Хранители жемчужного жезла - Колльберг Вольфганг - Страница 103

У тебя не все дома, Кирмас? — вырвалось у канцлера, но ксараксар лишь отмахнулся. Его внимание сейчас целиком занимал Оберон.

Ваше Величество клялось на Жезле говорить только правду, верно?

Верно. Но что означает этот неуместный вопрос? — голос Оберона слегка искрил.

Кирмас смерил короля презрительным взглядом:

Тогда Ваше Величество наверняка правдиво ответит на мой вопрос. Правда ли, что вы тайно направили три батальона химизов генерала Гуртуны для проведения военной операции в Атлантике?

Я… Я… Это было чисто профилактическое мероприятие, — голос Оберона дрогнул.

Овангар наблюдал за тем, как смертельная бледность разливается по лицу прекрасной правительницы фей. Краем глаза он видел, как Лаурин, удобно перекинув ногу через седло, с удовольствием наблюдает эту сцену.

— Чисто профилактическое мероприятие против чего? — Лингардец не спускал глаз с Оберона.

П-лротив… — от волнения Оберон начал заикаться.

Оставим это, Ваше Величество. Перейдем к следующему пункту. — Овангар понял, что лингардец ловко создает впечатление заседания суда. — Ваше Величество подтвердит, что три члена тайной службы в настоящее время находятся на острове-континенте крохотных гномов, поддерживая контакт со своим августейшим монархом?

Это всего лишь трое озелес, которых я для надежности… — голос короля фей сорвался.

Значит, правда, что тайная служба существует и следит за всеми нами?

В зале поднялся гул возмущения. Кирмас поднял руку — воцарилась тишина.

Стало быть, Его Величество знает, где находится остров-континент угрожающего нам народа? Почему же батальоны химизов еще не завоевали вражескую страну?

Голос Оберона заметно дрожал, когда он пытался оправдываться:

До сих пор сделать это не представлялось возможным, потому что…

Но лингардец нагло прервал короля Оберона:

Возможно, потому, что Ваше Величество за нашими спинами заключили союз с врагом?

Это бесстыдная, оскорбительная ложь! — Оберон, побагровев от ярости, вскочил.

Оскорбительная ложь? — Кирмас торжествующе улыбнулся: вот и попался, голубчик. — Не означает ли это, что Ваше Величество отложит в сторону Хрустальный жезл и вызовет меня на дуэль, как мужчина мужчину? — Лингардец в предвкушении поединка сжал эфес шпаги.

Ваше Величество! Нет!.. — Овангар рванулся вперед, чтобы удержать руку Оберона. Весь Зал фей с ужасом видел, как из завесы тумана, окутывавшей Жезл, внезапно сверкнула молния, и, пораженный ею насмерть, ксараксар Кирмас Лингардский рухнул как подкошенный. Наступила мертвая тишина. Глаза и уши отказывались воспринимать случившееся. Потом все услышали то, чего опасались уже многие годы: от Священного жезла Урании пошел тихий угрожающий звук, который постепенно нарастал. Зал фей затаил дыхание… Все с ужасом наблюдали смерть оскверненного символа власти. Смертельно бледный король фей замер, не в силах шевельнуться, даже когда Хрустальный жезл с треском рассыпался в пыль. Тысячи глаз потрясенно смотрели, как туман собрался над скорчившимся телом лингардца и рассеялся.

Злосчастный, что ты натворил! — в мертвой тишине почти беззвучный шепот королевы фей услышали все. — Что ты натворил!

В ЛАБИРИНТЕ ЛАУРИНА

Он сделал это! Несчастный, он сделал это! — воскликнул Клининг. Иллантин видел все в красном камне, который Олли держал у него перед глазами.

Что он сделал? Что? — Олли поднес камень к глазам. — Я вижу короля Оберона. Но почему он так рыдает?

Оставь камень, Олли, и помоги Васкелинданье. Нам немедленно надо отправляться выручать Ринхен и остальных. — Клининг обратился к Смерти: — Я бесконечно благодарен тебе за все, о прекрасная хранительница душ. Хотел бы я иметь побольше времени, чтобы в полной мере выразить свою признательность, но надо спешить: там, в недрах земли, томятся наши друзья.

Я знаю, маленький маг! Скверно, что ни я, ни моя сестра не можем тебе помочь. Ты сам должен найти героя: лишь он вправе вскрыть семь печатей, иначе хаос поглотит Вселенную. Помните: каждым движением своей души я и Творение с вами.

Мы ведь еще встретимся? — спросил Клининг и тут же смутился, осознав двусмысленность своего вопроса.

Смерть улыбнулась:

Конечно, с большинством из вас мы однажды снова встретимся. Но если вы найдете героя и порядок во Вселенной не будет насильственно разрушен, твоему другу и учителю Тале придется ждать тебя еще очень-очень долго.

Думаешь, есть еще надежда? — спросил Клининг.

Надежда умирает последней.

Иллантин вопросительно взглянул в глаза Смерти.

Я чувствую, что ты знаешь больше, чем хочешь сказать.

Чем могу сказать, друг мой. Не сдавайся. Ищи — и обрящешь. — Смерть видела, что мальчик помог верховной жрице подняться на ноги, и спросила Клининга:

Значит, собираетесь в глубины земли? — Да.

Опять в Священную рощу Ситуры?

Нет, нам надо еще глубже — в шахты вулканических рубинов.

Оттуда я еще ни разу не забирала души, поэтому могу вас доставить лишь к роще Ситуры. А оттуда путь мой лежит ко двору фей: там меня уже ждут.

Как зовут душу, которую ты должна забрать? И кто отнял жизнь у ее тела?

Кирмас. Он принадлежит к сословию ксараксаров Лингардии. Тот, кто лишил его жизни, — правитель Оберон. А теперь, пожалуйста, закройте на минутку глаза.

Трое в ладони Смерти зажмурились и почувствовали легкое движение. Мгновение спустя они услышали гудение Пламени и нежный голос:

Вы находитесь в Священной роще Ситуры. Желаю удачи, она вам понадобится, друзья мои!

Они медленно открыли глаза и увидели перед собой белое пламя Священного дерева.

Путь к шахтам вулканических рубинов — справа от меня, через лабиринт Лаурина. Все время двигайтесь вправо. Слышите? Всегда вправо! Желаю удачи. Мы все мысленно с вами. — Дерево напоследок вспыхнуло, поток сознания иссяк.

Олли надел солнцезащитные очки, Клининг последовал его примеру, и лишь Васкелинданья беспомощно прикрыла глаза рукой.

К сожалению, у нас нет очков для тебя. Закрой глаза и дай мне руку. Я поведу тебя. — Олли взял прекрасную жрицу за руку и посадил Клининга к себе на ладонь. Рука Васкелинданьи, приятно теплая, лежала в его руке. Мальчик кивнул Священному дереву, как старому другу: — Пока, Дерево! — и поспешил в том направлении, которое оно указывало своими ветвями.

Смотрите не заплутайте в лабиринте Лаурина, иначе вы пропали!

Священная роща осталась позади. Жара становилась все нестерпимее, и путники чувствовали себя буквально высушенными. Когда они достигли узкой расщелины, которая выглядела как вход, жара начала немного спадать.

Ты здесь, высокочтимая? — спросил Клининг.

Да, иду следом за вами. Олли держит меня за руку. О Священный полумесяц, как же здесь жарко! Я умираю от жажды. — Верховная жрица вытерла пот со лба.

Мы наверняка скоро придем к какому-нибудь ручью. Здесь, внизу, всюду прохладные источники, — сказал Клининг.

Мне кажется, теперь можно снять очки, а ты можешь открыть глаза.

Это, должно быть, вход в лабиринт Лаурина. Нам надо пройти сквозь него, и тогда, как мне кажется, мы попадем в шахту вулканических рубинов.

А что сказало Дерево, куда нам идти? — спросил мальчик.

Все время вправо!

Хорошо! Тогда вперед, чтобы побыстрее найти воду. — У верховной жрицы язык уже присыхал к небу.

В узких темных переходах скального лабиринта они держались строго правой стороны. Миновав бесконечные повороты, но так и не обнаружив воды, Васкелинданья, задыхаясь, остановилась.

Минуточку… Дайте мне… пожалуйста… минуточку отдохнуть… — Она медленно сползла по стене на корточки, бессильно уронив голову на колени.

Олли огляделся — нигде ни капли жидкости. Он опустился на корточки рядом с верховной жрицей.

Может, съешь чего-нибудь? — Клининг достал из колпака свой сухой паек и протянул Васкелин- Данье пару семян пушицы.

Спасибо, я не голодна, просто… Только воды…

К сожалению, у меня больше нет жидкого нектара, а чтобы развести сухой, нужна вода.