Сказки для маленьких. Часть 2 - от «О» до «Я» - Коллектив авторов - Страница 403

403

Через какое-то время отец жениха и говорит жене:

— Пора готовить подарок невесте. Пошлем ей большой сдобный крендель и бурдюк с медом. А в крендель запеки двенадцать золотых монет.

Мать жениха испекла крендель, налила полный бурдюк меда и с этими подарками снарядила в дорогу работника. А жених его напутствовал:

— Передай от меня поклон будущему тестю и скажи ему так: "Жених желает вам крепкого здоровья и говорит: полная луна, двенадцать месяцев, козленок на ножках скачет".

Отправился работник в деревню невесты. По дороге присел закусить, поел кукурузного хлеба с брынзой, да не удержался, отломил кусок от сдобного кренделя и отпил из бурдюка меду. Когда жевал крендель, попались ему на зуб две золотые монеты. Работник спрятал их в кошелек, а хозяйку в мыслях обругал за то, что не умеет хлеб печь, бросает в тесто монеты,— он чуть было зубы не сломал.

К вечеру работник пришел в дом невесты и передал старому крестьянину подарок и привет от жениха.

Старик не понял, что ему хотел сказать жених. Он стал проклинать себя за то, что обещал дочь такому дурачку, и сетовать на лихую судьбу дочери, но смышленая девушка сразу все поняла. Она накормила и напоила работника, а наутро проводила его со словами:

— Передай от меня поклон жениху и скажи ему "Невеста желает всем вам доброго здоровья и говорит: ущербная луна, десять месяцев, козленок упал на колени, но не огорчай куропатку, не убивай змею".

Работник вернулся домой и передал хозяевам слова невесты, которых он тоже не понимал. Услышав об ущербной луне и десяти месяцах, жених рассердился и хотел прогнать работника, но, когда тот сказал: "Не огорчай куропатку, не убивай змею", простил его.

Вскоре жених с невестой сыграли свадьбу и жили потом долго и счастливо.

Албанская сказка

Снег

Музыка снега.

Странная в этом году выдалась зима. Вот уже прошёл декабрь, начался январь – а снега всё не было и не было. Удивлялись звери в лесу, удивлялись люди в городе, удивлялись весёлые воробьи.

А особенно удивлялись Маленький Мальчик и Собака Герда. Они жили в одном московском доме, в одном подъезде и даже на одной лестничной клетке в соседних квартирах, и очень между собой дружили. Наверно потому, что у Собаки Герды не было своего Маленького Мальчика, а у Маленького Мальчика не было своей собаки.

Собака Герда была необычной редкой породы лайки-хаски. Поэтому она носила роскошную серебряную шубу. У нее были умные голубые глаза и чёрный нос.

А еще она очень любила своего соседа – Маленького Мальчика и рассказывала ему интересные истории.

И вот как-то они встретились во дворе.

- Добрый день, Маленький Мальчик! – сказала Собака Герда.

- Добрый день, Собака Герда! – ответил Маленький Мальчик.

- Прекрасная погода! – сказала Собака Герда.

- Да, - ответил Маленький Мальчик, - но совсем нет снега!

Собака Геда вздохнула и почесала лапкой свой чёрный нос.

А потом она громко чихнула от того, что на нос ей что-то упало – что-то мягкое пушистое и очень холодное.

- А вот и снег! – воскликнула Собака Герда.

И действительно – вдруг с неба посыпались белые снежинки. Сначала их было мало, а потом стало всё больше и больше.

- Знаешь, - сказала Собака Герда, - где-то далеко-далеко на Севере, где живут мои братья и сёстры, такие же собаки-лайки с голубыми глазами, снега очень-очень много. Его так много, что он даже звенит и поёт на ветру. Мы, северные собаки называем это музыкой снега. Давай послушаем эту музыку! Вот она, слушай, Маленький Мальчик!

Маленький Мальчик прислушался и действительно услышал музыку. Сначала она звучала тихо, а потом, когда с неба начали падать огромные снежные комья, зазвучала громко-громко.

Маленький Мальчик и Собака Герда стали прыгать и скакать от радости. Мальчик начал лепить мягкие пушистые снежки и кидать ими в Собаку Герду. Она радостно лаяла и бегала вокруг Маленького Мальчика. А потом, когда снега выпало много, Маленький Мальчик сделал маленького снеговика и выкопал своей красной лопаткой настоящий тоннель в сугробе. Потом он построил большую снежную крепость, и мудрая Собака Герда стала стоять на посту и её охранять.

Снег и заяц

Снег говорит зайцу:

- Что-то у меня голова заболела.

- Наверное, ты таешь, оттого у тебя и голова заболела, - ответил заяц. Сел на пенек и горько заплакал:

- Жалко, жалко мне тебя , снег… От лисицы, от волка. От охотника я в тебя зарывался . прятался. Как теперь жить буду ? любая ворона, любая счова меня увидит. Заклюет. Пойду к хозяину леса , попрошу его. Пусть он тебя, снег, сохранит для меня.

А солнце уже высоко ходит, жарко припекает, снег тает. Ручьями бежит с гор.

Затосковал заяц, еще громче заплакал. Услышал зайца хозяин леса. Росьбу его выслушал и сказал:

- С солнцем спорить не берусь. Снег сохранить не могу. Шубу твою белую сменю на серенькую, будешь ты летом легко прятаться среди сухих листьев, кустарника и травы. Никто тебя не заметит.

Обрадовался заяц.

С тех пор он всегда меняет зимнюю белую шубу на летнюю – серую.

Бурятская сказка

Снеговик

Так и хрустит во мне! Славный морозец! - сказал снеговик. - Ветер-то, ветер-то так и кусает! Просто любо! А ты что таращишься, пучеглазое? - Это он про солнце говорил, которое как раз заходило. - Впрочем, валяй, валяй! Я и не моргну! Устоим!

Вместо глаз у него торчали два осколка кровельной черепицы, вместо рта красовался обломок старых граблей; значит, он был и с зубами.

На свет он появился под радостные "ура" мальчишек, под звон бубенчиков, скрип полозьев и щелканье извозчичьих кнутов.

Солнце зашло, и на голубое небо выплыла луна, полная, ясная!

- Ишь, с другой стороны ползет! - сказал снеговик. Он думал, что это опять солнце показалось. - Я все-таки отучил его пялить на меня глаза! Пусть себе висит и светит потихоньку, чтобы мне было видно себя!.. Ах, как бы мне ухитриться как-нибудь сдвинуться! Так бы и побежал туда на лед покататься, как давеча мальчишки! Беда - не могу сдвинуться с места!

- Вон! Вон! - залаял старый цепной пес; он немножко охрип - ведь когда-то он был комнатною собачкой и лежал у печки. - Солнце выучит тебя двигаться! Я видел, что было в прошлом году с таким, как ты, и в позапрошлом тоже! Вон! Вон! Все убрались вон!

- О чем ты толкуешь, дружище? - сказал снеговик. - Вон та пучеглазая выучит меня двигаться? - Снеговик говорил про луну. - Она сама-то удрала от меня давеча; я так пристально посмотрел на нее в упор! А теперь вон опять выползла с другой стороны!

- Много ты мыслишь! - сказал цепной пес. - Ну да, ведь тебя только что вылепили! Та, что глядит теперь, луна, а то, что ушло, солнце; оно опять вернется завтра. Уж оно подвинет тебя - прямо в канаву! Погода переменится! Я чую - левая нога заныла! Переменится, переменится!

- Не пойму я тебя что-то! - сказал снеговик. - А сдается, ты сулишь мне недоброе! То красноглазое, что зовут солнцем, тоже мне не друг, я уж чую!

- Вон! Вон! - пролаяла цепная собака, три раза повернувшись вокруг самой себя и улеглась в своей конуре спать.

Погода и в самом деле переменилась. К утру вся окрестность была окутана густым, тягучим туманом; потом подул резкий, леденящий ветер и затрещал мороз. А что за красота, когда взошло солнышко!

Деревья и кусты в саду стояли все покрытые инеем, точно лес из белых кораллов! Все ветви словно оделись блестящими белыми цветочками! Мельчайшие разветвления, которых летом и не видно из-за густой листвы, теперь ясно вырисовывались тончайшим кружевным узором ослепительной белизны; от каждой ветви как будто лилось сияние! Плакучая береза, колеблемая ветром, казалось, ожила; длинные ветви ее с пушистою бахромой тихо шевелились - точь-в-точь как летом! Вот было великолепие! Встало солнышко... Ах, как все вдруг засверкало и загорелось крошечными, ослепительно-белыми огоньками! Все было точно осыпано алмазною пылью, а на снегу переливались крупные бриллианты!