Розы для богатых - Лоусон Джонелл - Страница 56

Его настроение вдруг переменилось. С лица исчезла напряженность, и он засмеялся:

– Что нового в краю сверчков? Ты встречалась с Осборном?

– Встречалась. Это было ужасно. Либо он вручит мне ключи от города, либо обмажет смолой и обваляет в перьях. Стоило мне с ним встретиться, и все годы твоего обучения пошли коту под хвост. Боюсь, что я все провалила.

Отэм обвела пальцем его подбородок и подумала, как похожи эти два человека: оба крупного телосложения, подвижные, самонадеянные, эгоистичные. Было, впрочем, одно большое различие: Ллойд настойчиво добивался своего, однако он никогда не опустился бы до убийства.

Отэм отодвинулась от него, вспомнив ощущение, которое она испытала в офисе Дугласа. Слово «замужество» было брошено ею сгоряча, чтобы раззадорить его, но она знала, что это была бы окончательная победа. Семейная честь, которую он так высоко ценил, его дом, его святыня осквернены его же собственной женой. Это дало бы ей доступ к документам в подвале, среди которых хранятся все остальные семейные тайны, охраняемые столь же тщательно, как Форт-Нокс.

Она искоса посмотрела на Ллойда:

– Что бы ты сказал, если бы я вышла замуж за Дугласа Осборна?

Он резко повернул голову на подушке и изумленно поглядел на нее:

– Ты шутишь.

Отэм кивнула и проказливо усмехнулась:

– Шучу.

Ллойд погрыз мундштук трубки и скептически посмотрел на нее:

– Ты же не станешь, правда?

– Я ведь сказала тебе, встреча прошла ни к черту. Я даже не удержалась от колкости: заявила, что он слишком стар, чтобы кого-нибудь еще трахать. Не удивлюсь, если, вернувшись, найду свои чемоданы у выезда из города. Окажусь выставленной. Вышибленной под зад из самого большого городка на Земле. С родины винокуренного завода Осборна.

Похохатывая, Ллойд спустил с постели ноги и подошел к своему чемодану. Через минуту он вернулся с маленькой бархатной коробочкой, взял руку Отэм и надел кольцо с изумрудом, окруженным бриллиантами, на палец рядом с обручальным колечком.

– С днем рождения, милая.

– Ага. День рождения.

Она почувствовала, как комок подкатил к горлу от его заботливости. Ей исполнилось двадцать восемь лет, но она совсем забыла об этом, потому что была слишком занята.

– Совсем забыла, – прошептала она. – Забыла свой день рождения. – Отэм с благодарностью посмотрела на него. – Оно очень красивое, Ллойд. Ты тоже.

Он наклонился и чмокнул ее в губы.

– Надень что-нибудь зеленое, чтобы сочеталось с кольцом, и я отведу тебя обедать.

Их столик стоял в затененном углу ресторана, разговор шел легкий и пустячный. Ллойд в твидовом костюме кремового цвета выглядел сногсшибательно. У Отэм с собой не было ничего зеленого в тон кольцу, поэтому она надела белое платье, которое, по мнению Ллойда, придавало ее виду нечто ангельское. Официант уносил пустые бокалы и приносил полные, она прикладывалась к ним, покуда ее речь не стала медленной и протяжной. Ллойд подшучивал и передразнивал ее, но она знала, что ему нравится ее акцент. Очаровательно освежающий, как он однажды выразился.

Они давным-давно покончили с обедом, как вдруг Ллойд поднял тему о Бобе Прокторе, а потом умолк и внимательно слушал, когда Отэм рассказывала о том, как выросла с Бобом, и о школьной драке.

– Забавно, что мы встретились с ним в Эдисонвилле. Он еще желторотый, но у него есть хватка. На самом деле он очень смышленый, когда не старается произвести на меня впечатление. Я вот думаю, не забрать ли его потом в Сан-Франциско. С твоей помощью я могла бы пристроить парня в хорошую фирму. Ты как думаешь?

– Я думаю, что ты должна все бросить к чертовой матери и вернуться в Сан-Франциско.

Его ответ был настолько неожиданным и неуместным, что она растерялась.

– Я не прошу тебя забыть о Дугласе, но есть другие пути, чтобы решить этот вопрос. Мы наймем лучшее сыскное агентство в Сан-Франциско. Мы сумеем раскопать все, что тебя интересует, и гораздо быстрее. Ты пробыла в Эдисонвилле две недели и не узнала ничего существенного. Продвигаясь такими темпами, тебе потребуются месяцы.

– Ллойд, я не тупица какая-нибудь. Примерно год назад я уже нанимала частных сыщиков. Я просила их не задавать слишком много вопросов, чтобы не насторожить Дугласа, но за братьями они следили два месяца. Ничего.

– Человек способен вести себя хорошо в течение нескольких месяцев, Отэм. Твоя встреча с Дугласом прошла плохо по той причине, что ты не способна вести с ним дело на профессиональном уровне. Ты привносишь сюда слишком много личного и эмоционального. Давай лучше я натравлю на него несколько хороших специалистов.

Она покачала головой:

– Сейчас мое положение позволяет мне вращаться в тех кругах, где не сможет детектив. Я могу задавать вопросы, и это будет выглядеть просто сплетничанием. Ты не знаешь этих людей так, как их знаю я. Если ты пошлешь сюда чужака, который будет повсюду совать нос, то их рты захлопнутся, словно стальные капканы.

Ллойд недовольно нахмурился и бросил салфетку на стол.

– Я несколько лет ждал, когда ты станешь свободна, годами ждал, когда ты повзрослеешь. Сейчас ты свободна и почти взрослая, а я по-прежнему жду. Я хочу, чтобы ты была со мной. Не на следующей неделе и не через месяц, а сейчас. Либо ты возвращаешься в Сан-Франциско, либо не возвращаешься вообще. Во всяком случае, ко мне.

Отэм вздрогнула всем телом, словно от жгучего удара, и покачала головой:

– Нечестно. Ты поступаешь очень нечестно. Ты знал, что это может занять несколько месяцев. Почему же такая резкая перемена?

Он встал из-за стола и посмотрел на нее с решительным и упрямым выражением:

– Полагаю, что об этом нам следует побеседовать в номере.

– Нет, – сказала она твердо. – Я полагаю, что мы должны побеседовать об этом здесь и сейчас.

– Ты достаточно долго все делала по-своему, радость моя. Теперь пришло время делать по-своему мне. Либо все будет так, как хочу я, либо не будет никак.

Отэм по его голосу знала, что, сколько бы она его сейчас ни убеждала, он не переменит своего решения. На протяжении последних семи лет Ллойд был для нее путеводной звездой, и Отэм почувствовала, что всю ее изнутри начинает сковывать какой-то холод. Скольких людей ей еще придется потерять, пока все это кончится?

Она посмотрела на него через стол и сказала с грустью в голосе:

– Я не люблю одиночества. Я его ненавижу. И я не хочу терять тебя, но мне придется с этим смириться.

Ни один мускул не дрогнул на его лице. Тогда она встала из-за стола.

– Прощай, Ллойд. Надеюсь, что ты благополучно долетишь до дома. Я буду думать о тебе.

Глава 25

После той бури, которую Отэм подняла в офисе Дугласа, она не знала, чего ей ожидать, но вернувшись в Эдисонвилл, нашла на автоответчике несколько посланий от него. Чтобы установить добрые отношения, она позвонила Осборну и приняла приглашение на обед. К концу их первого совместного вечера Отэм узнала об этом человеке нечто такое, о чем он сам и не подозревал. Дуглас Осборн был очень одинок и понятия не имел, куда деваться от скуки. Отэм появилась в его жизни в переломный момент и внесла в нее некоторое разнообразие, став для Дугласа своего рода вызовом.

За первым обедом последовал второй, потом еще один... К ее удивлению, Дуглас оказался человеком, с которым было легко общаться. Он умел дать женщине почувствовать ее исключительность, был вежлив и обходителен до такой степени, что его поведение выглядело старомодным. Они еще и еще раз возвращались к теме магазина одежды, но Отэм видела, что ему трудно обсуждать с женщиной деловые вопросы. Это просто был не его мир.

Через две недели после их первой встречи в офисе во время очередного обеда он протянул ей какую-то бумагу.

– Несколько дней назад я попросил Джона Аллисона составить вот это. Прочитай и посмотри, согласна ли ты с условиями.

Отэм подумала было, что документ касается ее предполагаемого магазина.