Золотая планета. Тетралогия (СИ) - Кусков Сергей - Страница 551

  Самое интересное, она сама - тоже мод, носитель измененных генов, которые достались ей от дедушки, любовника ее величества королевы Оливии, матери мамы. Тот тоже сверкал белоснежной шевелюрой, сводившей с ума всю слабую половину аристократии, слыв первым красавцем королевства. У нее самой могли быть волосы не хуже, чем у их Мишель, хотя кожа в любом случае осталась бы смуглой. И что касается алкоголя, она давала десять очков вперед всем, кроме, собственно, белобрысой.

  Вот Малышка, например, сладко посапывающая рядом, после подобного возлияния не проснется ни в жизнь - хоть пушкой ее буди. Как и остальные девчонки.

  - А как там девчонки? - задала Лея первый внятный вопрос, почувствовав, что тошнота и муть немного отпустили, а земля перестала вращаться. Замолчавшая к тому моменту Мишель пожала плечами.

  - Аделия заснула прямо над унитазом. Я всегда говорила, не надо смешивать травку и спиртное. Нимфа дрыхнет в соседней комнате - последний раз, когда я ее видела, она уединилась аж с двумя мальчиками.

  - Мальчиками? Двумя? - озадаченно хмыкнула Лея и почесала подбородок.

  - Именно. А вот Сирена заснула с девочкой. Той самой, которая из бара, в красном платье.

  - Которого бара? - поморщилась Лея, напрягая память.

  - Который был перед "Золотым фазаном".

  Лея пожала плечами - она смутно помнила, где они были и в каком порядке.

  - Марселла почему-то вышвырнула всех, кроме нее. Почему - не знаю, что-то там не чисто.

  - Департамент? Дружественный клан?

  Мишель пожала плечами.

  - А Мария Хосе? - кивнула она на Малышку.

  - Думаю, проблемы из-за нее, - ехидно потянула белобрысая, поднимаясь и начиная одеваться. Трусы и китель, в которых она находилась до сего момента, как бы тоже считались одеждой, но полная форма, возимая запасливой Марселлой специально для таких случаев, смотрелась серьезнее.

  - Почему?

  - А ты не помнишь? Она же до конца прикидывалась принцессой. И этот идиот верил! Верил, что трахает принцессу! Что обжимается с нею, дует на пару "паровозики" в холле гостиницы! А их поцелуйчики...

  - В холле гостиницы? - брови Леи взлетели вверх, а задница почувствовала неприятности. - И им позволили?

  - А кто решится отказать ее высочеству? - вновь усмехнулась Мишель. - И плевать, что та на самом деле не выходила из номера, легенда есть легенда.

  Лея задумчиво покачала головой. Да, Малышка огребет, и от матери, и потом еще от нее - за подставу. Но мать не могла орать из-за банальной накурки в холле, произошло что-то еще.

  Что именно, стало понятно из следующей реплики белобрысой:

  - Кстати, этот типчик, которому она кружила голову, оказался племянником герцога Сантаны...

  Скажи Мишель, что над городом висит вражеская эскадра, а Венера сходит с орбиты, Лея не была бы так поражена.

  - Что-о-о-о?

  - Угу. - Мишель закончила туалет и застегнула верхнюю пуговицу. - Зовут Рафаэль, старший сын второй из девяти сестер герцога. Четвертый в очереди кланового наследования. За ним приехали часа четыре назад. - Она бросила взгляд на часы. - Четыре с половиной. Мы все были в отключке, Марселла приказала отдать его им, а через два часа позвонила твоя мать и начала чихвостить всех и в хвост и в гриву. Соображаешь?

  Лея соображала. Хотя, лучше бы не соображала - было бы спокойнее. Блаженны нищие духом...

  - Но я не спала с ним! - воскликнула она. - Это Мария Хосе!

  - Матери объясни, мне не надо, - Мишель устало брякнулась на диван. - Как, тебе полегчало?

  - Да, дай еще пять минут посидеть.

  Губы белобрысой бестии расплылись в ухмылке.

  - Тяжко, да?

  - Да. И надо подумать, как эту дуру отмазать, пока мы не во дворце. Ты же знаешь маму, особенно, когда она злая. Вышвырнет в запас, и дело с концом. Надо убедить ее, что Мария Хосе дура, но не настолько. Что заслуживает шанса.

  Она в сердцах пиханула виновницу происшествия ногой. Та заворчала спросонья и перевернулась на другой бок. И вся реакция.

  Тут Лею пронзила мысль, от которой ее бросило в холодный пот:

  - Слушай, а они что, прямо здесь? Со мной? На этой кровати?

  Ответом ей стал взрыв хохота.

  - Что, Принцесска, только дошло?

  - А я как... С ними, или... Или уже отключилась?

  - Спроси у Марселлы. Не знаю. Но в любом случае, даже если и так, ты была вторым номером. "Спал" сеньор Сантана "принцессу", - махнула она головой в сторону напарницы, - а кто участвовал в их веселье вместе с ними, он и сам вряд ли вспомнит. Ну что, пришла в себя?

  - Да. - Аргумент Лею не успокоил. - Давай одежду.

  - Держи. - Мишель бросила ей на кровать другой комплект формы. - Сама оденешься, или помочь?

  - Сама. Можешь подождать внизу, я сейчас.

  - Хорошо. - Мишель поднялась и направилась к выходу, но вдруг обернулась:

  - Ах да, забыла! Марселла сказала, вчера к тебе сеньор один приходил. Такой весь интеллигентный, вежливый. В очках и с дикими глазами.

  - Какой сеньор? Не знаю никого. - Лея скривилась и принялась за процесс одевания. Мишель пожала плечами.

  - Откуда я знаю? Говорит, у него был пропуск во дворец, подписанный лично тобой - потому она его и выслушала, а не отправила за орбиту Эриды.

  Сердце Леи учащенно забилось - она поняла, о ком речь. О человеке, о котором забыла, и была бы рада не вспоминать. И вряд ли бы услышала, окажись ее подозрения напрасными, а его открытие ничего не стоящим. То есть...

  - И что он сказал? - Она почувствовала, как внутри у нее все съеживается от дурного предчувствия.

  - Откуда я знаю? Марселла говорит, передал какую-то бумажку и ушел. Сказал, что устал ждать, пока ты "отдохнешь", если захочешь, сама найдешь его. Надеюсь, это не тот самый старик из "Омикрона"?

  Лея как можно равнодушнее пожала плечами.

  - Не знаю. Может, и он. Где бумажка?

  - У Марселлы, конечно!

  Ладно, я внизу. Давай, не затягивай. Пьянь ты эдакая!

  И быстро выскочила за дверь - подушка Леи ударилась лишь в дверной косяк.

  Развернула Лея полученную от главы опергруппы бумажку лишь в салоне "Либертадора". Это оказался обыкновенный квадратный блокнотный клочок бумагопластика с семью цифрами в столбик, напротив каждой из которых стояло число. Но раз за разом перечитывая этот бесполезный вроде клочок, она все больше и больше ощущала волнение. К моменту въезда в дворцовые ворота оно достигло апогея, и Лея благодарила бога, что ее состояние можно легко списать на действие детоксина, и Мишель ни о чем не догадалась.

  Но когда люки открылись, она, наконец, сумела взять в себя в руки и прошествовала в шлюз дворца с уверенностью многосоттысячетонного астероида в своем праве бороздить просторы Вселенной.

  - Мишель, - произнесла она, когда задняя стена шлюза опустилась, а передняя еще не поднялась. - Я сейчас пойду на ковер к маме. Но там не задержусь, ибо что-то мне подсказывает, вырубилась я раньше, чем Мария Хосе устроила рядом со мной групповуху. Ты же не расслабляйся - найди за это время катер. Как только я освобожусь, полетим в Санта-Розу.

  Белобрысая присвистнула.

  - Ближний свет! Мы ж только оттуда! Зачем?

  - Надо, - отрезала Лея. - Кое-что не доделали.

  Мишель пожала плечами - спорить с Леей в некоторых вопросах бесполезно. Очень уж она упертая - вся в маму. Что ж, Санта-Роза - так Санта-Роза.

Март 2425, Венера, Альфа, Золотой дворец

  - Крестный!

  Лея завизжала, и, будто девочка, бросилась в объятия человека, которого любила и почитала как отца. Которому, в бытность безоблачного детства, могла поплакаться в плечо, излить душу, доверить самое ценное и сокровенное. Единственного на Венере человека, заступившегося перед мамой, когда она приняла решение выйти замуж, и даже спрятавшего на время Сергея от ее грозных глаз.