Декларация независимости или чувства без названия (ЛП, фанфик Сумерки) - "Kharizzmatik" - Страница 617

– Я не недоволен, – парировал я, прищурив глаза, раздраженный тем, что она подняла эту дерьмовую тему. – Мне просто не нравятся ублюдочные волки.

Изабелла вздохнула. – Мне они кажутся хорошими животными, – сказала она, глядя на волков. –Они мне нравятся.

Я закатил глаза. – Ну да, еще бы, – пробормотал.

Она повернула голову, чтобы посмотреть на меня, при этом слегка прищурившись.

– Что это должно означать? – спросила она, в ее голосе сквозило раздражение.

Я посмотрел на нее, а Эмметт рассмеялся.

– Оууууу, у Эдварда проблемы, – подразнил он.

Я застонал. – У меня нет проблем, задница, – рявкнул я. – Я лишь говорю, что внешность обманчива. Она просто не знает ничего лучшего. Они выглядят, будто они дьявольски хороши, но в ту же секунду, как ты расслабишься, они откусят твою проклятую руку.

Эмметт засмеялся, а Розали зарычала. – Мы можем двигаться дальше или будем стоять здесь весь гребаный день и делать вид, что говорим о животных, когда на самом деле мы говорим о Джейкобе Блэке?

– Да, давайте двигаться дальше, – согласилась Элис, хватая Джаспера за руку и отходя прочь.

– Плевать, – пробормотал я. – Я не говорил про того ублюдка. Я говорил о волках. Но к черту и его.

Изабелла посмотрела на меня и нежно улыбнулась, но ничего не сказала. Мы пошли за остальными и подошли к стервятникам. Розали встала перед ними и начала давать им имена наших одноклассниц, отчего мы все принялись хохотать. Эмметт стал дразнить орангутангов и иных обезьян, чьи клетки находились рядом, и они создавали жуткий шум.

– Я люблю кошек, – произнесла Белла, когда мы приблизились к тигру.

Взглянув на нее, я собирался ответить, но тут встрял Эмметт.

– Я тоже люблю киски, – сказал он громко. – Киска – это замечательная вещь!

Белла открыла рот, я рассмеялся, а Розали закатила глаза – ей явно не было так смешно.

– Если ты не заткнешься, то очень может быть, что мою киску ты никогда больше не увидишь, – сказала она многозначительно.

Эмметт перестал смеяться, его лицо мгновенно осунулось. – Ну детка! Не будь такой! – лебезил он. – Это была шутка!

Она фыркнула и пошла дальше, а Эмметт двинулся следом за ней, продолжая причитать. Я снова захохотал и заметил, что Белла покраснела.

– Я тоже люблю кошек, – тихо сказал я, беря ее за подбородок и задирая голову вверх.

Наклонившись, прижался губами к ее губам и нежно поцеловал. Она улыбнулась.

– Знаю, что любишь, – тихо сказала она, в ее голосе проскользнули соблазнительные нотки, что уверило меня в мысли, что она имела в виду совсем не то.

Взглянув на нее, увидел в ее глазах озорные огоньки и лукавую улыбку на губах, и мои глаза расширились, когда я осознал, что сексуальный подтекст в ее словах был очень даже намеренным. Она повернулась и пошла прочь, таща меня за руку. Я застонал, ощутив, что мой член дернулся в штанах от воспоминаний о ее гребаной киске.

– Белла, ты не можешь так поступать со мной, детка! – буркнул я.

Она захихикала, покраснев еще больше, но промолчала. Мы прошли мимо слонов, которые шокировали Беллу своими размерами. При приближении к жирафам, Эмметт начал смеяться.

– Иди сюда, Иззи Биззи, – сказал он, жестом позвав Беллу.

Она вынула свою руку из моей, и подошла к Эмметту, осторожно смотря на него. Заплатив рядом стоявшему человеку, он протянул Белле охапку зеленых листьев. Она растерянно посмотрела на него, а я улыбнулся, когда Эмметт повел ее на платформу. Протянув руку через забор, он сказал ей сделать то же самое. Она послушалась, и через некоторое время к ним подошли сразу несколько жирафов, в один миг собравшись вокруг листьев в их руках. Белла ахнула, ее глаза в шоке распахнулись, и она, не мигая, смотрела, как огромные животные едят из ее руки.

– Рози, детка, ты бы хотела, чтобы у меня был такой длинный язык? – шутливо спросил Эмметт.

Розали ничего не ответила, но маленькая улыбка затронула ее губы. Чертовы извращенцы.

– Придурки, – пробормотал я.

Джаспер и Элис засмеялись, а Розали удостоила меня презрительным взглядом.

– Кто бы говорил, – сказала она многозначительно.

Я пожал плечами и не стал вступать с ней в спор, потому что она была права. Я был таким же извращенцем, как и они.

Изабелла закончила кормить животное и, обернувшись ко мне, широко улыбнулась.

– Ты должен покормить жирафа, – сказала она возбужденно.

Я рассмеялся, радуясь тому, что она так беззаботна и оживленна, и просто, б…ь, радуясь, что она счастлива.

– Я кормил их раньше, amore, – сказал я.

Она кивнула, схватила меня за руку, и мы дальше продолжили свой путь к остальным кошкам. Мы подошли к горным львам, и я улыбнулся тому, как они бродили вокруг – пантеры были, б…ь, великолепными животными.

– Это пума? – спросил Эмметт позади меня.

– Некоторые люди называют их пумами, – пробормотал я. – Такая охеренно прекрасная. Она всегда была моим любимым животным – мощная, но плавная и легкая в движении. Смертельна, но привлекательна.

– Да, думаю, она горячая штучка. Я, наверное, трахнул бы ее, – беззаботно сказал Эмметт.

Недоумевая, я вскинул брови, и услышал громкий шлепок, как раз перед воплем Эмметта. Быстро обернувшись, увидел брата, растирающего свой затылок, и злющую Розали рядом.

– Что ты, б…ь, только что сказал? – спросил я.

Эмметт быстро посмотрел на меня и направил свой взгляд в сторону другого вольера. Через секунду все кусочки сложились воедино, и я понял, о чем он говорил.

Мои подозрения подтвердились, когда, осмотревшись по сторонам, я увидел зрелую женщину, стоявшую в паре шагов от нас в коротком платье, которое едва прикрывало задницу, с чудовищным количеством косметики на лице. На вид она была, по меньшей мере, одного возраста с нашим отцом, может быть, даже чуточку старше. Она взглянула на нас, и мы встретились глазами, на ее губах расплылась озорная улыбка. Я начал смеяться и покачал головой. Да, он был прав насчет того, чтобы трахнуть пуму… только другой сорт пумы1.

– Ты – извращенец, – пробормотал я, отворачиваясь, чтобы посмотреть на животных.

Изабелла смотрела на меня с интересом, не понимая, почему мы смеемся, но я лишь пожал плечами, велев ей забыть об этом. Был не в настроении объяснять ей это дерьмо.

Мы прошли мимо логова льва к маленькому скотному дворику, где размещался контактный зоопарк. Эмметт подошел к забору, улыбаясь.

– Посмотри, детка, это же козел! – воскликнул он, потянув руку к прутьям забора. Розали застонала, схватила его руку и откинула ее прежде чем он смог дотронуться до чего-нибудь.

– Не прикасайся к ним, Эмметт. Гадость! Ты знаешь, какие они грязные? – выплюнула она, в ее голос сочилось отвращение.

Эмметт пожал плечами, а Изабелла подошла к забору, протянула руку и погладила маленького козлика, подошедшего к нам. Розали смотрела на нее с отвращением, но, к счастью, ничего не сказала, потому что я, наверное, прихлопнул бы ее за это. Если моя девочка хочет трогать гребаного козла, то она будет трогать гребаного козла, и никто не смеет ей мешать.

– Он просто малыш, – сказала Белла, поглаживая маленького козлика.

Потом она убрала свою руку и протянула ее, чтобы схватить мою, и я заколебался, потому что, Христос, она только что гладила сраного козла! Но, долго не раздумывая, взял ее руку и скрестил наши пальцы.

Мы шли вдоль сараев, и Розали что-то ворчала о том, что зоопарки не должны содержать коров, потому что те не были животными для выставки. Она сказала, что не обязана платить за то, на что может посмотреть и так, чем немало удивила меня. Она видела многое из этого дерьма, бродившего в лесах вокруг Форкса или в резервации. Но я не видел, чтобы ее не устраивали волки или лоси, так в чем заключались ее жалобы на коров? Да, я сказал это. Жалоба2. Гребаная игра слов.

Я старался не замечать ее, но раздражение, которое испытывал еще в машине, вернулось снова. Она всегда была такой недовольной сукой? Могу с уверенностью заявить, что «да», всегда.