Хранители жемчужного жезла - Колльберг Вольфганг - Страница 100

Смерть частенько вопрошала свою прекрасную сестру Творение, зачем та создала такую крохотную, но болтливую и шумную планету. Ничего подобного нет во всем Космосе. Насельники Голубой планеты постоянно шумели и ссорились, рубили друг другу головы, жгли, душили, давили, распинали… Они называли это борьбой, войной, а то и делом чести. Бывали времена, когда с этой планеты Смерть забирала больше душ, чем с любой другой. Со временем она поняла, почему Творение, едва создав Землю, отделила ее ото всех остальных обитаемых планет, — чтобы ее жители не портили жизнь всем остальным обитателям Вселенной.

Странно, но когда Смерть забирала душу волшебника Талы, явилась ее старшая сестра и настойчиво просила не опускать эту душу в воду Источника, пока ее не расспросят некие создания с Голубой планеты в сопровождении орион-альбатроса.

Сначала Смерть отклонила невероятную просьбу Творения, поскольку ни одно живое существо не должно видеть ее до срока и к тому же задерживать души на пути к Источнику. Но сестра заплакала и объяснила, что грядет великая опасность, что порядок на Земле будет полностью нарушен и хрупкое равновесие всей Вселенной может оказаться под угрозой, если некий землянин не возложит на себя миссию противостояния хаосу. Вот уже долгое время на Голубой планете ищут этого героя с чистым сердцем, но пока все усилия тщетны. Поэтому поисковая группа должна обязательно побеседовать с великим Талой, прежде чем его душа воссоединится с Великим целым.

Смерть вгляделась в синюю глубину Моря тишины и увидела летящего в бесконечной дали орион-альбатроса. Она подставила руку, и гигантская птица опустилась на нее.

Добро пожаловать, Нандур!

Приветствую тебя! — Орион-альбатрос склонил голову.

Мы уже на месте, Нандур? — раздался тихий шепот из оперенья птицы.

А, наши болтуны. Давай-ка глянем, кого это ты с собой принес.

Олли чувствовал, что орион-альбатрос уже приземлился. Он слышал мелодичный голос: кто- то беседовал с птицей. Потом Нандур поблагодарил. Олли осторожно разбудил Клининга и верховную жрицу Народа Травы, которые мирно дремали в уютных и теплых перьях. Олли от волнения не спалось, и ему оставалось лишь жалеть, что он не может видеть Вселенную: перья птицы были слишком плотными и непроницаемыми…

Они стояли на большой площадке, куда приземлилась огромная птица. Площадка имела форму гигантской ладони, вся остальная рука терялась вдали. За рукой друзья различили исполненное благородства молодое лицо с тонкими чертами. В удивительно прекрасных глазах застыло выражение любопытства и легкой растерянности.

Смерть поразили существа, что стояли на ее ладони. Более непохожих друг на друга трудно было себе представить. Самый большой был явно самым юным: невысокий худенький мальчик, почти юноша, с открытым лицом и прекрасными волосами цвета меди, которые дивно контрастировали с глубокой синевой Моря тишины. Изящная фигура женщины излучала зеленоватое сияние — так зелены были ее ясные колдовские глаза и блестящие волосы. Ростом она была вдвое ниже мальчика. На ее груди сверкал голубой янтарь в форме полумесяца. Но самым удивительным казался третий персонаж: маленький, вернее крохотный, он уверенно стоял рядом с остальными двумя. Из-под огромного красного колпака смотрели два больших круглых глаза, удивительная голубизна которых удивляла и умиляла. Смерть улыбнулась, почувствовав силу личности каждого из троих.

Добро пожаловать к Источнику Вечности в Море тишины. — Она сделала паузу и добавила: — Я - Смерть.

Она не заметила ужаса ни в ком из троих. Кроха в красном колпаке и изящная женщина вежливо поклонились. Глаза мальчика недоверчиво распахнулись, но он тоже учтиво поклонился.

Я — Клининг из Ольгурсама, иллантин моего народа. Позвольте представить моих друзей. Это благородная верховная жрица Народа Травы и хранительница культа Великой Матери, Васкелинданья из Готима. — Кроха говорил спокойно, чистым мягким голосом.

Смотрите-ка, хранительница культа Великой Матери! Смерть почти позавидовала старшей сестре, имеющей такую прекрасную жрицу.

Кроха указал на мальчика:

Это мой друг и мужественный спутник Оливер Куш. Он человек, а мы с верховной жрицей относимся к народам Иной Стороны.

Мы просим прощения за вторжение, — начала Васкелинданья из Готима. — Но великое беспокойство и забота привели нас сюда. Твоя сестра, Творение, почитаемая моим народом как Великая

Мать, даровала нам милость встречи с тобой. Позволишь ли ты нам поговорить с душой Талы?

Мы должны здесь встретиться со Смертью, — раздался голос мальчика.

Я же сказала: это я, — улыбнулась Смерть.

Мальчик недоверчиво помотал головой:

Ты, наверно, шутишь. Разве Смерть выглядит так? Ты же просто ангел…

И как по-твоему выглядит Смерть? — с интересом спросила Смерть.

Ну, это ужасный скелет. — Мальчик смущенно умолк. — Извините, я не хотел вас обидеть. Я имел в виду скелет с косой в черном одеянии или что-то в этом роде.

Так, полагаешь ты, выглядит Смерть?

Н-ну, да…

Она выглядит как я. Я — Смерть.

Правда?

Правда.

Мальчик совсем растерялся:

Но ты не ужасная, а скорее милая и очень красивая…

Ты находишь?

Олли кивнул.

Спасибо. Я, впрочем, нахожу тебя тоже очень милым.

Большое спасибо. — Он улыбнулся и вдруг спохватился: — А Тала у тебя?

Это не Тала. Я храню его душу.

Да, верно. Мы ведь должны спросить у его души, где герой, которого мы так давно ищем.

А зачем вы его ищете?

Если мы его не найдем, случится беда. Это связано с маленькой шкатулкой, которая у Клининга в колпаке.

I — Ты имеешь в виду Священный Жемчужный ларец?

— Да.

Смерть обратилась к Клинингу, который изумленно наблюдал этот странный диалог мальчика со Смертью. Паренек вел себя так, словно разговаривал со старшей сестрой, и той, похоже, пришлась по душе его манера общаться. Между тем Смерть обратилась к крохотному магу:

Иллантин, могу ли я взглянуть на Жемчужный ларец?

Да, разумеется.

Красивая шкатулка. — Смерть с интересом разглядывала крохотный Ларец. — Можно мне прикоснуться к ней?

Я… Я… По правде сказать, я не знаю. — Клининг был смущен. Нагнувшись, он поставил Ларец к своим ногам, на ладонь Смерти. В тот же момент он вырос до неимоверных размеров. Хранительница душ взяла Ларец свободной рукой и с любопытством осмотрела его со всех сторон.

И Олли с удивлением наблюдал, как Жемчужный ларец все рос и рос в руках Смерти. Он вспомнил, как сам впервые взял Ларец в руки и тот в его руках вырос до размеров футляра для флейты.

Я хотела бы открыть его, — сказала Смерть. — Пожалуйста, отойдите к краю Источника.

Остановившись у Источника, они завороженно смотрели в его бесконечную гладь, сияющую синевой. Где-то там, в глубине Космоса, Смерть тщетно пыталась открыть Священный Жемчужный ларец. Олли почувствовал тепло в своем кармане и инстинктивно полез туда: красная стекляшка снова начала светиться.

Наконец, выбившись из сил, Смерть поставила Ларец перед Клинингом, у края Источника. Тот коснулся его, и Ларец вновь стал крохотных размеров. Я Смерть. Я могу коснуться всего, но открыть его не в моей власти.

Жаль, — вздохнул Олли. — Хотел бы я знать, что там внутри.

Я знаю что, — сказала Смерть, — но это тайна.

Можно нам поговорить с душой Талы? — спросил Клининг.

Одну минутку. — Смерть наклонилась над Источником, погрузила руку в синее зеркало вод и осторожно вынула из воды голубое прозрачное нежное пламя, держа его перед тремя друзьями. — Вот, пожалуйста.

Клининг выступил на шаг вперед и почтительно поклонился душе своего учителя.

Гант вар Дэрне сип конге лим Шеллбанар?

Я больше не учитель Туландероны, Клининг из Ольгурсама. Не имеет смысла говорить со мной на этом языке, — раздался из пламени голос великого мага.

Извините, уважаемый Тала из…

Душа в ладони Смерти вновь прервала Клининга:

Сын мой, я отрешился от всего земного. Поэтому говори со мной только как с душой, этого довольно.