Карьерский оборотень - Новиков Николай Михайлович - Страница 29

— Кате свидание назначил в десять! Теперь ясно, что ничем хорошим это не кончается.

— И она согласилась? — ахнула баба Лиза.

— Дура, вот и согласилась, — в сердцах махнул рукой Иван. — Ну, ладно, пока, некогда мне болтать. Закрывайся, баба Лиза, и ложись спать. Он стремительно выскочил из комнаты.

В машине у ворот его ждали Олег, Сергей и Миша.

— Уже ушел, — переводя дыхание, сказал Иван. — Давай, Олег, жми на газ, по дороге все объясню.

На заднем сиденье недовольно заворочался Сергей.

— Послушайте, начальники, об эти косы можно порезаться. Вы что, сено собираетесь заготавливать? Не лучше ли косить днем?

— Покосим, — спокойно ответил Миша. — А утром разберемся, чего накосили. Может, и то, что нужно.

— Не отвлекайтесь, — попросил Иван. — Быстрее, быстрее! Сейчас направо… Мы должны опередить его и не упускать из виду ребят.

15

Луна выглянула из-за туч, осветив на мгновение петляющую меж кустов дорожку. Сизый туман скрадывал очертания двух фигур, спешащих по скользкому гравию.

— Не думала, что это так страшно, — прошептала Катя. Она крепко держала под руку Романа и чуть ли не бежала, стараясь поспеть за широкими шагами брата.

— Молчи, — дрожащим голосом сказал Роман. — Раньше нужно было думать. В поселке такое творится, а моя сестра, дура, лезет ночью в старый карьер! Ты совсем спятила, Катька!

Он испуганно вертел головой, боясь увидеть сквозь качающиеся под ветром гибкие ветви с поредевшей листвой страшные красные глаза. Ружье висело на плече дулом вниз, указательный палец Роман держал на спусковом крючке, чтобы в любое мгновение можно было вскинуть двустволку и без промедления выстрелить. Но это не успокаивало.

— Может, вернемся, Роман? — спросила Катя. — Очень страшно. И зачем я согласилась? О чем можно говорить в такой глуши? У меня от страха и мыслей никаких в голове нет…

— А раньше были?

— Не знаю… Со мной в последнее время происходило что-то странное. Как только начинаю думать об Иване, так вижу его в каком-то отталкивающем виде. Будто включаешь телевизор, чтобы хороший фильм посмотреть, а в это время антенна портится — по экрану полосы прыгают, ничего не разберешь. Отчего это?

— Потому что связалась с оборотнем, я предупреждал тебя!

— Оставь, Роман, поверь мне, он очень хороший, добрый человек. Умный, воспитанный, с ним интересно. Ты ни разу нормально с Володей не разговаривал. А поговорил бы, сам бы понял, что все эти ужасы никакого отношения к нему не имеют. Ой, кажется там, справа, кто-то идет к нам… прошептала Катя, обеими руками вцепившись в локоть Романа.

— Где? — Роман остановился, вглядываясь в ночную тьму. Луна скрылась, и разобрать что-либо, кроме качающихся ветвей, было невозможно.

— Да вон там, — показала Катя. — Я слышала, как хрустят под ногами сухие палки, бурьян. А ты не слышал?

— Под двумя или под четырьмя? — уточнил Роман, поднимая ружье.

— Не говори глупостей! — рассердилась Катя. — Мне показалось, что кто-то идет. Сколько у него лап, я не знаю. Пойдем скорее! Ох, Роман… А там будет такая же темень, как и здесь.

— А ты как думала? Электричество туда еще не провели.

— Я думала, будет луна… Светло…

— Думала, думала! Кажется, пришли. Сейчас я соберу хворосту, разожжем костер. Светлее станет, да и мне проще будет наблюдать за вами.

— А спички у тебя есть?

— У меня зажигалка есть, не волнуйся.

— Только не уходи далеко, — испуганно сказала Катя.

Егоров бы злорадно усмехнулся, но Зверь смеяться не умел. Жалкие, глупые людишки, они пытаются противостоять ему!

Трясущийся парень с ружьем надеется помочь сестре. А она — предала его! Зверь готов был разорвать обоих на месте, но человек отчаянно этому сопротивлялся. Человек убеждал Зверя в возможности счастья оказаться вдвоем в зверином обличье — он и она.

Предала, предала! Справа в кустах крались двое с автоматами. Один из них — участковый. В голубом, призрачном свете Зверю отчетливо было видно, как они осторожно движутся параллельно с братом и сестрой и следят за ними. Значит, не только брату сказала она о предстоящем свидании, но еще и охотникам за его головой, врагам его! Вот они, крадутся в ночи, для них это ночь, а для его глаз — хмурое утро, он видит то, чего не видят они.

А дальше, на берегу озера, сидят в кустах еще двое. Поджидают его. Предала! Если они станут стрелять, он не сможет сдержать растущую в груди ярость. Он уничтожит их всех! Кроме Кати. Легкий укус — это все, к чему он стремится.

Зверь совершил бесшумный прыжок и лег под кустом. В трех шагах от него прошел Иван Потапов. Одного броска было достаточно, чтобы в мгновение перекусить горло участкового и навсегда заставить его замолчать! Но тогда второй начнет стрелять. И, прежде чем он умрет, подоспеют еще двое. И прежде, чем они умрут, Катя и ее брат убегут из старого карьера.

Их оружие не в состоянии его уничтожить, но оно причиняет боль, и к ней трудно привыкнуть. Но ненавистного участкового сейчас трогать нельзя, как бы этого ни хотелось.

Он почуял, что, помимо брата с сестрой и четверых охотников, в зарослях скрывается кто-то еще — пятый. Зверь поднял морду, старательно принюхиваясь к запаху. Странно! Он этого запаха не знал. Каждое существо в этом мире имеет свой, непохожий на другие запах. И этот, пятый, охотник тоже. Но для Зверя он ни с чем не ассоциировался. Как вода (она тоже имеет запах), которая стоит на столе в стакане.

А брат с сестрой тем временем вышли к берегу дальнего озера. Разожгли костер. Зверь видел, как колышутся на ветру голубые языки пламени. Брат спрятался в кустах у берега, выставив ружье, четверо охотников расположились полукольцом вокруг Кати, тоже приготовились стрелять. А пятый… он как будто исчез на время из виду. Все равно никуда не денется.

Неслышно ступая, Зверь неторопливо двинулся в сторону одиноко стоящей у костра Кати.

Иван переглянулся с Олегом, шепотом сказал:

— Все нормально. Как появится — будем действовать по обстановке. Главное — сразу выстрелами сбить с толку. А потом мы с Мишей попробуем разрубить его на части косами. Вы же нас будете прикрывать. Миша, ты готов?

— А то как же, — шепотом ответил Миша. — Тут бы лучше сабля пригодилась или топор. С чего ты взял, что нужна коса?

— У нее ручка длиннее, — сказал Иван.

— Да не дергайтесь вы, мужики, — вмешался Сергей, — оставьте его мне. Пара очередей — и сможете преспокойно засовывать его в мясорубку и делать фарш.

— Спокойно, Серега, — перебил его Олег. — И будь внимательнее. Фарш мы из него, конечно, сделаем, если он здесь появится. Иван, ты уверен, что он придет?

— Он уже здесь, — сказал Иван.

— Где? — встрепенулся Сергей. — Уже пришел, а мы и не заметили? Нехорошо, зверюшка, поступаешь, нужно предупреждать о своем приходе. Мы тут, понимаешь, ждем…

Олег погрозил ему кулаком, и Сергей послушно прикусил язык.

— Иван, — сказал Олег, — а как этот парень, он своих не перестреляет? Начнет палить налево и направо, небось полные карманы патронов.

— Я ему запретил стрелять без крайней необходимости, — сказал Иван.

— Черт! — тихонько выругался Миша. — Никогда не выходил на операцию с косой в руке.

— А вот и он, — предупредил Иван.

— Ни хрена себе! — пробормотал Сергей. — Ну, мужики, фарш из такого выродка мир еще не пробовал!

Зверь выпрыгнул навстречу Кате, робко стоящей у костра. И остановился метрах в трех от нее.

— Роман! Роман! — закричала Катя, пятясь к огню. Ее широко раскрытые от ужаса глаза неотрывно смотрели на Зверя, в его огненно-красные глаза. Она подняла руки, защищаясь от этого страшного взгляда. Роман выскочил из своего укрытия, поднял ружье и выстрелил. Жакан ударил в грудь Зверю, отшвырнул его на метр назад. Роман выстрелил еще раз. Зверь дернулся, но устоял на ногах.

И прыгнул в сторону Кати.

Роман, отшвырнув ружье, бросился к сестре, схватил, свалил на землю. Черная тень пронеслась над ними. Резанула боль в правом плече — Роман застонал. Истошно закричала Катя, вцепившись обеими руками в брата.