Корсары Таврики - Девиль Александра - Страница 11

— Я бы и сегодня не пришел, если бы ты меня не заманила. Ведь как ловко придумала, что будто бы Лукино тайно приехал в Кафу! Это меня заинтриговало.

— Ты нарочно так говоришь, чтобы меня позлить? — Она больно ущипнула его за ухо. — Неужели я сама по себе тебя не привлекаю? Или ты, женившись, решил быть таким уж без­грешным, благоверным супругом? Все мужчины имеют любов­ниц, почему же такой красавец, как ты, должен отказывать се­бе в удовольствиях?

— Ладно, Бандекка, согрешили — и хватит. — Донато ото­двинул ее от себя и рывком поднялся с постели. — Считай, что сегодня мы с тобой вспомнили прошлое и на том распрощались.

Он поспешно натянул штаны, рубашку и уже направился к двери, но тут Бандекка вскочила и, забежав вперед, стала пе­ред ним с гневным видом:

— Уже уходишь? Попользовался мной, изорвал на мне одежду — и был таков?

— Не обижайся, Бандекка, — примирительно сказал Дона­то и, порывшись в карманах, выложил на стол пару золотых. — Вот, купи себе новое платье. — Он пару секунд подумал и про­тянул ей цепочку с жемчужиной. — Возьми и это. Может, ты сохранишь мой подарок лучше, чем...

Донато не договорил и отвернулся от Бавдекки, намерева­ясь уйти, но она снова его задержала:

— И куда ты теперь? Поедешь к ней, к своей женушке?

А он вдруг понял, что не сможет сейчас вернуться в Подере ди Романо, что ему надо какое-то время переждать, прийти в себя. Память услужливо подсказала, что есть поручение кон­сула, которое Донато, торопясь в поместье, собирался перепо­ручить своему помощнику Кристофано.

— Нет, Бандекка, я не встречусь с Мариной в ближайшие дни. Консул велел мне отправиться на переговоры с ханом. Так что прощай, завтра с утра я уезжаю из Кафы.

— А когда вернешься? — с надеждой спросила она.

— Не знаю.

Бандекка хотела обнять его на прощание, но он отстранил ее и быстро покинул комнату.

Глава четвертая

Осторожно ступая по темной улице, Зоя все время в мыс­лях прикидывала, какую выгоду может извлечь из соз­давшегося положения. Вначале она решила сказать Марине, будто сама покончила с ее врагом и теперь вправе тре­бовать от подруги вознаграждения. Ведь главным было то, что злодей уничтожен, а уж чьими руками — Марине знать не обяза­тельно. Но потом Зое пришло в голову, что ее обман может рас­крыться, когда Донато вернется в поместье и, вполне вероятно, расскажет жене о своем столкновении с этим фра Бернардо или Нероне, как он его назвал. И ведь еще не известно, знает ли До­нато, что Зоя была подослана Мариной. Вдруг Нероне перед смертью сказал об этом своему противнику? В таком случае Зоя будет выглядеть перед подругой чуть ли не предательницей.

«Я Марине больше не нужна, — мысленно произнесла Зоя и на мгновение остановилась. — Ее враг уничтожен, а мой муж еще долго проживет. Вряд ли Марина теперь выполнит свое обещание».

Чувствуя досаду и растерянность, Зоя огляделась по сторо­нам и невольно вздрогнула: она находилась сейчас недалеко от того места, где Донато с Бандеккой бросили тело Нероне. Поежившись, молодая женщина ускорила шаг.

Но далеко отойти ей не пришлось: за спиной она вдруг услы­шала странный шорох, а в следующую секунду сзади ее обхва­тили чьи-то крепкие руки. Она хотела крикнуть, но ей зажали рот, и у самого уха знакомый голос прошипел:

— Молчи, если хочешь жить.

В лунном свете перед ней возникло лицо Нероне — блед­ное, с выпученными, лихорадочно горящими глазами, с при­липшими к щекам мокрыми волосами. Решив, что на нее напал оживший покойник, Зоя мгновенно лишилась чувств.

Нероне усадил ее на землю, прислонив спиной к стволу де­рева, и пару раз ударил по щекам, чтобы очнулась. Но, едва она открыла глаза, как уже снова была готова закричать от ужаса. Нероне с угрожающим жестом произнес:

— Не ори, глупая баба, я не призрак, а живой человек. И те­бя не собираюсь убивать, не бойся.

Зоя дрожащим голосом пролепетала:

— Но как ты... как ты выжил? Я же видела, как они сброси­ли твое тело в ров с водой...

— Нероне Одерико не так-то просто убить, — мрачно усмех­нулся генуэзец. — Я умею притворяться мертвым, когда нуж­но. Если бы Донато был умней, он бы понял, что не додушил меня до конца.

— Нероне Одерико... Тебя зовут Нероне Одерико? — не­вольно переспросила Зоя.

— Тебе лучше забыть это имя, — нахмурился зловещий со­беседник. — Нероне больше нет, как нет и фра Бернардо. Те­перь у меня будет новое имя. Но о том никто не должен знать. И меньше всего — Донато и его женушка.

Все еще дрожа от страха, Зоя удивилась, почему ее не­давний душитель говорит с ней миролюбиво и даже как будто откровенно. А он, словно распознав ее мысли, усмех­нулся:

— Что, небось, гадаешь, для чего ты мне нужна? Хочу тебя расспросить, большую ли награду тебе обещала Марина за мою жизнь? Да и вообще, кто ты такая? Ты ведь не монахиня и не латинянка, я это сразу понял. Почему Марина выбрала для та­кого дела именно тебя?

Глядя в его страшные, колючие глаза, Зоя не в силах была выдумать какую-нибудь ложь и сразу же призналась:

— Я давняя подруга Марины, мы жили в Кафе в соседних кварталах. Не знаю, чем ты ей опасен, но она попросила меня сделать то, что я сделала... и дала за это денег.

— Золотых?

— Да.

— Давай их мне.

Зоя вытащила из-за пояса кошелек и протянула Нероне. Он пересчитал монеты и покачал головой:

— Мало. Неужели она так дешево оценила мою голову? Или это задаток, а остальное заплатит потом?

— Мне не столько деньги нужны, сколько нужна ее ответ­ная услуга...

— Гм... ответной услугой за убийство может быть только другое убийство. Так или нет?

— Да... — прерывисто выдохнула Зоя.

— И кто же тебя довел до такого греха?

— Моя жизнь ужасна, и испортил ее один человек, от кото­рого я хочу избавиться... Это мой муж.

— И Марина обещала его убить? Неужели ты ей веришь? Эта благочестивая матрона никогда не пойдет на такой риск!

— Да, вряд ли она сама это сделает, но, может быть, наймет кого-нибудь или мне даст денег, чтобы я наняла...

— Вот как? Что ж, деньги мне нужны, и как можно больше! Зачем тебе искать наемных убийц, если я сам могу прикончить твоего муженька? Так что поскорей бери у Марины положенную плату и отдавай ее мне, а уж я в этом деле не подведу.

— Но что она скажет, если узнает, что ее врага убила не я, а другой человек... и, кажется, это был ее муж?

— Да, это был он. А разве вы с Донато не знакомы?

— Нет, не знакомы. Меня выдали замуж в Солдайю, и с тех пор мой муж ни разу не отпустил меня в Кафу, и я не видела никого из своих прежних подруг. Но совсем недавно я сбежала от него и нашла приют в поместье у Марины. А Донато в это время уже был в Кафе.

— Понятно. Это хорошо, что Донато не знает тебя в лицо. Вряд ли он запомнил ту бедную монашку, которую я пытался задушить.

— Ты ведь не рассказал Донато, что это Марина подослала меня к тебе?

— Нет, не рассказал, не успел. И вижу, что это к лучшему. Вряд ли и Марина скажет ему, что пошла на убийство. А вот ты теперь можешь держать в руках свою подружку. — Он злорадно усмехнулся. — Эта чертовка вздумала меня перехитрить, а тебя послала на риск, так уж теперь мы заставим ее раскошелиться! Впрочем, за обман я ей уже отомстил. У них с Донато больше не будет мира! Я выпустил между ними черную кошку!

Зоя, почувствовав, что теперь каким-то образом будет свя­зана с преступником, растерянно пробормотала:

— Но что я скажу Марине? Как мне обрисовать ей твое... убийство?

— Расскажешь все, как было: в комнату ворвался какой-то незнакомый тебе человек, ты испугалась, убежала, а потом слу­чайно подсмотрела, как этот человек с Бандеккой сбросили меня в ров. Это ведь была Бандекка? — Глаза Нероне злобно засверкали, и он одной рукой принялся разминать другую. — Так ударила меня своим башмаком, что чуть кость не раздро­била. И, кажется, именно она столкнула меня в ров?

— Да, это сделала Бандекка, я видела.