаль, что у меня нет ничего красивого, чтобы надеть к обеду.

– Будь моя воля, мы бы обедали нагишом в постели. Ты же знаешь, как я это люблю. – Он вскинул руку, останавливая ее протесты. – Но не сегодня. Сегодня мы будем паиньками. Не могу обещать этого на все время наших каникул.

Шарлотта захлопнула дверь перед его ухмыляющейся физиономией, схватила щетку и стала с остервенением раздирать спутавшиеся волосы. Все ее тело покалывало, ныло, пульсировало. И сегодня они еще будут заниматься любовью на огромной кровати Бэя.

Она достала из платяного шкафа халат и обхватила себя руками. Раскат грома напугал, но молния поразила ее уже давно.

Глава 20

На секунду Шарлотта испугалась, что Бэй останется, и тогда они никогда толком не вымоются. И не оденутся, если уж на то пошло. Все закончится тем, что они будут ужинать в ее или в его комнате, утоляя другой свой голод.

Бэй помог организовать небольшую процессию служанок, которые поднимались по лестнице с горячей водой и пушистыми полотенцами, и даже лично принес большущую бадью, полную исходящей паром воды. Ирен представила двух служанок, сестер Мэри и Китти Гутакер, и объяснила, что они приходят только на день, и каждый вечер возвращаются к себе домой в деревню.