Королевская страсть - Хортон Патриция - Страница 108

Служанка смертельно боялась, думая, что Барбара продала свою душу дьяволу. Она была страшно расстроена, но старалась говорить спокойным и ровным голосом:

— Когда вам станет лучше, мы что-нибудь придумаем.

Барбара уже предчувствовала смерть, но через несколько дней лихорадка кончилась, ее здоровый организм преодолел болезнь.

В первый же день, когда Барбаре позволили встать с постели, Нэнси усадила ее в кресло возле окна и сказала:

— Я много думала, молилась и поняла, что мы должны сделать.

Барбара сидела бледная и апатичная. Она медленно повернула голову, проявив слабый интерес к словам Нэнси. Может быть, Нэнси скажет, как ей освободиться от холодного, сковывающего душу страха, который не отпускал ее ни днем, ни ночью.

— Огонь очищающий!.. — воскликнула Нэнси. — Я думаю, нам надо сжечь палец епископа, конечно, как подобает: с молитвами и почестями. Мы совершим обряд очищения… понимаете? Мы умилостивим Бога и сорвем планы дьявола, мы разрушим это заклятье!

— Да, — взволнованно кивнула Барбара, и от резкого движения ее волосы взметнулись над плечами ярким огненным облаком. — Нэнси, давай сделаем это сейчас же. Я не смогу спокойно дышать, пока эта реликвия не сгорит.

— Дайте ее мне. — Нэнси протянула руку, и Барбара, сняв золотой медальон, положила его на ладонь девушки. Нэнси решительно сжала дрожащую руку. — Подождите, сейчас я схожу за Библией.

Она вышла из комнаты, а Барбара лениво выглянула в окно, на зеленеющий сад Уединений. Прямо под окнами она заметила бегущего по аллее Карла. Он направлялся на теннисный корт, помахивая ракеткой.

Вдруг Барбара прищурила глаза, заметив юную блондинку, догоняющую Карла. Она окликнула короля, он остановился и подождал ее, приветливо сняв шляпу. Девушка добежала до него и, рассмеявшись, приложила руку к груди, восстанавливая сбившееся дыхание. Она подняла свою белокурую голову и что-то сказала Карлу, ее мягкие розовые губки разомкнулись, на лице заиграла очаровательная, кокетливая улыбка.

Нэнси вернулась в комнату с охапкой новых поленьев для камина, чтобы сделать огонь поярче. Но Барбара едва обратила внимание на ее появление. Она была поглощена сценкой, разыгрывающейся в саду под окном.

Девушка явно использовала самые обольстительные улыбки, движения ее были полны изящества, и король улыбался, глядя на нее, всем своим видом проявляя лестное для кокетки внимание. О Боже! Барбара приникла к подоконнику. Это была Годива Прайс, маленькая дерзкая провинциалка, которую Барбара встречала в покоях Анны, герцогини Йоркской. Именно тогда две юные фрейлины рассуждали о ней, Барбаре, как о столетней старухе.

Нэнси воскликнула:

— Госпожа, все готово! — И Барбара вздрогнула и испуганно обернулась к ней, боясь, что ошибка уже непоправима.

Сердце ее учащенно забилось, точно она избежала ужасного несчастья. Барбара бросилась к Нэнси и выхватила у нее медальон. Трясущимися руками она надела медальон и нежно прижала его к груди. Дыхание ее постепенно успокоилось. Нэнси запротестовала, изумленно вытаращив глаза, но Барбара резко оборвала ее:

— Оставь меня в покое! Я должна сохранить красоту любой ценой! — Она не желала сейчас выслушивать поучения служанки о дьяволе и проклятье. Девушка в ужасе попятилась, осеняя себя крестным знамением.

Барбара подбежала к окну, ощущая легкий холодок золотого медальона на груди. Карл только что расстался с Годивой Прайс, и, когда Барбара появилась в окне, он поднял голову и заметил ее. Белозубая улыбка блеснула из-под черных усов, он сорвал с головы шляпу и радостно взмахнул ею, приветствуя Барбару.

Гордая лучезарная улыбка осветила лицо Барбары. Она потрогала медальон и тихо проговорила:

— Ты будешь вечно любить меня, Карл Стюарт.