Магический кристалл - Морган Кэтлин - Страница 44

– Поступай как знаешь, – натянуто ответила жрица.

Они молча продолжили свой путь в мужскую резервацию и наконец остановились у портала без окон. Элайя вопросительно взглянула на Верховную жрицу.

– Мужская камера, – сообщила та и отступила, когда панель в стене раздвинулась.

– Будь осторожна, дитя мое, и помни, о чем я предупреждала тебя.

Глубоко вздохнув, Элайя вошла в комнату. Когда панель за ней закрылась, девушка едва преодолела желание броситься назад. В дальнем конце комнаты возбужденно расхаживал Тирен, сжимая и разжимая кулаки. С минуту она наблюдала за ним.

Душа Элайи рвалась к нему, все страхи исчезли от охватившей ее любви к нему.

– Тирен, – шепнула она. – Это я, Элайя. Он замер и медленно повернулся к ней. Увидев его лицо, девушка похолодела.

Серые глаза бессмысленно уставились на нее. Затем его взгляд стал плотоядным.

Белая туника и бриджи прилипли к его потному телу.

– Тирен! – в ужасе вскричала она. – Что с тобой?

Он прохрипел что-то нечленораздельное и, набычившись, двинулся к ней. Элайя инстинктивно попятилась.

– Тирен, пожалуйста, умоляю тебя! Скажи… Не успела она договорить, как он бросился на нее и рванул к себе. Губы безжалостно впились в ее рот. Ошеломленная, Элайя не двигалась.

Но когда Тирен начал срывать с нее одежду, Элайя пришла в себя и начала бешено сопротивляться.

– Тирен, Тирен, оставь меня! Послушай! Это я, Элайя, Тирен, Элайя!

Явно не узнавая девушку, он разорвал платье и грубо схватил за грудь.

В этот миг она поняла, что он намерен изнасиловать ее. Тирен, нежный и ласковый, хочет зверски овладеть ею!

Слова Верховной жрицы вспыхнули в ее мозгу. «Он не тот, каким ты его видела, а опасный безумец». Между тем руки Тирена терзали, рвали, тискали свою добычу.

Руки Тирена? Нет! Руки зверя. Она должна остановить его любой ценой и сию же минуту, иначе будет слишком поздно!

Элайя стиснула его лицо ладонями. Ощутив его мягкую бороду, она на секунду остановилась. Как причинить боль тому, кому поклялась в верности? Но, бросив последний взгляд на его искаженное, зверское лицо, девушка приняла решение.

Когда она пустила в ход кулаки и ногти, Тирен издал хриплый вопль и замер. Его лицо выразило изумление, а затем исказилось от боли. Обмякнув, он рухнул на пол.

Элайя пристально вглядывалась в неподвижное тело, чувствуя страшную пустоту. Тот, кого она знала и любила, умер для нее. Тирена больше нет!

Зарыдав, она выбежала из комнаты.

Снаружи в тусклом свете настенных фонарей ее ждали Сестры и Верховная жрица. Сзади стояли молодые послушницы, и Элайя молча заняла место рядом с ними.

Верховная жрица направилась к девушке:

– Пойдем, дитя мое, – сказала она. – В «ночь Ткача твое место – во главе колонны. Как спасительница кристалла ты поведешь Сестер в святилище на церемонию, а затем займешь место рядом со мной. Иди с достоинством, как приличествует твоему новому положению. Элайя поклонилась.

– Да, Домина Магна.

Большие каменные двери, на которых в виде сложного узора была высечена история Магического кристалла, распахнулись, и перед ними открылось узкое длинное помещение, тускло освещенное светильниками, расположенными под потолком. Девушка увидела центральный проход, по обеим сторонам которого стояли каменные скамьи. В дальнем конце помещения возвышался обсидиановый пьедестал – подножие Магического кристалла. Даже с такого расстояния были различимы высеченные в камне мерцающие пророческие слова.

Стоявшие позади Сестры запели литанию о чудесных свойствах кристалла и его неограниченной власти. Верховная жрица потянула девушку за рукав, напоминая, что процессии пора трогаться в путь.

Элайя выступила вперед и, загипнотизированная утешительными словами, которые всегда вселяли в нее радость и надежду, минутой позже оказалась перед троном Верховной жрицы. Между тем Сестры медленно двигались по центральному проходу.

Усевшись на скамьи, они устремили взгляды на Верховную жрицу. Она стояла у трона, холодная и горделивая правительница Сестринской общины кристалла и всей Арании.

– Сегодня счастливый вечер возвращения кристалла. – Резкий голос жрицы был слышен во всех уголках зала. – Одна из нас восславила наш Орден спасением Магического кристалла. Мы, в свою очередь, восславим ее, позволив ей перейти к последнему Испытанию Достоинства. Если она справится, то завтра наконец присоединится к нам. Давайте помолимся, чтобы она собралась с силами и укрепила дух.

Сестры одобрительно зашептались. Верховная жрица подняла руку, призывая их замолчать.

– Пришло время Восстановления кристалла в Правах. Элайя, последняя дщерь королевского дома Чертаре, выйди вперед!

Элайя почувствовала панический страх, ибо в эту минуту должны были осуществиться ее мечты и желания ее народа. «Нет, я не опозорюсь, проявив страх в минуту своего триумфа. Все они сомневались в том, что я выдержу испытания. И вот теперь я стою перед ними, и меня прославляет сама Верховная жрица».

Девушка вышла вперед с высоко поднятой головой.

– Я в вашем распоряжении, Домина Магна, – сказала она, и ее чистый молодой голос разнесся по всему святилищу.

жрица указала на пьедестал.

– Верни Магический кристалл на место, дитя мое. Освободи нас от власти невежества, господствовавшей в течение нескольких сотен циклов. Вступи в общение с кристаллом и передай нам первые слова, которые он произнесет, вернувшись на свое законное место.

Элайя подошла к гладкому, полированному черному пьедесталу и достала из кармана кристалл. Она подняла камень повыше, чтобы все могли видеть его. Потом снова повернулась к пьедесталу и, осторожно держа кристалл обеими руками, вставила его в выемку.

И тут же закрыв глаза, Элайя обратилась в слух. Наконец кристалл замерцал, а потом засиял так, что озарил светом зал. Собравшиеся ахнули и затихли, сосредоточенно глядя на девушку в белом одеянии.

Свет и покой заполнили душу Элайи. Ее переполняло такое счастье, что она забыла обо всем. Кристалл поверил девушке новые знания. Перед ее мысленным взором пронеслось прошлое и отдаленное будущее.

Она ждала – так долго, что это показалось ей вечностью, – последнего знака, который откроет перед ней врата знания, но тщетно. Элайя почувствовала себя потерянной, словно кристалл упрямо скрыл от нее что-то жизненно важное. Даже сейчас, после всего, что она выстрадала, оставалось препятствие к полному воссоединению с ним.

«Может, я еще не достойна?» – спросила она себя. И тут же получила ответ: «Да», после чего кристалл померк, оставив в ее душе смятение и печаль.

– Говори, дитя мое, – дошел до нее издалека голос Верховной жрицы. – Поделись с нами мудростью вещего кристалла.

Элайя заставила себя обернуться: все с напряжением смотрели не нее, ожидая услышать первые слова Магического кристалла.

– Кристалл… Кристалл говорил о многом, – нерешительно начала Элайя, – о несбывшихся мечтах, утраченных моральных ценностях, негуманном обращении человека с человеком. Он опечален нашим несовершенством, ибо с глубоким разочарованием обнаружил, что мы свернули с пути истинного. Он опасается, что мы не сумеем почерпнуть знания, извлечь пользу из его прошлых учений. Сказав это мне, он погас.

Потом кристалл поведал мне о надежде и постепенно снова засиял. Он предсказывает начало новой жизни народам Империи, если люди научатся любви и мужеству. Храбрым и верным душам он обещает возрождение. Только тогда мы выйдем из тьмы, только тогда…

Элайя осеклась, отчаянно пытаясь унять дрожь, охватившую ее. «Что все это значит? О чем кристалл в самом деле просил меня?»

– Продолжай, дитя мое, – потребовала жрица. – Что еще он говорил?

Элайя посмотрела на нее.

– Еще? – Она покачала головой. – Больше ничего, Домина Магна.

– Тогда иди сюда и следуй за Сестрами. Мы должны объявить радостную новость нашему народу.

Сестры, распевая литанию, медленно вышли из святилища. Элайя присоединилась к ним, хотя ноги едва слушались ее. Она не смогла бы идти, если бы не привычка, долгие циклы, научившие ее беспрекословно подчиняться повелениям Верховной жрицы.