Секретарша миллиардера - Кэр Мадлен - Страница 4

— Мне необходимо задать вам еще несколько вопросов, — предупредил Антон.

— Конечно.

— Вас когда-нибудь арестовывали?

Она едва не поперхнулась.

— Нет.

— Вы были осуждены или замешаны в преступлении?

— Нет.

— Можете ли вы сказать мне, что такое Ламинейт Плейт Систем?

Вот теперь она не споткнется.

— ЛПС — это специальный композит, состав которого был изобретен в «Зелл Корпорэйшн» для специальных танкеров и баков для хранения. Он прочнее и легче обычной стали, а также более упругий, что имеет большое значение для морских сооружений и конструкций. Вы только что отдали его на пробу в одну корейскую судостроительную компанию. Если тесты пройдут удачно, то вы, очевидно, заработаете больше того, что получаете в нефтехимической индустрии.

Антон Зелл стоял около окна, наблюдая за ней сквозь бокал шампанского. Казалось, он слегка улыбается.

— Вы произносите «нефтехимическая индустрия» так, словно это строчки из любимого стихотворения.

— Так и есть, — подтвердила она. Эми указала на макеты танкеров и трубопроводов. — Я очарована вашими инженерными проектами, мистер Зелл. В вашей работе мне нравится все, а особенно то, что вы делаете в сфере защиты окружающей среды. Где бы ни располагались ваши заводы, вы всегда заботитесь об экологии. И я в восторге от того, что вы занялись развитием системы рафинирования уже использованной нефти. Даже ваш новый композит может стать достойным вкладом в дело защиты природы от загрязнения. Если состав использовать для корпусов современных танкеров, то случаи с разлитой нефтью уйдут в небытие.

— Ваши экологические сантименты достойны похвалы, — заметил он, и виду не показав, что польщен комплиментами. Впрочем, она не стремилась польстить будущему боссу, лишь хотела выразить свое мнение на этот счет.

— Да, меня беспокоят экологические проблемы, — подтвердила Эми. — Я хочу хоть что-то оставить своим детям.

— И сколько у вас детей? — вежливо поинтересовался Антон.

— У меня нет детей! Это всего лишь риторический прием.

— Вы были замужем?

— Никогда.

— У вас есть постоянный друг?

— Не думаю, что уместно обсуждать мою личную жизнь!

— Очень даже уместно. Я предупреждал вас, мисс Уортингтон, будущая работа не позволит вам вести нормальную личную жизнь недели, а то и месяцы. И если вы сейчас находитесь в разгаре бурного романа или планируете в ближайшем будущем создать семью или что-то подобное, то это работа не для вас.

— У меня никого нет, — тихо ответила она. — Я не планирую семью, и в моей жизни нет места бурному роману, так что я буду счастлива полностью посвятить себя «Зелл Корпорэйшн». Мистер Зелл, возможно, я кажусь вам юной и легкомысленной, но обещаю, что вы вряд ли найдете кого-либо другого, готового окунуться в пучину работы с головой, так как я. Я готова есть, спать и дышать одной работой на «Зелл Корпорэйшн».

Мужчина изучал ее из-под опущенных ресниц.

— Вы начинаете пугать меня, — сухо сказал он.

— Иногда я сама себя пугаю, — согласилась Эми. — Не хотите ли послушать о вибрационном демпфировании и улучшенной термоизоляции при изготовлении ваших трубопроводов? Или о том, как ваш уникальный растворяющий состав может позволить не применять фильтры, из-за чего системы гидроочистки ваших конкурентов станут слишком дорогими?

— Нет, благодарю.

— Тогда, вероятно, я смогу рассказать, каких изумительных успехов достигла «Зелл Корпорэйшн» на заводе в Марселе, убирая воду, добавки и осадок при окружающих условиях так, что обработанную нефть можно получать при помощи традиционного дистилляционного оборудования?

— Хорошо, вы демонстрируете превосходную память. И прекрасно выполнили домашнее задание.

— У меня высокий интеллектуальный коэффициент, — тихо резюмировала она.

— Я не собираюсь смотреть на вас свысока, — заметил он. — С момента болезни Марси я отчаянно нуждаюсь в помощнике. Посмотрите-ка на это. — Он бросил ей на колени тонкий титановый телефон.

— Ваш мобильный телефон?

— Спутниковая связь, мисс Уортингтон. Он работает везде. Я отключил его на время пребывания в аэропорте. Взгляните на экран.

Эми повиновалась, высветились цифры: 37 пропущенных звонков, 44 новых сообщения.

— Мне ясна ваша проблема, — выпалила она.

— Хорошо. Вы хотите разрешить ее прямо сейчас?

— Я? Сейчас?

— У нас мало времени. Мы улетаем в Борнео в два.

— Мы?

— Вы и я. Мы. Нам нужно осмотреть один завод.

— Это значит, я принята на должность? — задыхающимся голосом спросила девушка.

— Если ваш анализ на кровь не покажет, что вы наркоманка или беременны.

— Но… но я не знаю, с чего начать!

— Со звонков. Сейчас все, что мне нужно, — это чтобы вы ответили на телефонные звонки. Выясните, кому я должен позвонить срочно, а другим скажите, что я недосягаем. — Антон указал на огромный стол из тика в углу кабинета. — Рабочее место Марси. Когда мы вернемся в Гонконг, вы познакомитесь с ее стилем работы и ее системой. В офис она не вернется, другие секретари помогут вам.

— Мистер Зелл, я не ожидала, что начну работать прямо сейчас! Я планировала завтра улететь в Лондон. Если я действительно принята на работу, то мне нужно завершить кое-какие дела.

— Вы нарушили мое расписание, я думаю, это дает мне право нарушить ваше. Сегодня днем вы нужны мне в Борнео. Когда мы вернемся, уверен, у вас будет время вернуться в Лондон для завершения дел.

— Но я упаковала вещи лишь на три дня!

— То, что вам действительно будет необходимо в Борнео, — отрезал он, — так это плащ. Сейчас сезон муссонов.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Свернувшись калачиком под плащом, купленным в аэропорту Гонконга, Эми все еще отвечала на телефонные звонки, пока они обследовали нефтеперегонный завод в Бандаке. День был в разгаре, но из-за ужасной погоды казалось, что уже наступила ночь.

— Несмотря на муссон, мы опережаем график, — стараясь перекричать ветер, говорил главный инженер местного проекта. Они стояли в укрытии вместе с ведущими инженерами. Дождь с яростью обрушивался на крышу.

— Первая фаза вступит в работу на два месяца раньше.

— Пробы сделаны?

— Прошли первые тесты. Новая система выглядит превосходной.

— Какой уровень продукции мы получим на первой стадии?

— Мы уже сделали предварительные подсчеты, — сказал мужчина, разворачивая файл. — К маю мы уже будем обрабатывать две тонны в месяц.

— Отдайте документацию моей помощнице, — приказал Антон.

Ни на секунду не отрываясь от переговоров по телефону, Эми с улыбкой приняла бумаги от старшего менеджера, теперь она уже несла целую кипу бумаг. Женщина, с которой она общалась посредством спутниковой связи, требовала к трубке Антона, но Эми были даны строжайшие инструкции не связывать его ни с кем.

— Мне очень жаль, — бормотала девушка, — но мистер Зелл на совещании, и я не могу его беспокоить.

— Да я же слышу его голос, черт возьми! — истерично кричал аристократический голос. Эми представила женщину, назвавшуюся леди Кэррон, с сигаретой, вставленной в длинный эбонитовый мундштук. — Где он? Подпирает барную стойку в окружении милых кисок?

— Он осматривает нефтеперегонный завод, — спокойно ответила Эми, — в окружении инженеров.

— А вы, черт возьми, кто? Вы не Марси.

— Правильно. Мое имя Эми Уортингтон, и я замещаю Марси.

— А что, черт побери, случилось с Марси?

— У нее проблемы с сердцем, леди Кэррон. Хотите оставить сообщение?

— Да, дьявол вас побери, хочу. Скажите Антону, что я жду его звонка. — Последовал гудок, и тут же Эми уже принимала новый звонок.

Антон подошел к своей новой помощнице и взял ее за руку.

— Мы здесь закончили, но пилот говорит, что погода ухудшится. Думаю, возвращаться в Гонконг сегодня вечером нельзя.

— Уж лучше быть разорванными пираньями, чем сидеть под таким ливнем.

— Пираньи водятся в Южной Америке, мисс Уортингтон. Мы проведем ночь в отеле в Кучинге.