Сказки для маленьких. Часть 2 - от «О» до «Я» - Коллектив авторов - Страница 549

С этими словами Стеклянный Человечек исчез.

А Петер с женой и матерью пошел домой.

От богатой усадьбы господина Петера Мунка не осталось и следа. Во время последней бури молния ударила прямо в дом и сожгла его дотла. Но Петер нисколько не жалел о своем потерянном богатстве.

До старой отцовской хижины было недалеко, и он весело зашагал туда, вспоминая то славное время, когда был беспечным и веселым угольщиком...

Как же удивился он, когда увидел вместо бедной, покривившейся хижины новый красивый домик. В палисаднике цвели цветы, на окошках белели накрахмаленные занавески, а внутри все было так прибрано, словно кто-то поджидал хозяев. В печке весело потрескивал огонь, стол был накрыт, а на полках вдоль стен переливалась всеми цветами радуги разноцветная стеклянная посуда.

— Это все подарил нам Стеклянный Человечек! — воскликнул Петер.

И началась новая жизнь в новом домике. С утра до вечера Петер работал у своих угольных ям и возвращался домой усталый, но веселый — он знал, что дома его ждут с радостью и нетерпением.

За карточным столом и перед трактирной стойкой его больше никогда не видели. Но свои воскресные вечера он проводил теперь веселее, чем раньше. Двери его дома были широко открыты для гостей, и соседи охотно заходили в дом угольщика Мунка, потому что их встречали хозяйки, гостеприимные и приветливые, и хозяин, добродушный, всегда готовый порадоваться с приятелем его радости или помочь ему в беде.

А через год в новом домике произошло большое событие: у Петера и Лизбет родился сын, маленький Петер Мунк.

— Кого ты хочешь позвать в крестные отцы? — спросила у Петера старуха мать.

Петер ничего не ответил. Он смыл угольную пыль с лица и рук, надел праздничный кафтан, взял праздничную шляпу и пошел на Еловую гору. Возле знакомой старой ели он остановился и, низко кланяясь, произнес заветные слова:

— Под косматой елью,

В темном подземелье...

Он ни разу не сбился, ничего не забыл и сказал все слова как надо, по порядку, от первого до последнего.

Но Стеклянный Человечек не показывался.

— Господин Стеклянный Человечек! — закричал Петер. — Мне ничего не надо от вас, я ни о чем не прошу и пришел сюда только для того, чтобы позвать вас в крестные отцы к моему новорожденному сыночку!.. Слышите вы меня, господин Стеклянный Человечек?

Но кругом все было тихо. Стеклянный Человечек не отозвался и тут.

Только легкий ветер пробежал по верхушкам елей и сбросил к ногам Петера несколько шишек.

— Ну что ж, возьму на память хоть эти еловые шишки, если уж хозяин Еловой горы не хочет больше показываться, — сказал сам себе Петер и, поклонившись на прощание большой ели, пошел домой.

Вечером старая матушка Мунк, убирая в шкаф праздничный кафтан сына, заметила, что карманы его чем-то набиты. Она вывернула их, и оттуда выпало несколько больших еловых шишек.

Ударившись об пол, шишки рассыпались, и все их чешуйки превратились в новенькие блестящие талеры, среди которых неоказалось ни одного фальшивого.

Это был подарок Стеклянного Человечка маленькому Петеру Мунку.

Еще много лет в мире и согласии прожила на свете семья угольщика Мунка. Маленький Петер вырос, большой Петер состарился.

И когда молодежь окружала старика и просила его рассказать что-нибудь о прошлых днях, он рассказывал им эту историю и всегда кончал ее так:

— Знал я на своем веку и богатство и бедность. Беден я был, когда был богат, богат — когда беден. Были у меня раньше каменные палаты, да зато и сердце в моей груди было каменное. А теперь у меня только домик с печью — да зато сердце человечье.

Вильгельм Гауф

Храбрый еж

Стоял на столе ящик.

Подошли звери к ящику, стали его осматривать, обнюхивать и облизывать.

А ящик-то вдруг — раз, два, три — и открылся.

А из ящика-то — раз, два, три — змея выскочила.

Испугались звери и разбежались.

Один ёж не испугался, кинулся на змею и - раз, два, три — загрыз её.

А потом сел на ящик и закричал: «Кукареку!»

Нет, не так! Еж закричал: «Ав-ав-ав!»

Нет, и не так! Ёж закричал: «Мяу-мяу-мяу!»

Нет, опять не так! Я и сам не знаю как.

Кто знает, как ежи кричат?

Д. Хармс

Храбрый портной

В одном немецком городе жил портной. Звали его Ганс. Целый день сидел он на столе у окошка, поджав ноги, и шил. Куртки шил, штаны шил, жилетки шил.Вот как-то сидит портной Ганс на столе, шьет и слышит - кричат на улице:

- Варенье! Сливовое варенье! Кому варенья?

"Варенье! - подумал портной.- Да еще сливовое. Это хорошо".

Подумал он так и закричал в окошко:

- Тётка, тётка, иди сюда! Дай-ка мне варенья.

Купил он этого варенья полбаночки, отрезал себе кусок хлеба, намазал его вареньем и стал жилетку дошивать.

"Вот,- думает,- дошью жилетку и варенья поем".

А в комнате у портного Ганса много-много мух было - прямо не сосчитать сколько. Может, тысяча, а может, и две тысячи.

Почуяли мухи, что вареньем пахнет, и налетели на хлеб.

- Мухи, мухи,- говорит им портной,- вас-то кто сюда звал? Зачем на моё варенье налетели?

А мухи его не слушают и едят варенье. Тут портной рассердился, взял тряпку да как ударит тряпкой по мухам - семь сразу убил.

- Вот какой я сильный и храбрый! - сказал портной Ганс.- Об этом весь город должен узнать. Да что город! Пусть весь мир узнает. Скрою-ка я себе новый пояс и вышью на нём большими буквами: "Когда злой бываю, семерых убиваю".

Так он и сделал. Потом надел на себя новый пояс, сунул в карман кусок творожного сыру на дорогу и вышел из дому.

У самых ворот увидел он птицу, запутавшуюся в кустарнике. Бьётся птица, кричит, а выбраться не может. Поймал Ганс птицу и сунул ее в тот же карман, где у него творожный сыр лежал.

Шёл он, шёл и пришёл наконец к высокой горе. Забрался на вершину и видит - сидит на горе великан и кругом посматривает.

- Здравствуй, приятель,- говорит ему портной.- Пойдём вместе со мной по свету странствовать.

- Какой ты мне приятель! - отвечает великан.- Ты слабенький, маленький, а я большой и сильный. Уходи, пока цел.

- А это ты видел? - говорит портной Ганс и показывает великану свой пояс.

А на поясе у Ганса вышито крупными буквами: "Когда злой бываю, семерых убиваю".

Прочитал великан и подумал: "Кто его знает - может, он и вправду сильный человек. Надо его испытать".

Взял великан в руки камень и так крепко сжал его, что из камня потекла вода.

- А теперь ты попробуй это сделать,- сказал великан.

- Только и всего? - говорит портной.- Ну, для меня это дело пустое.

Вынул он потихоньку из кармана кусок творожного сыра и стиснул в кулаке. Из кулака вода так и полилась на землю.

Удивился великан такой силе, но решил испытать Ганса ещё раз. Поднял с земли камень и швырнул его в небо. Так далеко закинул, что камня и видно не стало.

- Ну-ка, - говорит он портному, - попробуй и ты так.

- Высоко ты бросаешь,- сказал портной.- А всё же твой камень упал на землю. Вот я брошу, так прямо на небо камень закину.

Сунул он руку в карман, выхватил птицу и швырнул её вверх. Птица взвилась высоко-высоко в небо и улетела.

- Что, приятель, каково? - спрашивает портной Ганс.

- Неплохо, - говорит великан. - А вот посмотрим теперь, можешь ли ты дерево на плечах снести?

Подвёл он портного к большому срубленному дубу и говорит:

- Если ты такой сильный, так помоги мне вынести это дерево из лесу.

- Ладно,- ответил портной, а про себя подумал: "Я слаб, да умён, а ты глуп, да силён. Я всегда тебя обмануть сумею".

И говорит великану:

- Ты себе на плечи только ствол взвали, а я понесу все ветви и сучья. Ведь они потяжелее будут.

Так и сделали. Великан взвалил себе на плечи ствол и понес. А портной вскочил на ветку и сел на нее верхом. Тащит великан на себе всё дерево, да ещё и портного в придачу. А оглянуться назад не может - ему ветви мешают. Едет портной Ганс верхом на ветке и песенку поет: