Одиночка - Мориарти Крис - Страница 79

Ли наклонилась, закрыла глаза и приложила к ним ладони, чтобы лучше разглядеть те данные, которые прокручивались на экране перед ней. Открылись четыре файла. В первом она нашла детальный план и навигационные данные большой орбитальной станции, в которой Ли без особого труда узнала Альбу. Альба была особо секретной станцией, вращавшейся на орбите вокруг звезды Барнарда.

Во втором файле находились утомительные описания секретных протоколов, маршруты патрулирования и их графики, протоколы сотрудников лаборатории. Третий файл содержал информацию о мерах электронной безопасности. Четвертый включал в себя интерфейс и спецификацию требований к тому, что, по предположению Ли, вероятно, являлось программным продуктом к интрафейсу Шарифи.

После того как она просмотрела все это, у нее закружилась голова. Совершенно очевидно, эта технология была полностью нелегальной. Ее могли разработать только для использования на независимом AI или постантропе, нарушая больше законов о невропродуктах, чем она могла вспомнить. Она заметила с десяток небольших хитростей, которые свидетельствовали о том, что эта программа могла быть разработана только на Альбе, теми же самыми программистами КПОН, которые создавали ее собственный программный продукт. Нгуен, возможно, и украла невропродукт, но все остальное в интрафейсе – аппаратное устройство, психологическая программа оценки и управления высшей нервной деятельностью, исходная программа, которая запускает интрафейс в независимого, – находилось на Альбе и предназначалось для Шарифи или другой генетической конструкции компании «КсеноГен».

Она закрыла файлы, проверила, что они загрузились правильно, вынула кубик с данными из кармана и спустила его в унитаз.

Когда она вышла в зал, три симпатичные девицы сидели на полпути к стойке бара и во все глаза разглядывали человека Корчова. Девицы походили на ворон, деливших падаль.

– Как вас зовут? – спросила она, чувствуя, как три злобных взгляда впились ей в спину, как три бура из вирустали.

Человек Корчова повернул к ней грустные бархатные карие глаза и ответил так серьезно, будто заданный вопрос влиял на судьбу миров.

– Аркадий, – сказал он. – Очень рад познакомиться.

Он строил фразу так же странно, как и Белла. Чувствовалось, что он и жизнь воспринимает как серьезный и опасный бизнес, а не шутку.

– Выпьете что-нибудь? – спросила Ли.

Они немного поболтали ни о чем. Когда принесли пиво, опять теплое и выдохшееся, они выпили вместе. Аркадий пил свое пиво, нахмурив брови. Ли подумала, что он не привык к алкоголю.

– Ну и что? – спросил он в конце концов. Ли оглянулась.

– Не слишком ли много вопросов?

– На самом деле?

– Возможно, слишком много.

Он промолчал и снова прикоснулся губами к пиву.

– Но, может быть, у вас есть друг, который мог бы помочь?

Друг. Подразумевался Коэн.

– Возможно.

– Вы уже говорили с ним?

– Пока нет.

Симпатичное лицо Аркадия замерло на миг, и Ли убедилась в том, о чем уже раньше подозревала и в чем Коэн сам пытался убедить ее. Им нужна была не она. Или, по крайней мере, она была не все, что они хотели. Им нужен был Коэн. Ли со своим пустячным секретом была просто наживкой, чтобы заполучить его.

– Мы, конечно, щедро отблагодарим его за помощь, – продолжил Аркадий, – да и выполнение задачи само по себе многое принесет.

– Это не… – начала Ли. И замерла. Выполнение задачи само по себе многое принесет. А как это говорил Корчов? «Вам придется перенести небольшую хирургическую операцию».

Они собирались дать Коэну рабочий интрафейс. С ней, Ли, на другом конце.

Поежившись, она сказала:

– Я передам. А как мне доставить ответ?

– Вам не надо этого делать. Будьте на челноке, отлетающем из Хелены послезавтра.

– И?

– Это все, что вам следует знать.

– Отлично.

Ли встала и пошла, но Аркадий удержал ее за руку.

– Вы все еще не сказали мне, что вы хотите.

– Верните мою жизнь, – резко и зло ответила она, повысив тон.

– Возможно, вам нужно то, что мы собирались дать вашему предшественнику?

Ли медленно повернулась.

– Вы имеете в виду Войта?

Задавая этот вопрос, она уже поняла, что он имел в виду Шарифи. Корчов платил Шарифи, а не шантажировал ее. И Шарифи продавала ему ту информацию, которую он хотел. Она обещала передать ему пропавшие данные.

– Так что же просила Шарифи? – спросила она мимоходом.

– Не что. А кого.

Ли замутило и чуть не вырвало. Конечно, у Шарифи не было денег, чтобы выкупить контракт Беллы. Она решилась пойти на обмен, имея то, что для Синдикатов было гораздо важнее, чем одна конструкция серии «Б». Продав квантовую технологию, Шарифи нарушила правила всех секретных допусков, полученных в течение ее долгой и успешной карьеры, преступила Закон о шпионаже и подрывной деятельности, предала ООН и всех, чье выживание зависело от ООН.

Трое мужчин спорили между собой на улице, когда она снова вышла в галерею. Ей послышалось, что речь шла о собаке. Двое из них были похожи на братьев. Третий – изможденный мужчина небольшого роста – выглядел избитым и больным под косыми лучами галогенных ламп.

Худенькая девочка появилась в периферийном зрении Ли. Она торговала контрабандными сигаретами, прячась под строительными лесами, чтобы не попасть под капавшую воду. Товар ее был дешев. Без фильтра. Такие сигареты курили только люди, которые даже и не мечтали о дорогостоящих биологических средствах для восстановления легких. Ли свернула в другую сторону, проверив пачку денег, которая была у нее с собой.

Когда она обернулась, вокруг трех мужчин на дороге образовалась толпа.

Братья все еще кричали, но один из них схватил другого под мышки и потащил в тень ближайшей галереи. Один из стоявших рядом зевак нагнулся и поднял бейсбольную биту из грязи.

Третий спорщик остался стоять на грязной улице, качаясь как пьяный. По его лицу текла кровь, смешиваясь с мутной дождевой водой.

СТАНЦИЯ АМК: 25.10.48

Когда Ли добралась до станции, она была вне себя от ярости.

– Ты ничего больше не хочешь рассказать мне? – спросила она Беллу, когда наконец отыскала ее.

Они были в квартире Хааса. Белла прижалась к длинному гладкому дивану, стараясь спрятаться от Ли.

– Она собиралась забрать меня с собой, – шептала она, невыплаканные слезы блестели в ее глазах, как шлифованный конденсат. – В зону Кольца. У нее уже были куплены билеты.

– И ты никогда не спрашивала ее, каким образом она хотела уладить этот вопрос с Синдикатом Мотаи?

– Я уже говорила тебе. Она собиралась выкупить мой контракт.

– Даже у Шарифи не было таких денег. Она заключила сделку с Корчовым. А ты была посредником. Они рассчитали, что она влюбится в тебя, или это было для них неожиданной удачей?

– Все было не так, – прошептала Белла. Теперь было видно, что она плачет по-настоящему.

– Да неужели? – спросила Ли. – Была ли хоть доля правды в том, что ты мне рассказывала, или все исходило от Корчова?

– Я тебе ни разу не лгала, – сквозь слезы ответила Белла как раз в тот момент, когда в периферийном зрении Ли загорелся ярлык на связь.

– Боже! – тихо сказала Ли и отключила вызов.

– Она этого хотела сама, – продолжала Белла. – И это было не только из-за меня. Это было дело принципа.

– Я не спрашиваю о мотивах Шарифи.

Вызов на связь ярко зажегся снова. Звонивший отключил у Ли фильтрацию звонков, и ей придется ответить, иначе мигание не прекратится.

Она сделала раздраженный жест. Белла вздрогнула. В ее глазах появился страх. В другом настроении Ли ужаснулась бы, но сейчас она не чувствовала ничего, кроме мрачного удовлетворения.

Она сделала еще шаг к Белле, намеренно угрожая ей.

– За что Корчов платил ей? И не думай даже, что можешь ответить, что ты не знаешь.

– Я не знаю… – Белла всхлипнула. – За информацию.