Розы для богатых - Лоусон Джонелл - Страница 90

Хомер был несколько задет и гладил пальцем свой закрученный ус. Но шеф Хедли не сдавался.

– Мне кажется, Брайан, что ты просто напуган. Нам неизвестно, есть ли что-нибудь у этой женщины. Если мы закроемся, то эти заведения появятся опять, но уже без нас, и станут неуправляемыми.

– Да, черт возьми, я напуган. Да, мы не знаем, есть ли у миссис Корбетт реальные факты, но я спрашиваю себя: зачем ей понадобилось появляться в этом захолустном городишке и покупать никчемную шахту, принадлежащую Осборнам? Зачем нанимать моего дядю и отсылать его в Сиэтл? Зачем приобретать газету, которая не сулит никаких доходов? К тому же у человека, который, как всем известно, ненавидит Осборнов. У человека, который ничего так не хочет, как размазать по своей газете далеко не лилейно-белое имя Осборнов. Относительно того, что притоны откроет кто-нибудь другой... Отлично, пускай Фриц на него и охотится. Моя задница останется целой, да и ваши тоже.

Джон все это время сидел молча, но сейчас он заговорил, обращаясь к Хомеру и Хедли:

– Брайан совершенно прав. Если Фриц и его женщина что-нибудь раскопают и опубликуют, это может привести к полномасштабному расследованию. И тогда весь город будет наводнен федеральными агентами. Я советовал Дугласу бросить это дело много лет назад, но он отказался. Он не хотел, чтобы что-нибудь менялось. Брайан пытается сделать то, что нужно было сделать давным-давно.

– Да, – кивнул Хомер. – С этим я не могу не согласиться. Дуг противился любым переменам. Ко мне обращались несколько человек с предложениями открыть в городе новый бизнес. Один предлагал построить что-то вроде пассажа, где продавалась бы пицца, были бы видеоигры и пляшущие куклы. Мне проект показался совершенно невинным, и я постарался его протолкнуть, а Дуглас узнал об этом и прямо-таки рассвирепел. Заявил, что не станет поддерживать мою кандидатуру на следующих выборах. Даже начал подыскивать человека, чтобы заменить меня. – Хомер замолчал и посмотрел на Брайана. – Что ты об этом думаешь, Брайан? Ты поддержишь меня?

– Я тебя поддержу, если сейчас ты поддержишь меня. У нас хороший город, и мне хотелось бы видеть, как он растет, а не стоит на месте и коснеет. Люди не станут приезжать сюда, если им нужно становиться членами кантри-клуба или тащиться в грязный подпольный притон каждый раз, когда захочется выпить с приятелем. Мне бы хотелось видеть, как здесь возникают новые предприятия. Мне бы хотелось, чтобы здесь был колледж и молодежный центр, развлечения для детей, моих детей. Господи, все эти годы, что меня здесь не было, город просто находился в спячке, наглухо закрыв дверь и заткнув все щели. Единственно, что здесь появилось нового, – это «Холидей инн» да ресторан Отэм и Эллы, который, кстати, процветает. – Брайан посмотрел на Хомера и шефа Хедли. – Когда город растет, растут и зарплаты муниципальных чиновников. Вы оба – отличные парни, и людям вы нравитесь. Если вы хотите и дальше быть со мной, я буду вас поддерживать. В противном случае я найду новых людей на ваши должности. И вы знаете, что я могу это сделать. Я – Брайан Осборн, сын Дугласа, светловолосый мальчишка. Я – очаровашка, и я воспользуюсь этим.

Брайан оттолкнулся от стола и встал, взглядом умоляя Хомера согласиться. Брайан сильно надавил на своего дядю, был с ним более жестким, чем мог быть с Дэйлом или Джорджем. Брайан и сам не знал, почему так получилось, но теплые отношения с Хомером у него не складывались. Они были близкими родственниками, но Хомер всегда оставался человеком замкнутым и с людьми был холоден. Многие годы он изо всех сил старался быть похожим на своего старшего брата, дорасти до Дугласа, но чего-то ему не хватало для того, чтобы блистать.

– Итак, что вы решили? Вы со мной или нет?

Хомер кивнул и посмотрел на Хедли.

– Представляешь себе, мой говорливый племянник не так давно еще приходил к нам и выпрашивал печенье у тети Би. А теперь он не просит, а приказывает. – Хомер встал с кресла. – Думаю, что я остаюсь с тобой, тем более что выбора у меня как будто нет. Я сделал несколько неудачных капиталовложений, но все равно мое положение лучше, чем было бы, если бы за этим столом сидел Дуглас.

Хедли поднялся со своего места одновременно с Хомером и, подняв тяжелые брови, глядел на Брайана.

– Я тоже кое-что помню. Помню, например, как отворачивался, когда ты как сумасшедший гонял на своей проклятой спортивной машине по Мэйн-стрит. Помню, как вез тебя, вдребезги пьяного, домой, хотя обязан был арестовать за дебош. Помню, как вмешался и прекратил поножовщину, когда десантники из форта Кэмпбелл отбили тебе всю задницу. Да, я много чего помню. – Он повернулся на каблуках и вышел из кабинета, а за ним и Хомер.

Брайан, глядя, как они уходят, недоуменно нахмурился:

– Ну почему эти проклятые дураки не могут понять, что я спасаю их задницы, а не только свою?

– Они вернутся, – сказал Джон. – Просто сейчас они ни о чем не могут думать, кроме как об этих двадцати процентах прибыли.

– Ага, двадцать процентов от нуля, если Фриц и загадочная Корбетт добьются, чего хотят. Я не желаю препираться еще и с Амосом Паттерсоном. Встреться с ним и объясни, что происходит. Скажи ему, чтобы закрывался. Я не хочу, чтобы в этом графстве оставался хоть один игральный автомат, колода карт или какая-нибудь шлюха, которые могли бы вывести искателей грязи на меня, дядю Хомера или Хедли. – Он прищурился и пристально посмотрел на Джона. – Мне нужно знать о чем-нибудь еще, о чем-то таком в прошлых делах папы, что Фриц мог бы использовать против меня?

– Нет, – ответил Джон. – Дуглас был бойцом нечестным и зачастую даже аморальным, но ему хватало здравого смысла, чтобы в остальных своих делах не переступать границ закона.

– Есть что-нибудь относительно этой женщины? Тебе удалось что-то еще узнать о ней?

Джон слабо улыбнулся и покачал головой:

– Мой источник в Сан-Франциско беседовал с одним человеком, который помнит, как она пела в баре. Он не смог припомнить очень много, сказал только, что это была потрясающая рыжая девчонка с сильным акцентом, южным акцентом.

Брайан тут же подумал об Отэм.

– Черт, совсем забыл. Потрясающая рыжая девчонка ждет меня с завтраком на террасе. Вот только акцента у нее нет.

Джон улыбнулся и пошел к двери.

– Еще увидимся. – Он остановился и обернулся к Брайану. – Значит, очаровашка?

Брайан усмехнулся и пожал плечами:

– Это я перенял у жены. Думаю, немного обаяния не помешает.

Он попрощался с Джоном и пошел к двустворчатой двери, ведущей на террасу. Отэм сидела за столом, держа в руках чашку кофе. Она прикасалась губами к ободку чашки, но не пила. Брайан наклонился над женой и потерся губами об ее щеку.

– Извини, что опоздал.

Отэм что-то рассеянно пробормотала. Он повернул ее лицо к себе и долго и пристально изучал его. Несмотря на все старания, косметика не могла скрыть бледность кожи. Отэм нездоровилось, она пыталась не показывать этого, и тем не менее она болела.

Он взял ее за руку и сел на стул напротив.

– Я хочу, чтобы ты пошла к доктору Олбрайту. Сегодня же. Никаких отказов.

– Брайан, я в порядке. Просто легкое недомогание. Через несколько дней все пройдет.

– Ты это говорила неделю назад. – Его завтрак лежал на подносе под крышкой, а Отэм ковыряла кусочек сухого тоста. – Тебе не хочется есть?

– Нет. У меня хреново с желудком.

Брайан посмотрел на тост, потом на Отэм.

– Может, ты беременна?

– Нет, – сказала она и покачала головой. – Этого не может быть.

– Почему ты так уверена? Мы женаты больше двух месяцев, и за это время у тебя не было месячных.

Она пожала плечами:

– У меня в организме просто... что-то расклеилось. Поверь мне, я не беременна.

– Мне кажется, тебе надо сходить к доктору Олбрайту и убедиться.

Отэм нахмурилась и сказала высоким раздраженным голосом:

– Я не беременна, Брайан. Пожалуйста, прекрати!

– Не могу. Весьма вероятно, что ты беременна. Эти таблетки, которые ты принимаешь, – простой сахар. Я их подменил.