Сказки для маленьких. Часть 1 - от «А» до «Н» - Коллектив авторов - Страница 675

Вымыв класс, бабушка зачем-то опять подошла к парте, под которой скрывалась Настя, и очень удивилась увидев на полу игрушку.

- Кто бы мог её сделать? - задумалась бабушка. - Возможно, сама Настя. Ведь летом я учила её делать такие, - и бабушкино лицо скривилось в горькой улыбке. - Возьму-ка я её на память о внучке. - И она положила куклу в карман своего синего рабочего халата.

Вот так получилось , что придя вечером в школу, милиционер Незнайкин не нашел на полу класса ни куклы, ни котенка, ни Настиного портфеля.

Глава пятая "В гостях у бабушки"

Убравшись в школе, бабушка Насти вернулась к себе домой.

Жила она в маленькой квартирке на первом этаже, которая казалась ещё меньше из-за того, что каждая вещь в этой квартире была покрыта вышитыми бабушкиными руками покрывалами из тонкой и толстой тканей. Бабушка была мастерица шить, вязать и вышивать. Однако и сейчас, в свои шестьдесят лет, она продолжала мечтать о карьере сказочницы, детской писательницы.

Для неё никогда не было важно: сколько денег она зарабатывает. Поэтому она трудилась то дворничихой, то сторожихой, то уборщицей. Лишь бы оставалось время сочинять сказки, говорила она. И с гордостью добавляла:” Я из поколения дворников и сторожей... Это о таких романтиках, как я, поется в известной песне.”

Вот эта гордость и раздражала больше всего Настину маму. Дело в том, что у бабушки Фёклы Ивановны было педагогическое образование. “И трудилась бы, как я, в школе , - говорила Екатерина Сергеевна. - В школах не хватает учителей. Мне перед коллегами стыдно, что Свекла Варёновна на старости лет впала в детство. Всё сказочки сочиняет, а сочинить-то ничего не может!” И тут Екатерина Сергеевна обычно насмешливо фыркала.

Увы! То, что она говорила, было горькой правдой. Даже Фекла Ивановна сознавала это. Каждый раз когда бабушку осеняло и она бралась за перо, неожиданно выяснялось, что сказка, которую она задумала, уже кем-то из великих написана.

Например, когда она работала дворником, ей очень захотелось написать историю о спящей красавице. А потом выяснилось, что такая сказка уже есть. Да и бабушка её знала, но только забыла! Когда она сторожила какой-то склад, ей пришла в голову мысль написать озорную историю о мальчишке с длинным-предлинным носом. Но и эта история оказалась уже всем известной! И так было уже много лет подряд. Бабушка обожала сказки, но сочинить свою не могла. “ Таким образом, вся Ваша жизнь прожита напрасно,” - однажды высокомерно заявила Фёкле Ивановне Екатерина Сергеевна. Бабушка обиделась и вскоре после этого выехала из квартиры, в которой она проживала с Настей и её мамой. Была ли мама права - иногда спрашивала себя Настя. И на этот вопрос был ответ, но мы узнаем о нем позже.

Итак, у себя дома бабушка посадила Настю - травяную куклу на письменный стол, рядом с лампой, а сама пошла снимать пальто и сапоги. Раздевшись, вернулась, внимательно посмотрела на куклу и сама себе сказала:

- А не написать ли мне сказку о травяной кукле? Кажется, такой ещё ни у кого не было.

И она тут же подвинула к себе стул, достала листок бумаги, ручку и начала сочинять:

- Жила-была в одной деревне травяная кукла. Была она хорошенькой до невозможности. Зелёненькой с нежным, желтым лицом. И вот однажды, желая сделать кукле приятное, её хозяйка, маленькая девочка, подарила ей красную шапочку, а потом сказала:” А почему бы тебе не отнести пирожков и кусочек маслица моей бабушке Фёкле Ивановне?...”

- Нет, тут что-то не то, - огорчённо пробормотала бабушка и почесала себе ручкой переносицу. - Опять моя сказка похожа на какую-то чужую.

Она сбросила лист бумаги на пол и взяла себе другой.

- Жили - были на свете три травяные куклы, - задушевно начала она, - одну звали Наф-Наф, вторую Ниф-Ниф, а третью Нуф-Нуф... Ой! Опять что-то не так, - забеспокоилась бабушка. - Где-то я об этом уже читала. Начнем сначала: “Жила-была на свете травяная кукла, которую заколдовала злая волшебница. У куклы вырос горб и длинный кривой нос... Ох! Да это же сказка про Карлика Носа! Как тяжело быть сочинительницей! - бабушка, пофыркивая и сдувая с лица волосы, перевела дух и откинулась на спинку стула. - Но что же мне делать? Я чувствую, что сказка сидит у меня под носом, а ухватить её никак не могу! Пойду выпью чая и скушаю сладкий пряник, а потом, от аппетита, может быть, и вдохновение появится.

И оставив куклу на столе, бабушка , вздыхая и что-то бормоча себе под нос, отправилась на кухню.

А зря. Потому что Настя уже давно пыталась привлечь к себе внимание Фёклы Ивановны тем, что махала руками и даже щипала её. Но бабушка всегда так самозабвенно уходила в работу, что, когда она писала, ничего постороннего не видела и не слышала. И за это тоже не любила её Екатерина Сергеевна: “Как токующий тетерев, - ворчала она. - Пишет и за ребенком уже не смотрит. Не до него!” Разумеется, она была совершенно права, а бабушка обижалась. Горька правда!

И вот когда Фёкла Ивановна пошла поставить чайник, Насте не оставалась ничего другого, как спрыгнуть со стола и пойти за ней на кухню. Она надеялась привлечь к себе внимание бабушки. Но старалась напрасно. Бабушка так глубоко задумалась, что совсем не замечала Настю, которая болталась у неё прямо под ногами.

Наконец, поддав куклу ногою так, что она отлетела в угол, бабушка спросила её:

- Как ты здесь оказалась? Тебя, наверное, мой кот Степан Барсикович принес в зубах, приняв за мышь. Распробовал да бросил. - И подняв куклу с пола, она тут же , недолго думая, положила её в карман фартука. И совершенно напрасно! Потому что фартук этот давно уже славился тем, что в нем навсегда пропадали положенные в него вещи. Если бы бабушка не витала сейчас в своих фантазиях, она бы вспомнила об этом, но увы - она о причудах фартука совершенно в этот творческий момент забыла.

Настя же, очутившись в кармане, почувствовала, что падает куда-то. Пока, наконец, не уткнулась лицом в холодный снег.

Бабушка и прежде проверяла, нет ли в кармане дырки. Дырки не было. А вещи пропадали. Дело в том, что бабушка, сама того не зная, была почти что волшебницей! Все вещи, сшитые и связанные ею, обладали магической силой. Они становились путями- проходами в сказочный мир. Тайными тропами или глубокими норами. Но бабушка, занятая мечтами о писательстве, о своих волшебных силах даже не догадывалась! Да и никто в семействе Незнайкиных-Нервотрёпкиных об этом не знал.

На фартуке бабушки, который она сшила и вышила много лет назад, был изображен голубой красочный домик с занесенной снегами крышей. Домик был окружен темным глухим лесом, возможно даже непроходимым, тоже утонувшим в сугробах. Все мелкие вещи, положенные в карман фартука, проваливались в снег возле домика. Провалилась и Настя. Но бабушка и этого не заметила. Она даже не посмотрела на изменившуюся картинку на фартуке. А меж тем, оказавшись в сугробе, Настя стала частью картинки.

- Бабушка! Бабушка! - испуганно закричала она, отряхиваясь от снега. Но ни кухни, ни бабушки уже видно не было. Настя стояла по пояс в сугробе на симпатичной лесной полянке, возле домика с дымившейся трубой. Как бы она удивилась, если бы узнала, что снег на полянке никогда не таял.

Настя, перепуганная и замёрзшая, не решилась сразу постучаться в дверь домика. А потом она услышала, как где-то рядом играет труба и поспешила на звук.

Глава шестая "Ворон"

Снег оказался Насте по колено. Она пробиралась сквозь сугроб и кусала от досады губы. С каждым шагом своим она всё глубже увязала не только в снег, но и в сказку, сказку, которую ей прежде никто не рассказывал. Девочке было страшно. Она осталась совсем одна, даже бабушки теперь не было рядом. Из одного приключения в другое! Из полымя да в воду! Вот так бабушкин фартук!

Внезапно Настя остановилась. Она не знала: стоит ли ей выходить на полянку, показываться тому, кто играл на трубе. Или лучше спрятаться? И Настя , отойдя за мохнатую ель, потихоньку выглянула из-за неё. Она увидела маленькую полянку, венчавшую невысокий холм. И странное дело! Тут не было ни снега, ни льда, ни холодного зимнего ветра. Здесь цвели цветы и пели птицы. Зеленела трава.