Секретарша миллиардера - Кэр Мадлен - Страница 7

Раздался звонок. Раздумывая, кто бы это мог прийти — здание имело систему охраны от уличных торговцев и разносчиков товаров — она подошла к домофону. Фигура на мониторе показалась ужасно знакомой.

— Антон? — спросила она, хватая трубку. Мужчина стоял, глубоко засунув руки в карманы пиджака.

— Вы собираетесь держать меня на улице?

— Я пытаюсь впустить вас! — Она неистово жала кнопки в надежде, что ей удастся найти ту, с помощью которой открывается дверь. Она еще ни разу никого не впускала! Должно быть, красная кнопочка служит ключом. Эми нажала на нее и с облегчением заметила, что нетерпеливая фигура исчезла с экрана.

Девушка побежала в ванную, сердце колотилось, словно пойманная птица; надо привести себя в презентабельный вид. У нее едва хватило времени, чтобы расчесать волосы, как затрезвонил дверной звонок. Запыхавшись, она открыла дверь.

На пороге возник Антон. Он едва взглянул на нее, усилия по наведению красоты не были оценены по достоинству, но апартаменты обвел придирчивым взглядом.

— Черт, я и забыл, как хороша эта квартира.

— Она очень красивая. Я счастлива жить здесь.

— Еще бы вы не были счастливы, — сухо заметил он. — Вы живете в лучших условиях, чем я. У меня холостяцкая берлога в районе Ван-Чай. — Он пожал плечами. — Правда, до работы я добираюсь за пятнадцать минут. Итак… устраиваетесь на новом месте?

— Я едва смогла найти собственные чемоданы, — с улыбкой заметила она. — Водитель забирает меня каждое утро, но я еще так и не увидела Гонконг!

— Вот почему я и приехал, — объяснил он. — Мне нужно кое-что сделать в городе. Вы можете сопровождать меня, заодно и с городом познакомитесь.

Сегодня лимузина не было, вместо него у обочины их ждала блестящая двухместная машина Антона.

— Ух ты, — восхитилась Эми, — классные колеса!

— Садитесь. — Он открыл дверцу, и его рука, лежащая у нее на пояснице, подтолкнула ее вперед. Эми никак не могла привыкнуть, что эта сильная рука последнее время указывает ей нужное направление.

— Быстрая и мощная, нет места для багажа, — резюмировала девушка, погружаясь в мягкое сиденье, — похожа на своего владельца.

Антон завел мотор, и машина с ревом рванула с места. Было приятно чувствовать, как ветер играет в волосах. Эми откинулась назад, чувство взволнованности охватило ее.

— Почему вы сказали это? — спросил он после минуты молчания.

— Что? — девушка взглянула на него.

— То, что у меня нет места для багажа.

— О, извините, я не хотела показаться дерзкой. — Его лицо хранило серьезное выражение, и она испугалась, что обидела его. — Констатация факта.

— Что?

— Это ваш стиль. Ни тюремщиков, ни лишних пассажиров, ни выходных дней. Прекрасный образ жизни, когда за плечами нет человека, кого необходимо принимать во внимание. Вы же не мечтаете о жене в бигудях, жарящей печенку с луком, о троих малышах, таскающих вас за рукава с воплями «Папочка! Папочка!».

— Хм, звучит ужасно.

— Работаете до полуночи, затем глотаете лапшу и виски в каком-нибудь стриптиз-баре в Ван-Чай?

— А вы?

— А что я? — рассмеялась девушка.

— Когда вы пришли на собеседование, то сказали, что не сыщется ни одного человека, который бы ушел в работу с головой так, как вы. Вы сказали, что хотите есть, спать и дышать одной работой на «Зелл Корпорэйшн».

— Да, сказала и держу слово.

— Так в чем же разница между нами?

— Вероятно, ни в чем. Только я не жалуюсь. Я вынужденно одержимый одиночка и счастлива от этого.

Антон усмехнулся.

— Вы шутите, не так ли?

— Полагаю, никто из нас не собирается сидеть за семейным столом с тремя детьми и есть печенку с луком. Бесполезно и мечтать.

— Мечтать всегда полезно.

Тема разговора вдруг стала ей неприятна.

— Куда мы едем?

— На Баттери-стрит. Думаю, вам захотелось бы взглянуть на ярмарку поделочных камней: нефрит, жадеит, они часто идут под одним названием — жад.

— Драгоценности? Ну и ну, рассказывайте дальше.

— Жад — более чем драгоценность, мисс Уортингтон, — объяснил он. — Это стиль жизни, камень небес. Он и лекарство, и религия, и искусство. Человек растирает его ради здоровья, поклоняется ему ради красоты и возьмет его в будущий мир. Вы даже можете съесть его, если хотите жить вечно.

— Нет, спасибо. Уже девяносто будет многовато. Что еще мне следует знать?

— Минералы могут быть зелеными, белыми, лавандовыми, красными, желтыми и даже черными. Самые ценные камни — нефрит и жадеит. Нефрит встречается чаще, жадеит более дорогой и прочный.

Рынок на углу Канзу и Баттери-стрит волновался и шумел. Как и сказал Антон, ассортимент товаров поражал воображение: всевозможные ювелирные украшения, коробочки с крошечными бусинками и шариками, статуэтки животных и даже глыба необработанного зеленого нефрита размером с человека. И камни, камни любых цветов, любых оттенков, самых невероятных, от черного до белоснежного.

Один магазинчик привлек внимание Эми. Владелец расставил на полках множество маленьких фигурок животных.

— Мне нравится поросенок, — сказала девушка, беря в руки толстенькое маленькое существо с пухленькими щечками и круглыми глазками.

Владелец сделал шаг вперед.

— Прекрасный выбор, — воодушевился он. — Пятьсот долларов.

Услышав цену, Эми зажмурилась.

— Для меня слишком дорого. — Она поспешно поставила фигурку на место.

— В любом случае свинья не ваше животное, — заметил Антон. — Вы родились под другим знаком.

— И каким же? — спросила Эми.

— Вы обезьяна, — серьезно ответил он. — Вот эта статуэтка вам больше подойдет.

Девушка взяла фигурку из его рук. Маленькая обезьянка обеими лапками прижимала к груди банан и озабоченно оглядывалась из-за плеча: никто не позарится на ее трофей? Она была такой восхитительной, что Эми задохнулась от восторга.

— О, какая премиленькая обезьянка! Я уже люблю ее!

Глаза Антона угрожающе сузились.

— Проклятье, только что вы удвоили цену, — прошептал он.

— Мне все равно, — зашипела она в ответ. — А какие качества есть у обезьяны?

— Ну, если бы вы родились кабаном, то были бы более приятной персоной, и я бы, не задумываясь, принял вас на работу.

— Что-то я не заметила особых колебаний по поводу моего приема на работу, — парировала Эми.

— Однако как обезьяне, — продолжал он, игнорируя ее замечание, — я не могу отказать вам в уме и шарме. Хотя в вас коренится недоверие к людям, и поэтому с вами тяжело сблизиться.

— Вы составили полное описание! А вы кто? Тигр, полагаю?

— Дракон.

— О, почему-то я не удивлена. И каковы ваши качества, о, великий дракон?

— Я само совершенство, создающее другим много неразрешимых проблем.

— Как страшно, — поделилась она. — Но в этой астрологии есть кое-что дельное.

Эми позволила Антону поторговаться с владельцем и купила обезьянку за треть ее настоящей стоимости. Когда они уходили, Антон сурово объяснил ей, что, если бы она не выказывала так бурно свой восторг, обезьяна стоила бы дешевле.

— Учту на будущее, — смущенно пообещала она, но не радоваться своей покупке не могла. Эми развернула обертку и умиротворенно мурлыкала над обезьяной. — Полагаю, мне следует спросить вас: она из нефрита или жадеита?

— Из нефрита, — сказал Антон. — Работа превосходная, но камень не особо ценный. Пойдемте, хочу показать вам нечто особенное.

Он властно взял девушку за руку и повел за собой вдоль темного переулка, где толпилось значительно меньше народу, а туристов не наблюдалось вообще. В самом конце аллеи находился магазин с резными красными дверьми. На первый взгляд он был закрыт, но когда Антон ударил кованым дверным молоточком в виде дракона, дверь открыл пожилой мужчина в очках с лупами на обеих линзах. Он радушно приветствовал гостей.

— Мистер By, — поздоровался Антон, — надеюсь, вы сможете показать нам ваши изделия.

— Конечно, — отозвался старик, шире открывая дверь. И снова Эми почувствовала, как сильная твердая рука легла ей на поясницу и подтолкнула вперед.