Соблазнить дьявола - Мейсон Конни - Страница 133

— Подумаешь, нашла о чем беспокоиться. Неужели, тебя и вправду беспокоит мое исчезновение?

— Я буду печалиться. Ты, ты… такой замечательный, Акбар.

Акбар взглянул на Тару из-под косматых бровей. Ему с трудом верилось, что Тара могла найти какие-то неведомые качества в его характере. Разве она не знала, что все женщины вышли у него из доверия? Только когда Тара бесстрашно шагнула ему навстречу, обвила нежными ручками его могучую шею и подставила губы для поцелуя, он ответил на ее нежность. Вдруг с него, словно треснувшая шелуха, свалились все годы вынужденного одиночества и горькой ненависти, неверия и несправедливого пристрастного отношения к противоположному полу. Только тогда его мощные руки изо всех сил прижали Тару, губы завладели ее губами с такой жадностью изголодавшегося по ласке человека, которая ему даже и не снилась.

За все эти годы он ни единой живой душе не признавался, как ему нравилась красавица Тара. Акбар слишком переживал, что выставит свою душу вновь на посмешище. Сознание, что это хрупкое существо, которое он сейчас держит в могучих объятиях, испытывает ответные чувства, растопило в его сердце камень отречения, когда он, приглянувшись фаворитке султана, вызвал ревность и предательство со стороны ее подруги. Прикованный цепями к своему проклятию, Акбар не испытывал к женщинам ничего, кроме лютой ненависти. Теперь Тара освободила его чувства от тяжких оков, и буря эмоций, которые перестали для него однажды существовать, став для Акбара совершенно чуждыми, захватила сейчас его. Подняв Тару, словно пушинку, он бережно положил ее на постель, закрыл дверь от всего внешнего мира и настежь распахнул сердце для вновь обретенной любви.

Когда «Дьявольская Танцовщица» через несколько дней подняла паруса и отчалила, Акбар остался на берегу вместе с Тарой. Кит никогда и не предполагал, что громадному телу Акбара свойственны чувства, хотя бы отдаленно напоминающие любовь. Только Девон восприняла новость весьма благодушно. Она знала, что сила любви способна творить чудеса. Разве сама она в этом не убедилась?

На самом деле, все устроилось как нельзя лучше. Акбар согласился присматривать за Райским Островом и продолжать производство сахарного тростника и рома. Кит пообещал, что «Дьявольская Танцовщица» будет возвращаться за ромом и доставлять его на рынки всего мира. Было также решено, что Кит, Девон и их дети смогут приезжать на Райский Остров, когда пожелают.

Стоя у борта, Девон смотрела, как похожие на драгоценное ожерелье острова исчезали за горизонтом. Обняв Девон за сильно раздавшуюся талию, рядом стоял Кит, думая о том, что в этот миг он держит в своих руках все свои надежды и мечты о будущем. Когда Девон уютно прижалась к родному телу, малютка весьма настойчиво заявил о своем присутствии.

— Я слишком крепко прижимаю тебя, душа моя? Малыш протестует, — засмеялся Кит, и его ладонь бережно и любовно легла на пульсирующий бугорок ее живота.

— Нет, похоже он просится наружу.

— Не так скоро, надеюсь, — сказал Кит, встрево-женно посмотрев на жену.

— Ты слишком беспокоишься, любовь моя. Малютка чувствует себя прекрасно. Я — тоже. Пойдем со мной в каюту, и я покажу тебе, как замечательно себя чувствую.

— По-твоему, не пора еще на время прекратить столь напряженный вид деятельности?

— Нет, еще несколько недель, пока вид моего расплывшегося тела не опротивит тебе.

— Никогда! Ты же носишь внутри себя моего ребенка. Ты так же прекрасна, как в тот самый миг, когда я впервые увидел тебя.

— Никогда не забуду свой первый взгляд, когда я посмотрела на тебя, — задумчиво произнесла Девон. — Жуткая черная борода скрывала большую половину твоего лица. Я сочла тебя невероятно свирепым, хотя и не лишенным привлекательности.

— А сейчас? Что-то не заметно, чтобы ты распростерлась от страха ниц у ног Диабло.

— Ни за что, даже если мне будет угрожать дьявол, стоящий возле виселицы с веревкой на шее, — едко ответила Девон.

— Но он оказался достаточно опасен, чтобы захватить женщину своей мечты и увезти ее на Райский остров. А сейчас ты страдаешь от последствий его безумной любви.

— Последствий? Нет, мой чернобородый разбойник. Ты украл мое сердце и оставил вместо него свою любовь.

— И плод этой любви очень дорог мне. Раз ты уверяешь, что ему не повредит моя любовь, то я сгораю от нетерпения обнять тебя.

В уютном уединении пронизанной лунным светом каюты время остановило свой бег, пока благословленные звездами любовники снова и снова предавались священному таинству любви. Ведь без магии любви и силы страсти их историю вряд ли можно было бы рассказать. Она оборвалась бы там же, где началась, — на эшафоте.