Одиночка - Мориарти Крис - Страница 111

Корчов побледнел:

– Это же говорила Шарифи.

– Значит, Шарифи и разбудила их, – сказал Коэн. – Или это сделал взрыв на «Тринидаде». А теперь они проснулись и ждут, что их выслушают.

– Тогда помоги нам Боже, – прошептал Корчов. Сердце Ли застучало быстро и неровно.

– Что же там случилось на самом деле?

– Примерно с минуту все шло хорошо, – ответил он. – Но потом я внезапно вышел из шунта. Как будто откуда-то вытянулась огромная рука и… вытолкнула меня. Мне так и не удалось вернуться назад.

«Он говорит правду, – шептал Коэн в ее голове. – Разве ты не понимаешь, что произошло? Что должно было произойти?»

Ли удалось ухватить его мысль в тот миг, когда она проносилась в его сознании. Но все, что она увидела, был образ растерянной Шарифи, преданной и напуганной. И взялся ли этот образ из ее сознания или из сознания Коэна, определить было невозможно.

Затем она снова оказалась в сияющей воронке.

– Я включила, – сказала Шарифи.

Войт отвернулся от монитора, за экраном которого он наблюдал. Его глаза бегали от одной женщины к другой, и Ли догадалась, что он тоже ждал чего-то.

Ли услышала, как Коэн эхом повторил ее мысль, и поняла, что он был вместе с ней. Она потянулась к нему, дотронулась и успокоилась.

Белла шагнула вперед.

– У тебя с собой данные?

– Корчов, тебе видно то, что видит Белла? Ты слышишь их разговор?

– Нет.

– Тогда ты еще не знаешь. – Шарифи улыбнулась. – Но скоро узнаешь.

Войт хмыкнул.

– И не забывай, – сказала Шарифи, – что у тебя две недели на то, чтобы доставить это сюда. Не сделаешь в срок и считай, что никаких договоренностей между нами не было.

Корчов наклонил голову, встав в галантную позу. Затем он исчез, а Белла осталась стоять, мигая и слегка покачиваясь, пока не пришла в себя.

Шарифи протянула руку и пригладила волосы Беллы. Это был защищающий жест, свойственный как матери, так и возлюбленной. Белла в ответ по-кошачьи наклонила голову, принимая эту ласку. Она смотрела в глаза Шарифи, своим взглядом полностью отдаваясь ей. Она впивала в себя Шарифи так, словно та была единственной реальностью Вселенной.

Шарифи дотронулась до ее виска и щелкнула контактным переключателем. Затем она вытянула левую руку ладонью вверх. Белла закрыла ее ладонь своей, и Ли увидела, как заработало подсознание в периферийном зрении Шарифи.

«Передача данных инициирована», – объявили внутренние устройства Шарифи. Цифры закрутились, подсчитывая группы массированной передачи данных.

Следя за цифрами, Шарифи не заметила, как Войт сделал шаг в ее сторону. Но Ли увидела его. Он держал заряженную и нацеленную на Шарифи «гадюку».

В следующий миг Шарифи поднялась с пола и выхватила пистолет из кармана комбинезона.

– Ты опоздал, Войт. Это уже сделано.

– Не сделано, пока Белла здесь, – сказал Войт. – Не сделано, пока ты еще не убралась отсюда.

Он приблизился к ней еще на один шаг.

Шарифи сняла пистолет с предохранителя. Цель колебалась в ее глазах, она тряслась от адреналина, но выглядела решительно.

– Я застрелю тебя, Войт, если понадобится, но лучше давай договоримся. Называй цену.

– Мою цену? – сказал Войт усмехнувшись. – Я солдат, а не шлюха.

– А есть разница?

Он сделал еще один шаг в ее направлении.

Она спустила курок. Искры дугой отлетели от каменного пола в нескольких сантиметрах от его правой ноги.

Войт остановился, но не подал вида, что испугался. В этом он напоминал Ли. Для того чтобы испугать его, требовалось больше, чем шальная пуля, пущенная рукой непрофессионала. Но, по крайней мере, он насторожился.

– Забери у него эту штуку, – сказала Шарифи Белле. Белла подошла к Войту и взялась рукой за короткий ствол «гадюки». Войт не сопротивлялся, когда она забирала у него оружие. Он даже улыбнулся, когда она взяла его. От этой улыбки у Ли волосы встали дыбом.

– Хорошая девочка, – произнесла Шарифи. – Теперь дай это мне.

«У нас проблема», – сказал Коэн.

«Боже, только не сейчас!»

«Проблема в реальном времени. Кто-то выпустил ракету земля-воздух с поверхности планеты».

Ли почувствовала, как эта ошеломляющая новость оттолкнула ее от Шарифи и сбила синхронность восприятия памяти Шарифи.

«Они направили ракету в орбитальную станцию телепортации».

Коэн не озвучил свою следующую мысль, но она успела ухватить ее: «Может, Корчов поспешил со своими действиями».

«Что нам делать?» – спросила она.

Но она знала ответ еще до того, как задала вопрос Ракета ударит по станции телепортации в течение нескольких минут. И если она разрушит станцию, то Коэн потеряет связь с внешним миром. И тогда пропадет любая надежда на то, чтобы получить информацию Шарифи или вернуть самого Коэна из шахты.

Они должны выбираться оттуда до того, как это произойдет.

– Сколько тебе платит Хаас? – спросила Шарифи. – Я заплачу больше.

Войт снова рассмеялся.

– Мне никто ничего не платит. Возможно, что ты и поймала меня с кассой, но это – не предательство, и я – не предатель. И если говорить о плате, то что может предложить Корчов, кроме продажной сучки Хааса?

– Заткнись, Войт!

– Что, задело? Не нравится продавать государственные секреты в обмен на подержанный товар?

Шарифи посмотрела на Беллу, которая замерла между ними. Лицо Беллы бледным пятном расплывалось в свете лампы.

– Я не продаю их, – сказала Шарифи. – Знание никому не принадлежит. И жизнь не принадлежит никому.

– Оставь свои рассуждения для других.

И тут Белла в мгновение ока одним быстрым и ловким движением перехватила рукой шею Шарифи, приставив «гадюку» к ее виску.

– Брось пистолет, – сказала она.

Шарифи попыталась повернуться, но Белла еще сильнее сжала ее шею и вонзила в нее острые клыки «гадюки». Шарифи уронила пистолет. Он шумно заскользил по настеленному на полу пещеры шиферу и закатился под монитор коррекции канала.

– Подними пистолет, Ян, – сказала Белла. – Он нам понадобится, если она что-нибудь нам устроит.

Ли сразу же вспомнила, что Войта звали Яном.

– Корчов? – спросила Шарифи, ее голос и все тело дрожали.

Белла рассмеялась.

«Я узнала этот смех», – подумала Ли. И тут же поняла, что Шарифи узнала его тоже.

– Хаас, мне нужно поговорить с Нгуен.

– Чепуха, – ответил Хаас.

– Ты не можешь так рисковать! Здесь не тебе решать. Нгуен должна знать об этом.

– Ох, конечно, она узнает об этом. – Хаас развернул Шарифи и подтолкнул ее вверх по лестнице. – Ты не беспокойся.

На верху лестницы Шарифи повернулась.

– Послушай, Хаас…

– Нет, ты послушай. – Он развернул ее снова и приставил «гадюку» к ее виску. – Попробуй еще раз открыть рот, – сказал он очень спокойным тоном, – и это будут твои последние слова.

Шарифи заглянула в темно-лиловые глаза Беллы и увидела, что на нее смотрит Хаас. Что-то мелькнуло в этом взгляде, какой-то скрытый сигнал, вызванный инстинктом самосохранения, для которого у Шарифи не было названия, но который Ли помнила по сотням боев.

Шарифи побежала.

ПЛАСТ НА АНАКОНДЕ: 8.11.48

Возможно, Шарифи и удалось бы убежать, если бы она не поскользнулась на обломке шифера и не упала.

Войт догнал ее, когда она уже поставила ногу на нижнюю ступеньку лестницы, ведущей на «Тринидад». Он ударил ее по голове ребром ладони, и она рухнула снова.

Она с трудом поднялась и попыталась бежать, но не смогла. Если Шарифи не осознала, то Ли поняла совершенно точно, что Войт наносил этот первый удар, опасаясь убить ее сразу. Он рассчитал силы и не использовал свои усиленные сталекерамикой мышцы. И этого было достаточно. Войт сделал все так, как сделала бы сама Ли. Он бил с жестокой точностью своих улучшенных рефлексов. Он поставил ей подножку, действуя своими ногами так, что от удара ее подкинуло вверх и вбок, а когда она упала, нанес ей четыре быстрых и тщательно выверенных удара по ребрам. Ли услышала, как с треском сломались ребра Шарифи, и поняла, что одно из ребер пробило Шарифи легкое. И она совершенно не сомневалась в том, что произойдет, если Войт не остановится. Но он прекратил, отошел в сторону и стал ждать, как только убедился, что она не сможет подняться.