Декларация независимости или чувства без названия (ЛП, фанфик Сумерки) - "Kharizzmatik" - Страница 608

– Иззи, детка, это мой сын Эдвард, – нежно сказала я. Она ослепительно улыбнулась, когда я объяснила, и повернулась к нему.

– Привет, Эдвард, – с возбуждением продекларировала она. – Хочешь быть моим другом?

Он продолжал подозрительно смотреть на нее. – Не знаю, – осторожно ответил он через минуту, явно не зная, что с ней делать. Она выглядела так же неухожено, как и всегда, когда я приезжала, грязная с головы до пят, со спутанными волосами и кровоточащими ногами.

– Мне нравится заводить друзей, – продолжила Изабелла, явно не замечая его нерешительность. – У меня полно друзей и у всех есть имена. Мама говорит, что однажды у меня будет друг, которого она сможет видеть, но мне все равно, что пока она их не видит, они мне нравятся! Думаю, мама сможет видеть тебя и будет счастлива, если мы станем друзьями.

– Хорошо, – просто ответил Эдвард, улыбка Изабеллы стала шире.

– Так ты будешь моим другом? – возбужденно уточнила она.

– Думаю, да, – промямлил он.

– Вау! Если ты мой друг, мы можем поиграть! Мама не разрешает мне говорить с незнакомыми, но теперь ты мой друг, а значит ты не незнакомый, потому что я тебя знаю, – сказала Изабелла. Я видела радость в ее глазах, ее лицо светилось, когда она смотрела на моего сына. Очевидно, он ей понравился, она была очарована чужим мальчиком, который был почти одного с ней роста. Я знала, что до сих пор она не видела других детей, и чистое благоговение перед его существованием вызвало у меня слезы.

С другой стороны, Эдвард не казался таким уверенным. – Что с тобой не так? – спросил он, нахмурившись. Изабелла глянула на себя, как и в самый первый день, когда я сказала ей, что она грязная.

– Где? – спросила она, озадаченно проверяя одежду.

– Ты странная, – ответил Эдвард.

– Эдвард, манеры, – жестко сказала я, напоминая ему, чтобы он был милым. Обычно он был воспитанным ребенком, но я знала, что он сбит с толку, поэтому его поведение меня не расстроило.

– Прости, мам, – пробормотал он.

– Все хорошо, дорогой. Не стоит судить людей. Позволь сначала узнать их и дай шанс, – сказала я. Он вздохнул и кивнул, еще раз поворачиваясь к Изабелле.

– Мы можем быть друзьями, – нерешительно пробормотал он. Лицо Изабеллы тут же вспыхнуло и она потянула его за руку, на его лице скользнула паника, когда Изабелла направилась в сад.

– Иди, солнышко. Ты не пожалеешь, – мягко сказала я, заметив его сопротивление. Он кивнул и сдался, неохотно следуя за ней.

– Надеюсь, что нет, – услышала я его шепот.

Я стояла в сторонке и присматривала за ними всю вторую половину дня, пока они бегали и играли, им удалось найти общий язык несмотря на огромную пропасть в воспитании. У них не было ничего общего, музыкальный гений из богатой семьи и маленькая девочка-рабыня, но у обоих были большие сердца и способность любить. И именно это свело их вместе.

Я стояла в саду, глядя на них, и тут ко мне приблизилась мать Изабеллы. Она застыла в нескольких шагах от меня, нервно заламывая кисти. – Она не слишком докучает?

– Конечно, нет, – с улыбкой ответила я. – Она приносит радость.

– Серьезно? – удивленно переспросила она. – Радость?

– Конечно, – сказала я. – Почему вас так это удивляет? Она – чудо.

– Я, э-э… думаю, я привыкла, что людей она раздражает, – нерешительно ответила она. – Она приносит неприятности.

– Ну, ничего такого, с чем бы я не справилась, – со смехом сказала я. – У меня трое мальчиков, так что ее энергия освежает.

– О-о, – промямлила она. – Если ее становится слишком много, можете просто отослать ее прочь. Она хорошо слушается приказов и…

– Я никогда так не поступлю, – быстро ответила я, обрывая ее.

– Э-э, хорошо, – запнулась она.

– Она просто ребенок. Она имеет право бегать и играть, когда пожелает, – объяснила я. – Ей нельзя находиться в подобном месте.

– Вы серьезно так думаете? – нерешительно спросила она.

– Конечно, да. Когда я впервые ее встретила, я уже тогда знала, что Изабелла особенная. У нее чистая душа, а это редкий дар в наши дни. Она сияет так ярко, так ослепительно, что невозможно смотреть на нее и не моргнуть. Меня волнует, что она застряла здесь, мир может никогда не узнать ее, – сказала я, снова поворачиваясь к Изабелле. Они с Эдвардом хохотали, бегая друг за другом, мой сын учил ее играть в салочки.

ДН. Ауттейк 2. Часть 3:

– Вы верите в судьбу?

– Думаю, да, – ответила она. – Думаю, что верю.

– И я, – сказала я. – Всегда верила, по правде говоря. С тех пор, как была ребенком, я верила, что вокруг нас есть сила, которая сводит людей вместе, если так суждено. Когда я впервые встретила вашу дочь, я точно знала, что она из тех людей, кого мне суждено встретить. Она заслуживает большего. Она выше этого, честно говоря.

– Спасибо вам, – пробормотала она. – Спасибо, что так думаете о моей девочке.

– Вы не должны благодарить меня, – ответила я. – Это правда. Думаю, судьба привела меня в этот дом. Мне было суждено узнать Изабеллу, потому что я должна спасти ее. Я верю, что это мое предназначение.

– Вы можете ее спасти? – прошептала она, ее голос надломился от эмоций. Я глянул на нее и увидела слезы в глазах, сквозь силу, которой она сдерживала плачь, прорывалась надежда.

– Нет, не могу, – ответила я, – а спасу. Я спасу ее. Могу я задать вам вопрос?

– Да, мэм, – проговорила она.

– Кто ее отец? – спросила я. Она застыла и уставилась на меня, нерешительно качая головой.

– Я, э-э… я не знаю, что вы имеете в виду, – запнулась она. Я мягко улыбнулась, ощущая ее опасения. Очевидно, что она боялась говорить, боялась предавать Свонов.

– Вы знаете, что я имею в виду, – аккуратно сказала я. – Вы женщина – вы мать. Вы можете сказать мне. Я никогда никому не расскажу это, обещаю. Но дело в том, что я должна знать кое-что, и тогда у меня будет шанс спасти ее от этой жизни.

Она вздохнула, ее глаза нервно осматривали территорию. – Сын хозяина, – прошептала она. – Чарльз Младший. Он, э-э… он…

– Я понимаю, – сказала я, не желая выдавливать из нее эту правду. Я точно знала, что он с ней сделал. – Мне жаль, что с вами это случилось. Такое ни с кем не должно происходить.

Она кивнула. – Спасибо вам. Но я бы ни на что не променяла Изабеллу. Это она сохраняла меня живой эти годы, дала мне причину жить дальше. Вы, э-э… действительно думаете, что можете ей помочь?

– Да. Даже если это будет последнее, что я сделаю, она выберется отсюда, – сказала я, веря в каждое свое слово. Она замолчала, когда дети пробежали мимо нас, Изабелла плюхнулась в грязь. Пыль полетела в воздух и Эдвард инстинктивно отступил назад, отмахивая от грязи.

– Ты можешь найти не такое грязное место, чтобы посидеть? – спросил он, недоверчиво глядя на нее.

– Почему? Я уже грязная, – ответила она, пожимая плечами, как будто это логичный ответ. Я засмеялась, а Эдвард одарил меня странным взглядом, неохотно присаживаясь рядом с ней.

– Мне пора возвращаться к работе, – спохватилась Рене. – Изабелла, будь хорошей девочкой, ладно? Не давай повода миссис, э-э…

Она замолчала, глядя на меня, а я улыбнулась. – Элизабет, – сказала я. – Называйте меня просто Элизабет.

– Элизабет, – повторила она. – Будь с Элизабет хорошей, милая.

Она повернулась уходить, а я постояла с детьми еще немного, наблюдая за их веселой болтовней и игрой в грязи. Потом я извинилась и пошла к машине, открыла бардачок и достала куклу из кукурузной шелухи, которую сделала на днях. Она была намного лучшей той, которую я смастерила для Изабеллы несколько месяцев назад, и мне даже удалось найти подходящую одежку. Я подошла к детям и протянула ей ее. Изабелла нерешительно взяла ее, а потом ее лицо засветилось.

– С Днем Рождения, маленькая Иззи, – сказала я. Она поблагодарила меня, усаживая куклу себе на колени.

– Мне четыре! – продекларировала она, выпрямляя все пальцы на правой руке. Я хихикнула и услышала стон Эдварда.

– Это пять, – пробормотал он.