Рыцари - Миллер Линда Лаел - Страница 44

Но Джанет решила вызвать Глориану на разговор.

— Я думаю, за несколько дней ты научишься управляться в магазине. Тебе нужно будет только здороваться с покупателями, отвечать на телефонные звонки да не забывать запирать двери после шести. Всем остальным — учетом книг и корреспонденцией — я займусь сама по возвращении из Франции.

Глориана кивнула, не открывая глаз.

— Надеюсь, вы не пожалеете о том, что взяли меня, Я почти ничего не знаю об этом ремесле. — Сквозь полуприкрытые веки Глориана увидела, что Джанет включила радио и крутит ручку настройки. Машина заполнилась приятной спокойной музыкой.

— Ремесло? — переспросила Джанет. — Это слово странно звучит в данной ситуации. Откуда ты явилась к нам, Глориана Сент-Грегори?

Глориана поняла, что желанной тишины ждать не приходится, а ей так хотелось послушать музыку, которую играл невидимый оркестр.

— Я американка, — сказал она. В конце концов это было почти правдой. — Вернее, я родилась в Америке, но почти всю свою жизнь провела здесь, в Англии.

Джанет крутанула руль, и машина повернула. Глориана едва удержалась на сиденье.

— Хм, — недоверчиво хмыкнула Джанет. Было ясно, что ее не обмануло объяснение Глорианы.

Магазин был расположен в опрятном двухэтажном домике под остроконечной, крытой черепицей крышей. Тоска по родному дому никогда не покидала Глориану, но этот уютный маленький домик ей очень понравился.

— Как чудесно! — воскликнула она, восхищенно разглядывая витрину с выставленными в ней тяжелыми, переплетенными в кожу томами.

Джанет улыбнулась, выскочила из машины и раскрыла зонтик.

— Спасибо, — радостно сказала она, торопливо подходя к входной двери и вставляя .ключ в замочную скважину.

Глориана поспешила вслед за ней. Через мгновение они оказались в небольшой аккуратной комнате, битком набитой книгами. По стенам стояли высокие шкафы, заполненные книгами сверху донизу, толстые тома лежали на стульях, столах, прилавках и стойках.

— Правда, здорово? — воскликнула Джанет. Она скинула плащ и повесила его на вешалку рядом с дверью. Зонтик она оставила сушиться на полу в крошечной прихожей, подальше от книг. — Конечно, если бы нам с Лином не досталось приличного наследства. Я не смогла бы содержать магазин. Мои книги очень дорогие, а людей, которые могут позволить себе купить старинный манускрипт, не так уж и много.

Глориана нахмурилась, размышляя над словами Джанет. Она сняла куртку и повесила ее на вешалку рядом с плащом сестры Кирквуда.

Джанет кивнула Глориане:

— Пошли, я покажу тебе твою комнату. Она наверху — маленькая, но зато уютная.

Глориана последовала за хозяйкой, бросая жадные взгляды на коллекцию Джанет.

— А ты не боишься доверять незнакомому человеку… такое богатство?

Джанет улыбнулась ей, обернувшись через плечо.

— Лин доверяет тебе, — сказала она. — Мне этого вполне достаточно. У него чутье на людей. Кроме того, у меня мало выбора. Если я не уеду, то сойду с ума. Терпеть не могу такую погоду!

Наверху было действительно довольно уютно. В комнате был маленький, сложенный из кирпича камин. Стулья были куда удобнее и изящнее, чем те, на которых доводилось сидеть Глориане. Она увидела также телевизор и несколько книжных полок. Там было две спальни, меньшая из которых была альковом с высокими окнами. Здесь же наверху оказались ванная комната с умывальником и небольшим шкафом и кухня.

— Садись, пожалуйста, — весело сказала Джанет, — а я приготовлю сейчас чай. — Она выбежала из кухни и вернулась с чашками и блюдцами. — Я буду так благодарна, если ты поможешь мне с магазином. Надо будет позвонить Лину и дать ему знать, что у нас тут все в порядке. Он очень переживает за тебя.

Глориана не могла не улыбнуться, слушая болтовню Джанет. Она опустилась в мягкое уютное кресло. Она знала, что совершает большой грех, наслаждаясь удобствами этого мира, она ничего не могла с собой поделать. В квартире Джанет, как и в доме Лина, было тепло, чисто, а воздух был наполнен легким, едва уловимым ароматом.

Глориана подумала, что Лин не без оснований беспокоится о ней. За короткий промежуток времени она узнала столько нового. Иногда Глориане казалось, что ее голова вот-вот лопнет от напряжения. Она была умна и образованна, ведь ее учил отец Крадок. Но латынь, греческий и математика казались куда более легкими, чем премудрости современного мира.

Они попили чаю с бутербродами, а потом Глориана восхищенно наблюдала, как Джанет нажимает кнопки телефона. Для окружающих такой способ общения был в порядке вещей, но Глориана никак не могла к нему привыкнуть.

Когда Джанет протянула ей трубку, сердце Глорианы бешено застучало: она никогда раньше не разговаривала по телефону. Услышав голос Лина, Глориана вздрогнула от неожиданности.

— Здравствуй, Глориана, — произнес голос.

— З-здравствуйте, — ответила Глориана, переводя дыхание. Если бы было такое устройство, что позволило бы ей услышать голос Дэйна, хоть на минутку!

— Моя сестра хорошо с тобой обращается?

Глориана молча кивнула, но потом вспомнила, что Лин не видит ее и сказала в трубку:

— Да. Джанет очень добрая, как вы. — В этом было что-то неприятное — разговаривать вот так с невидимым собеседником, будто он привидение.

Потом Лин сказал, что она может звонить ему, когда захочет, и дал ей свой номер телефона. После этого Глориана передала трубку Джанет и подошла к окну.

Ее окружали друзья, Глориана знала это. Она могла рассчитывать на их поддержку. Но она очень скучала по Дэйну. Неужели она так никогда и не сможет увидеть его вновь? Дотронуться до его руки? Неужели ей придется смириться с жизнью в чужом ей двадцатом веке?

Все утро лил дождь, что как нельзя более соответствовало мрачному настроению Глорианы. Забыв ненадолго о своем горе, Глориана внимательно слушала объяснения Джанет. Она рассказала ей, что отвечать на телефонные звонки, когда закрывать и во сколько открывать магазин, как в случае необходимости получить помощь.

Глориану все еще удивляло, почему Джанет не боится оставить на нее магазин со множеством бесценных книг. Это ведь такая ответственность!

— Если устанешь от хлопот, — подвела итог Джанет, когда они сидели вечером внизу и пили чай, — просто закрой дверь на замок, опусти жалюзи и пойди прогуляйся или посмотри телевизор. Вообще-то я могла бы закрыть магазин, если бы не клиенты. Покупатели не любят ждать. Некоторым из них вдруг приспичит приобрести какой-нибудь пыльный том, а меня нет!

— А если я вдруг сделаю что-нибудь не так? — поинтересовалась Глориана. В замке Хэдлей, незадолго до возвращения Дэйна с континента, Глориана училась вести хозяйство. Тогда она больше полагалась на чутье, чем на какие-то правила. Здесь же инструкции, данные ей Джанет, нужно было исполнять четко. Джанет пожала плечами. — Мы все иногда ошибаемся. Если ты вдруг засомневаешься в чем-либо, попроси клиента, отложить покупку до моего возвращения. На этом все вопросы, касающиеся магазина, были улажены. Глориана пошла к себе в комнату, выкупалась и рано легла спать, так и не поужинав. Сон, который ей приснился, был так похож на реальность, что какое-то мгновение Глориана даже поверила, что снова вернулась домой, к мужу.

Ей приснилось, будто она стоит у кровати в своей спальне наверху башни. Дэйн спал. Его светлые волосы блестели в неярком свете масляной лампы.

Она прошептала имя мужа и легко коснулась пальцами его лба. Он пошевелился во сне и что-то пробормотал. Она склонилась к нему, уже понимая, что это только сон, и что они далеки друг от друга, как и прежде. Глориана поцеловала Дэйна в губы, и ее сверкающие слезы оросили его лицо. Внезапно он открыл глаза. — Глориана! — воскликнул он. —Слава Богу!

Она почувствовала, что видение исчезает и потянулась к мужу, но было слишком поздно. Проснувшись с испариной на лбу и с сильно бьющимся сердцем, Глориана увидела, что находится в спальне в доме Джанет. Дэйн по-прежнему был далек от нее, но Глориане вдруг показалось, что он совсем рядом. Ее ноздри, как и во сне, все еще вдыхали его запах — запах дождя и ветра, а на своих губах она чувствовала его поцелуй.