Декларация независимости или чувства без названия (ЛП, фанфик Сумерки) - "Kharizzmatik" - Страница 612

– Оу, нет. Думаю, я справлюсь, спасибо, – пробормотала я. Она улыбнулась и повторила, что она рядом, если я передумаю, напоминая, что ничто сказанное не уходит за пределы этого офиса. Я пару секунд смотрела на нее, а потом слова вырвались наружу прежде, чем я поняла, что делаю ошибку. Но я больше не знала, к кому обратиться. – Леа, ты слышала о ком-то по имени Стефан Волков?

Она внезапно застыла и удивленно глянула на меня. – Э-э, да, – сказала она. – Его арестовали несколько месяцев назад – он держал бордель в Высокогорном Парке. Несколько девочек оттуда приходили сюда, помнишь?

Я шокировано посмотрела на нее, тут же вспоминая тот случай. Девушки одна за другой исчезли, отказавшись от нашей помощи. – Чем тогда закончилось дело? – спросила я. Она пожала плечами.

– Я слышала, что все девушки отказались давать против него показания, настаивая, что он был непричастен. Думаю, над ними поработали. Ты же знаешь, как там делается дело, на жертв оказывают давление, – сказала она. Я нерешительно кивнула, я знала это по собственному опыту – мой муж жил в этом мире. – В общем, его оправдали, отделался предупреждением. Потом оплатил кое-какие штрафы и ушел восвояси.

– Вау, – пробормотала я.

– Да, даже смешно. За ним тянется километровый криминальный шлейф, тонны арестов, и почти никогда не признавали виновным, – ответила она. – А почему ты спрашиваешь?

– Ой, да ничего. Я услышала где-то его имя и никак не могла понять, почему оно кажется мне знакомым, – быстро сказала я, поднимаясь и надевая пальто. – В любом случае, я спешу. Мне нужно было вернуться еще час назад.

Я вылетела из комнаты прежде, чем она успела задать хоть один вопрос или попросить меня о каком-то одолжении, сегодня я была уже ни на что не способна.

Я прошла несколько кварталов до местной библиотеке и спросила у женщины за столом, где я могу просмотреть их микрофильмы. Остаток дня я обыскивала архивы, пытаясь найти упоминания о нем. Чем глубже я копала, тем сильнее становилось предчувствие в животе, его связи с миром моего мужа казались все глубже. Он сталкивался с людьми, которые, я знала, принадлежали к организации, у него не раз были с ними стычки. Изнасилования, грабеж, подозрения в убийствах и похищениях – все это шло рядом с его именем. Он явно был опасным, нельзя это отрицать, но то, что он связан с Изабеллой не на шутку пугало меня. Не знаю, как он может быть причастен, но теперь мое беспокойство о ее жизни становилось сильнее. Она отнюдь не в безопасности, этот человек может добраться до нее.

Я знала, как появилась на свет Изабелла, но самая большая загадка – откуда появилась ее мать. Я собирала информацию по крупицам долгие годы, похоже, ее купили как рабыню на черном рынке и хотели удочерить. Я знала, что для членов организации большое значение имеют кровные связи, они всегда стремились породниться с могущественными семьями – все это не покидало мои мысли. Они бы никогда не взяли ребенка в дом с желанием сделать ее частью семьи, если бы она не была хотя бы частично итальянкой. Они никогда не воспитывали бы ирландского или русского ребенка, так каким образом россиянин Волков был с ними связан? Как Чарльз Свон может иметь дело с человеком, который считается врагом организации? Какие секреты они хранят? Почему они просто не продали ее?

Я настолько погрузилась в исследования, что даже не заметила, как стемнело. Я быстро собрала вещи и побежала домой, мой муж был уже там, на его лице застыло подозрение. – Где ты была? – спросил он.

– В центре, – решительно ответила я. – Потеряла счет времени. Работала над одним делом.

Он пристально смотрел на меня, взглядом говоря, что не верит, но прежде чем он смог заговорить, зазвонил телефон. Он ответил, а потом сказал, что должен уходить. Он погладил меня по щеке и удалился, задерживаясь в дверях. – Тебе пришло сообщение на автоответчик, – тихо сказал он, а потом ушел.

Я вздохнула, когда он ушел, а потом нажала кнопку, чтобы прослушать. Зазвучавший голос вызвал у меня тошноту. – Элизабет, это Леа. Ты не вернулась после обеда и я переживала. Позвони мне, когда сможешь, чтобы я убедилась, что ты в порядке.

У моего мужа были недостатки, но глупость не из их числа.

Я пустила вещи на самотек, не желая усиливать его подозрения, но я уже себе не принадлежала. В конце концов я вновь начала копаться в библиотеке, изучая статьи о похищениях того времени, когда мать Изабеллы попала к Свонам. Примерно в то же время я оказалась в Финиксе, в подполье бушевали войны, забравшие сотни жизней. Я задумалась, возможно, ее семья была одной из таких, тогда она была бы связана с итальянцами. Я искала сообщения о детях, которые потерялись, или о беременных женщинах, но таких были десятки по всей стране. Я рылась в списках имен, пытаясь разобраться, как связать их со Свонами и Волковым, но не видела отгадки.

Я вновь обратилась к частным детективам, предлагая им любые деньги, лишь бы они обеспечили сохранения информации. Мне так отчаянно были нужны ответы, что я не понимала, что делаю именно то, о чем предупреждала записка – я привлекала внимание и влезала в интересы опасных людей.

Двенадцатого октября я стояла на кухне и смотрела в окно, дергая нить жемчуга у себя на шее. Джаспер с Эмметтом приболели, заразившись в школе, они отдыхали в своих комнатах. В гостиной играло пианино – это Эдвард прогонял мелодии, чтобы успокоиться. Сегодня был особенный день, выступление сына, и мы ждали Карлайла, который присмотрит за мальчиками, и тогда мы уйдем.

Краем глаза я уловила движении и посмотрела на крыльцо, нахмурившись, когда заметила, что Джейме что-то засовывает в почтовый ящик. Я пошла к входной двери и выскользнула на улицу, сконфуженно замечая, что он уже исчез. Я открыла почту и заглянула внутрь, я подумала, что это просто розыгрыш, но тут я пораженно заметила конверт. Я достала его, сердце ускорилось, на бумаге виднелось мое имя, написанное знакомым уже почерком. Я разорвала конверт и достала листок, быстро изучая его.

«Я говорила это не просто так! Ты не знаешь, что делаешь, Элизабет! Это плохо кончится. Пожалуйста, прекрати, я умоляю тебя! Если ты любишь свою семью, ПРЕКРАТИ это дерьмо. Он уже знает, что ты делаешь, брось это, а то станет поздно. Перестань копать, или нас всех убьют!!! (3)»

– Эдвард, – закричала я. – Я приду через минутку. Тренируйся.

– Хорошо, мам, – ответил он.

Я осмотрелась, не замечая нигде Джейме, поэтому я пошла к его дому. Он жил в квартале от нас, напротив Алека и Эсме. Большинство жителей квартала было связано с организацией Карлайла, можно было бы предположить, что такое скопление преступников в одном районе сделает его невероятно опасным, но напротив, тут было очень спокойно. Никто не смел беспокоить нас, все боялись связываться с мафией, и, несмотря на свой стиль жизнь, члены организации были достаточно цивилизованными по отношению друг к другу. Окружающие не смели вмешиваться в наш мирок, а местные обитатели уважали личную жизнь друг друга и держались в пределах собственных границ.

Я подошла к дому и постучала, дверь открыл Джейме. Его глаза распахнулись, когда он увидел меня. – Миссис Каллен, – нервно поздоровался он, его глаза скользили по округе. – Вам что-то нужно?

– Да. Можешь сказать мне, что это? – спросила я, протягивая ему конверт и письмо. Он с шоком уставился на меня, на лице застыл страх. Он покачал головой.

– Не знаю, о чем вы, – промямлил он. – Я никогда это не видел, и я не знаю.

– Не лги мне, Джейме, – серьезно сказала я. – Уверена, твоя мать учила тебя не такому.

– Я, э-э… – начал он. – Я не думаю…

– Я видела, как ты клал это в почтовый ящик. Я знаю, что это был ты, – объяснила я. – Я просто хочу знать, где ты его взял.

– Вы видели меня? – с отчаянием уточнил он. – Черт!

– Все хорошо, – сказала я, – я не злюсь, я просто хочу знать, кто дал тебе его.

– Я не могу сказать, – быстро проговорил он, он выглядел напуганным. – Она приказала мне убедиться, что никто меня не увидит. И черт, она по-настоящему разозлится.