Хранители жемчужного жезла - Колльберг Вольфганг - Страница 65

В последний момент Вундуду показалось, будто на опушке леса стоит гигантская фигура с длинной бородой и огромной дубиной и приветливо кивает ему.

Едва пассажиры устроились в мягкой, теплой постели Нандурова пуха, снова раздался его голос:

Все приготовьтесь к прыжку. Считаю до нуля, потом сбрасываю вас над вашим островом-континентом. Передавайте сердечный привет камарину. ПЯТЬ… ЧЕТЫРЕ… ТРИ… ДВА… ОДИН- НОЛЬ! — Нандур расправил свои перья, и все оказались в небе, держа над собой колпаки как парашюты…

Голиаф выждал, пока приземлится последний из гномов, и крикнул в облака:

Большое спасибо, Нандур!

Камарин был счастлив: большая часть народа вернулась домой.

ПРОЩАЙ, НЕФРИТОВЫЙ ЗАЛИВ!

Будь здоров, Дикен Энно. Ты действительно классный парень, и я рад, что ты стал нашим другом! Мы обязательно снова встретимся.

Лицо гнома дамбы покраснело от смущения.

Могу только присоединиться. — Вальмин ткнул растроганного гнома в плечо раненой руки. Тот вздрогнул. — Ой, прошу прощения, Дикен. — И Вальмин непроизвольно погладил забинтованную руку нового друга.

Вильдо с Вугуром дружески хлопнули его по плечу, но уже по здоровому:

Всего хорошего, парень. Оставайся таким, какой ты есть!

Ну какие же вы болваны неотесанные! Разве вы не видите, что ему больно? — Ринхен поцеловала своего смущенного спасителя в щеку. — Я никогда не забуду, как ты обратил в бегство огненного вексана. Даже думать не хочу, что было бы со мной… — Ринхен запнулась и сочувственно посмотрела на забинтованную руку. — Сильно болит?

Да все уже прошло. Подумаешь, какое-то время не смогу копать, а так все нормально.

Я хотел бы, чтобы ты принял от всех нас маленький подарок. Ты его заслужил. — Оливер вложил в руку Дикену Энно рубин, служивший залогом в пари.

Глаза гнома дамбы округлились:

Олли, я не хочу и не могу это принять. Камень слишком ценен!

Нет, мой друг. — Клининг взмахнул рукой, и над ладонью гнома возникла яркая радуга, сиявшая над рубином. Потом Клининг немного пошевелил пальцами, и радуга превратилась в драгоценные камни, осыпавшиеся в ладонь Дикена Энно.

Он оторопел:

С ума сойти! Это же целый клад!

Клининг улыбнулся:

Это лишь скромная благодарность спасителю Валентирины!

Ринхен, польщенная, опустила глаза.

Потом друзья распрощались с верховной жрицей Народа Травы, которая все это время с улыбкой наблюдала за происходящим, и взглянули на небо, которое в тот же момент потемнело. Раздался тихий шорох — и друзья исчезли.

Дикен Энно озадаченно вглядывался в тучи, но так ничего и не увидел.

Творение гордится тобой, Васкелинданья из Готима, — раздался голос из пространства, а она стояла, смиренно склонив голову, с закрытыми глазами и сложенными ладонями.

Потом Васкелинданья взглянула на гнома дамбы:

Дай мне, пожалуйста, свою раненую руку, добрый друг.

Дикен Энно вскрикнул, поднимая руку: ядовитый укус огненного вексана все еще причинял боль. Верховная жрица осторожно сняла радужный пластырь и возложила свою руку на глубокую, горящую рану. Свободной рукой она взялась за голубой янтарный амулет и тихо пробормотала непонятные слова на своем древнем наречии. В то же мгновение над раной разлилось голубое сияние, она стала уменьшаться и, наконец, затянулась, не оставив и шрама. Одновременно исчезла боль в руке.

Спасибо… Спасибо! Я… Я… не знаю, что сказать. Я должен извиниться, верховная жрица, — пробормотал потрясенный гном.

За что?

За то, что раньше так неуважительно относился к тебе и твоему народу. Мы обзывали тебя болотной ведьмой, да и к твоему народу были настроены далеко не дружественно. — Дикен Энно смущенно замолчал.

Васкелинданья из Готима кивнула:

Предубеждения против тебя и твоих сородичей и в моем народе были не меньше. А не попытаться ли нам забыть об этом и впредь жить дружно? Как думаешь, нам удастся?

Да, я совершенно в этом уверен, уважаемая верховная жрица. — Гном галантно поклонился. — Могу спорить на свой заступ!

Васкелинданья засмеялась:

Лучше не надо, Дикен Энно. Ты же видишь, что получается из этих пари!

Добрые друзья и хорошая ванна, — усмехнулся гном. — Завтра я опять иду принимать ванну к водным духам, и пусть Ялинда хорошенько вымоет мои волосы.

Верховная жрица лукаво улыбнулась:

И уши?

Дикен только развел руками:

Это уже всем известно? И уши тоже, конечно.

Интересно, что скажет твой народ по поводу такой экстравагантности?

Они ничего не узнают, если вы не разболтаете и если меня не выдаст прекрасный запах мыла из водных гвоздик.

Дикен Энно вскинул на плечо свой заступ, и оба двинулись по дамбе к болоту, оживленно болтая.

Сегодня действительно прекрасный день!

Васкелинданья из Готима осмотрела побережье Нефритового залива, над которым сияло чудесное голубое небо. И в воде бриллиантами сверкали миллионы солнечных бликов.

НА КЕНИГСАЛЛЕЕ

Как здесь уютно! — Вильдо зарылся в чудесный пух Нандура.

Жаль только, что ничего нельзя увидеть, — сказала Ринхен.

Нандур добродушно рассмеялся:

Девочка, даже если бы ты могла взглянуть вниз, ты все равно ничего бы не смогла увидеть! Скорость, с которой мы, орион-альбатросы, преодолеваем огромные расстояния в Космосе, больше скорости света. Ваши глаза буквально сгорели бы от многообразия картин, сменяющих друг друга. Сейчас я выполняю обязательный вираж вокруг Марса, прежде чем посадить вас в Дворцовом саду Дюссельдорфа, у Сказочного фонтана.

Даже Клининг изумился: быстрее скорости света! Об этом не догадывался даже его учитель Тала. Это означало, что орион-альбатросы за мгновение облетали всю Солнечную систему. У Клининга от возбуждения пересохло во рту.

Нандур, можно тебя кое о чем спросить?

Пожалуйста, иллантин.

Ты знаешь весь Космос?

Нет, Клининг. Его знают лишь Время и ее дети. Но теперь вам всем надо готовиться к посадке. Я считаю до нуля в обратном порядке, потом сбрасываю вас над Дворцовым садом. И еще одно: завтра утром вам надо быть в США. Там один чокнутый производитель игрушек собирается делать из ваших свою продукцию. Но сегодня вам надо приодеть мальчика: в таком виде путешествовать

нельзя. Олли, перед высадкой возьми одно из моих маленьких перьев, они так же хороши, как лучший парашют. Но потом, пожалуйста, оставь его на лугу… Так, теперь готовьтесь к высадке.

Мгновением позже крохотные гномы, пользуясь колпаками как парашютами, уже мягко приземлились. Клининг наблюдал за Олли, который под пером орион-альбатроса, как под парашютом, парил в воздухе. После приземления все собрались вокруг белоснежного, сияющего в солнечном свете пера и взволнованного Олли.

Это был твой первый прыжок? — Вальмин с интересом разглядывал прекрасное перо. Олли кивнул. Небо внезапно потемнело, и перо пропало.

Что мы делаем теперь? — Вальмин обратился к иллантину. Тот, погруженный в мысли, стоял в высокой траве луга.

Вот так бы однажды полететь сквозь Космос, как орион-альбатрос! В тысячи раз быстрее скорости света… Я все еще не могу этого постичь. — Клининг покачал головой, словно хотел освободиться от фантазий. — Сейчас расспросим духов Сказочного фонтана, не было ли вестей от Овангара.

Олли поднял гномов на руки и двинулся к Сказочному фонтану, где трое детей на маленькой скале радостно приветствовали их.

Нет, Овангар ничего для вас не оставлял. В последние дни после вашего отъезда было ужасно скучно, не считая большого скопления блестящих эльфов. Но у них и так не нашлось времени для маленькой беседы. А больше сюда никто не приходил. — Средний мальчик из группы пожал плечами.

Ну расскажите же, что ждало вас в Северном море? — Маленький хулиган наклонился и приготовился слушать с горячим интересом.

Мне жаль, мой мальчик, но у нас, к сожалению, нет времени. Нам надо на Ке — приодеть Олли. — Клининг с сожалением развел руками.