Господство Выживших (ЛП) - Смедман Лиза - Страница 32

— Нет! — закричала высшая жрица.

Она не могла позволить этому случиться. Только не сейчас, когда первая волна Гонадорцов уже на подходе.

Куилью пропела гимн, который немедленно перенёс её в помещение на луче лунного света. Её ботинки скользнули, когда она приземлилась — она стояла по лодыжку в воде. Рилла, прервав молитву, развернулась.

— Куилью! Это вы? — сказала она.

Неплохая уловка. Вендонай не мог слушать разговоры направленные ей лично.

Она думает, что я управляю тобой.

Это не так.

Пока.

Замолчи!

Куилью тряхнула головой. Рилла. Она должна сконцентрироваться на Леди Битвы.

— Конечно, это я. Что ты делаешь?

Рилла не пыталась изгнать демона. Возможно, она пока не знала.

— Проверяю, что всё запечатано как надо, как Вы и приказали. В этом помещении есть портал, которого здесь быть не должно, — она вновь начала молитву.

— Прекрати! — крикнула Куилью.

Она вплела в крик ноту, что сцепила пальцы Риллы вместе, мешая ей сделать последний жест, чтобы запечатать портал.

— Я создала этот портал. Он ведёт к ловушке. И скоро он придёт в действие. Пойди и найди Хоралдина — он нужен мне, чтобы перезачаровать портал! Сейчас же!

Рилла повернулась. Леди Битвы была напугана, и голос её дрожал — Куилью чувствовала запах страха женщины.

— Хоралдин мёртв.

Она врёт тебе. Пытается смутить тебя.

— Что? — Куилью потёрла запястье. — Это не так. Я только что говорила с ним.

В действительности, она поместила на Хоралдина магическое принуждение. Заклинание не разрешит ему общаться с кем-либо ни речью, ни жестом, ни символом, ни заклинанием, пока она не разрешит ему. Куилью закрепила принуждение, прочертив линию по горлу. Если он попытается заговорить, то тут же начнётся припадок кашля.

Кровавого кашля.

Куилью моргнула, поражённая. И с чего это жрица это придумала?

— Вы перерезали ему глотку, — сказала Рила.

— Обезглавили его, — она резко глянула на Клинок Полумесяца.

Глаза Куилью скользнули по мечу. По крови на нём.

Она пытается обмануть тебя. Это — твоя кровь. Порез просто вновь кровоточит.

Куилью подняла свою руку.

Рилла напряглась. Её сцепленные пальцы схватили святой символ.

Куилью сдёрнула свой наруч. На запястье был порез. Нет, не порез. Шрам. Старый и серый.

На лезвии была не её кровь.

Ты должна была сделать это! Это было необходимо! Он бы всё разрушил!

— Он бы всё разрушил, — повторила Куилью.

Высшая жрица почувствовала небольшое давление на ноги, и поняла, что вода в комнате поднялась. Река вышла из берегов? Куилью оглянулась через плечо. Нет, дверь позади неё была закрыта. А вода в помещении поднималась. И довольно быстро. Когда вода достигла ботинок, и начала вливаться в них высшая жрица поняла, что чувствительность вернулась к её ногам. До этого момента она не понимала, что они были оцепеневшими, почти мёртвыми. Они будто были тяжёлыми, бесформенными, трудно…

Вода поднялась до колен Куилью. Ноги покалывало.

Рилла подошла ближе. Её ноги с хлюпаньем прорезали воду. Глаза Леди Битвы смотрели в глаза Куилью:

— Борись с ним, — прошептала она. — Молись. И изгони Вендоная.

Леди Битвы выкрикнула слово, после которого всё засияло лунным светом, и бросилась вперёд, врезаясь в Куилью и роняя её в воду.

Она пытается утопить тебя! — взвыл Вендонай.

Куилью почти смеялась, слыша такую очевидную ложь. Вода была чистой и сладкой на вкус. Песня Риллы всё лилась, падая словно капли дождя на поверхность воды. Куилью почувствовала руку Леди Битвы на своём запястье, и поняла, что Рилла пытается погрузить Клинок Полумесяца в воду.

В исцеляющую, святую воду.

Нет! — закричал Вендонай. — Это разрушит клинок! Ты никогда не убьёшь Лолс!

Рука демона — рука Куилью, поднялась. Рукоять меча ударила в нос Риллы, отбрасывая её, и срывая руки с запястья. Куилью чувствовала, как её тело вскочило, и выкрикнуло слово, что мгновенно выжгло воду вокруг её кожи. Знакомая тяжесть мысли вернулась к ней. Казалось, будто её разум пробивался сквозь зловонную, жирную грязь. От талии и ниже, тело было ещё в святой воде, и поэтому принадлежало ей. Куилью бросилась на колени, и внезапно вода оказалась у её рта. Она глотнула её и почувствовала, как благоговение выталкивает демона из неё. Обратно, в Клинок Полумесяца.

Пей, сколько влезет, — злорадствовал Вендонай из меча, который Куилью держала над водой. — Я выработал сопротивление этому. И я вновь завладею тобой, как только ты появишься на поверхности.

Ещё одна ложь? Куилью так думала, но ни в чём не была уверенна. Уже нет. Как долго демон изменял её восприятие? Какие ещё преступления против своей веры он успел совершить?

В святой воде она была в безопасности. Куилью пыталась решить, что ей делать. Один быстрый рывок и Клинок Полумесяца окажется под водой. Это изгонит Вендоная. Но и уничтожит единственный шанс стереть из всех дроу его заразу.

Всё же, она заметила, что, скорее всего, это семя посеял в неё Вендонай. Ирония была в том, что это было возможно. Действительно у Куилью существовала молитва, которая позволила бы заключить всю заразу в ней. И как только зараза перейдёт в неё, серебряный огонь Мистры уничтожит высшую жрицу. Но недостатком этого плана, тем, чем Вендонай ослеплял её до этого момента, было то, что, храня в себе заразу, она потеряет над собой контроль. Навсегда. Демон бы управлял её телом, словно Лолс Ямами Паутин Демонов. Любой серебряный огонь, который она призовёт, будет служить злой цели.

Куилью посмотрела на Леди Битвы сквозь воду. Рилла плавала поблизости, лицом вниз, и кровь текла из её разбитого носа. Она уже не дышала. Позже, когда она решит, что ей делать, она возродит её. В настоящий момент, она благодарила Вендоная, что у того не хватило сил, опустит Клинок Полумесяца. Если клинок перерубит шею Риллы, то её душа будет разрушена.

Так же, как и душа Хоралдина.

Куилью молила, чтобы Клинок Полумесяца не полностью перерубил шею друида, а его душа выжила и присоединилась к Риллифану под великим дубом.

Куилью! — проревел Вендонай. — Я знаю, что ты слышишь меня! Что ты собираешься делать теперь? Изгонишь меня, и оставишь надежду на спасение своей расы кому-нибудь другому?

И вправду? Серебряный огонь Мистры мерцал в ноздрях Куилью. И хотя она была погружена в воду и её длинные локоны расстелились по воде, словно морские водоросли, она не чувствовала потребности дышать. У неё было всё время мира, чтобы подумать, если, конечно, никто не откроет двери в это помещение и не даст воде вылиться.

Её разведчики, например. Первая группа культистов Гонадора может появиться в любой момент, и они пойдут именно этим путём.

Она взмахнула рукой, закрывая замки.

Куилью быстро составила план отступления, который расскажет Ночным Теням. Разрушить янтарь, и сбежать из храмов Гонадора. Но высшая жрица отмела его. Слишком много усилий потрачено на эту затею.

Куилью рассматривала все варианты. Она ли начертала символ безумия на разрушенном храме или это была очередная уловка Вендоная? И решила, что это не имеет значения. Если символ будет на месте, а фанатики войдут в портал, то после они будут похожи на бредящих сумасшедших, не помнящих, даже как выглядел храм их божеству, не то чтобы вспомнить, как им воспользоваться. А если символа не существовало, то фанатики не получат никакой выгоды от посещения дна Ямы. Если бы они, так или иначе, выбрались с Астрального Плана, то не узнали бы ничего нового о Променаде. А планарный разрыв существовал века, с тех пор, как Гонадор, словно бормочущая растёкшаяся свеча, прошёл через него.

Даже если бы случилось худшее, и фанатики смогли бы расширить разрыв до такой степени, что аватар пролез бы в него, то это тоже не имело бы значения. Печати наверху Ямы гарантировали, что аватар никуда не денется.