Последний де Бург - Симмонс Дебора - Страница 30

— Уже поздно. Я лучше пойду к себе.

Лорд де Бург кивнул:

— Сейчас удобный момент всем разойтись по комнатам.

— Я только чуть-чуть задержусь, — сообщил Гай.

— Нет, — твердо заявил хозяин. — Мы останемся вместе, по крайней мере пока.

Гай нахмурился. Эмери понимала, почему лорд не доверяет оруженосцу. Кто знает, что он скажет или сделает, если переберет вина?

Эмери с облегчением обнаружила, что в движении ей становится легче, очень захотелось выйти на свежий воздух. Но ее так потрясла мысль о преследователях, что она даже не сказала о своем желании лорду де Бургу, лишь последовала за ним к своим покоям. Когда он остановился открыть дверь, Эмери оглянулась, но вместо Гая увидела пустой безмолвный коридор.

— А где Гай? — спросила она.

— А где ваша горничная? — в ответ спросил Николас.

Эмери заглянула в комнату. Там витал приятный аромат, горели свечи, но не было никаких признаков присутствия Альды. И на этом странности не кончились. Эмери увидела на столе вино с двумя кубками. Здесь кто-то недавно был? Она подумала о тех, кто внизу. Что, если кто-то из них следил за ними и выжидал подходящий момент? Если ее покои обыскивали, могли обнаружить странные для юной леди вещицы. Эмери резко обернулась и налетела на твердую фигуру лорда.

— А наш мешок? — встревоженно спросила она.

— В надежном месте, — как всегда спокойно ответил тот.

— А если кто-то отослал Альду найти его или меня?

Лорд де Бург поднял темные брови:

— Сомневаюсь, что кто-то, желающий перевернуть комнату вверх дном, оставил бы ее в таком уюте, если, конечно, не намеревался устроить переворот иного рода.

— Вы думаете, это сделала Альда?

— Нисколько не сомневаюсь. — Он определенно не разделял ее тревоги о злоумышленниках, но тем не менее был недоволен.

— А что же Гай? — спросила Эмери. — Я думала, он должен идти за нами. Как думаете, его заманили в ловушку или он все-таки с какой-нибудь горничной?

— О, тут все в порядке. Он наверняка с горничной. Причем с вашей.

Эмери озадаченно посмотрела на него.

— Подозреваю, если бы мы отправились на его поиски, обнаружили бы моего доблестного оруженосца в обществе вашей горничной, хотя уверен, его больше интересует ее отсутствие, чем присутствие.

Эмери ошеломленно потрясла головой. Великий рыцарь тоже слишком много выпил? Трудно представить, чтобы что-то могло довести его до подобного состояния, даже вино. И он выглядел как всегда. В ней же играло горячительное. Страхи на время отступили, она внезапно ощутила, как близко они стоят. Стоит только поднять руку, и она коснется его широкой груди…

Эмери с трудом вникала в его слова.

— Что вы сказали?

На этот раз уже ему стало не по себе, и он отвел взгляд.

— Я понимаю, вы не знаете моего оруженосца так, как я, и не подозрительны по натуре. Но просто подумайте, как он вел себя сегодня, начиная с попыток закрыть нас в хозяйских покоях до настояния потанцевать. А теперь и он, и ваша служанка исчезли, оставив вас в такой соблазнительной спальне.

Он жестом показал на уютную обстановку, и Эмери осознала, что в ней все идеально для романтического свидания. Не остановись лорд де Бург на пороге, она бы последовала за ним в комнату, одурманенная его близостью и вином. И что потом? Она ощутила, как наполняет ее горячей тяжестью предвкушение, во рту пересохло, сердце билось как молот.

Она ошеломленно качнулась назад, к лорду де Бургу.

— Но… милорд, я… я не могу… — запинаясь, пробормотала она и глубоко вдохнула.

Она понятия не имела, отчего Гай пытается свести ее с хозяином, но хорошо знала, что не стоит этого поощрять. Ее бросало то в жар, то в холод, голова закружилась, охватила паника, но ей все же удалось отрицательно покачать головой.

— Простите, это невозможно.

Эмери думала, что он заспорит, возможно, даже надеялась, но лорд де Бург лишь кивнул. На его лице застыло удрученное выражение.

— Да, — подтвердил он. — Невозможно.

Николас ощущал мускул, беспрестанно дергающийся на щеке, все лучше, чем откровенная ярость, расслабил сжатые кулаки. Он всегда был самым выдержанным из братьев. Всю жизнь наблюдая их недостойные срывы, он научился обуздывать собственные. Но сейчас ему хотелось удушить Гая.

Оруженосец и раньше вел себя возмутительно, но это не шло ни в какое сравнение с ситуацией, в которую он поставил его с Эмери. Хуже всего, что Гай тем самым еще и подвергал девушку опасности. Не то чтобы Николас прямо ожидал нападения, как она боялась, но не желал бросать ее одну и отправляться на поиски своенравного оруженосца. Однако пришлось.

К счастью, Эмери заперла дверь и в безопасности дождалась, пока он не вернулся с рыдающей Альдой. Ну, по крайней мере, та была трезвой. Чего нельзя сказать про Гая, который, видимо, выпивал каждый кубок, что подставляла Эмери. В таком состоянии он не мог ни защититься, ни охранять секреты, не говоря уже о том, чтобы с кем-то драться.

Николас отчаянно жаждал хорошей свары. Ему безумно хотелось выпустить пар в хорошей потасовке, как раньше с братьями. Но он лишь схватил Гая за шиворот и приподнял над землей на добрый фут, но это мало успокоило бушующий в его душе гнев.

Он смотрел на юношу, только что опустошившего в лохань содержимое желудка, и злился еще сильнее, поскольку с пьяными драться не мог, а с больными — тем более. Посему оставалось, сжимая кулаки, слоняться по комнате.

— Простите меня, милорд.

Жалкое хныканье побудило Николаса развернуться.

— Ну, ради чего? Как тебе только в голову пришла такая ерунда? — Он запустил руку в волосы, пытаясь обрести самообладание.

— Да я просто пытался вам немного помочь, милорд. Совсем безобидно, — отозвался Гай, намекая на чрезмерную реакцию хозяина.

— Безобидно, говоришь? Ты бы хотел, чтобы я запятнал свой род и обесчестил юную леди, которая находится под моей опекой и которую больше некому защитить?

— Нет, милорд. Я только хотел подсказать, что встреча с Эмери — это лучшее, что случалось с вами за всю жизнь.

Николас отвернулся и шагнул в сторону, удивляясь, каким образом предметом обсуждения стала его личная жизнь. Да, за прошедший год между ними почти не осталось тайн, но он не желал, чтобы пьяный оруженосец вмешивался в дела, связанные с Эмери. Эмери с ее блестящими синими глазами и продирающим до глубины души взглядом. Это слишком личное и драгоценное.

— Тебя это не касается, бросил Николас.

— Касается, и уж больше, чем поиски человека, который не хочет, чтобы его нашли, — парировал Гай.

Николас в изумлении обернулся. Он полагал, что оруженосец слишком увлечен идеей сводничества, чтобы выражать какие-то полезные мысли. Да, лорду де Бургу уже приходило в голову, что Джерард, возможно, не желал, чтобы его нашли. Госпитальер словно исчез с лица земли, когда потерял надежду вернуть посылку. Неудивительно, учитывая ее содержимое.

Золотая статуэтка — не милый пустячок, и Николас не знал, станет ли он продолжать, если окажется, что Джерард ее украл. Впрочем, он обещал помочь Эмери, хотя в то время и не знал, кто она такая. А помогать ей означало помогать найти ее брата. Поначалу задача казалась простой, но сейчас так усложнилась, что, возможно, лучше, если они так и не найдут Джерарда.

Но какое будущее тогда ждет Эмери?

Гай словно услышал его мысли.

— Я только забочусь о вашем благе, милорд, — примирительно проговорил он.

Николас фыркнул в ответ на столь нелепое заявление.

— Скорее развлекаешься за мой счет. Больше я этого не потерплю.

— Это я-то развлекаюсь? Думаете, легко вас двоих сводить вместе? — возмутился Гай. — Вы столько времени влюбленно глазели на нее, даже когда считали ее мальчишкой! И она смотрит на вас тем же взглядом. А теперь, когда появилась возможность уединиться, вы друг друга избегаете. Я только чуть-чуть подтолкнул вас друг к другу.

Николас не нуждался в этом. Напротив, убеждал себя, что достаточно просто быть рядом и, пока возможно, наслаждаться ее обществом. Но человек всегда стремится к большему, а он еще и знаменитый де Бург. Ему хотелось протянуть руку и взять то, что он хочет. Взять, обнять, не отпускать. Это скрывалось за его внешним спокойствием. Он держался лишь на силе воли.