Дорога дорог - Мороз Игорь - Страница 78

– Нет, но полагаю, оно советует команде «Забияки» доверять мне, – ответил Мгал, чувствуя, что голова его вот-вот треснет, как перезрелый орех.

– Это послание уведомляет нас о том, что Дижоль завещает свой корабль тебе. Он желает, чтобы ты стал его капитаном и вел этих людей туда, куда сочтешь нужным и куда они готовы будут последовать за тобой, – произнесла девушка дрожащим от негодования голосом, и Мгал готов был поклясться, что она хочет испепелить его взглядом.

– Мне приятно узнать, что Дижоль был обо мне столь высокого мнения, – осторожно сказал он, проведя языком по пересохшим губам. В голове вовсю громыхал набат. – Фип, если ты нацедишь мне еще кружку какого-нибудь пойла, я буду перед тобой в неоплатном долгу, – обратился северянин к старому пирату, делавшему ему какие-то непонятные знаки.

Из уст девушки вырвался похожий на рычание звук, после чего она, очень внятно выговаривая слова, произнесла:

– Ты рано требуешь вина на этом корабле! Потому что да будет тебе известно, я – жена Дижоля и владела этим судном вместе с ним! Мне принадлежит половина «Забияки», и заруби это себе на чем угодно – я вовсе не намерена уступать его кому бы то ни было!

Мгал уцепился за поручень и с жадностью сделал глоток из поданной ему юнгой оловянной кружки внушительных размеров. Жена Дижоля – помощник капитана? Ну и чудеса!

– Да будет тебе известно, – продолжала между тем Оливетта, – что по закону ста островов компаньоны могут решить вопрос о разделе корабля двумя способами: в суде Совета Мореходов или в честном поединке. А коль скоро до Дувиана далеко и ты, как я вижу, не являешься хворым и убогим, нам незачем перепоручать свои дела другим, и мы можем, не сходя с места, наилучшим образом уладить их сами.

– Ты предлагаешь мне поединок? Ты хочешь, чтобы я дрался с тобой? – Мгал был изумлен до такой степени, что на миг забыл даже о раскалывающейся от боли голове. – Но я не дерусь с женщинами, Лив! И кроме того, не претендую на вторую половину принадлежащего тебе корабля.

– Кристалл Калиместиара находится у северянина! Он собирается привести нас к сокровищнице Маронды!.. – пронесся ропот по толпе пиратов.

– Так ты еще и трус! – презрительно бросила Оливетта. – Боишься с оружием в руках отстаивать то, что принадлежит тебе по праву!

– В чем дело? Разъясни же мне наконец, что тут происходит и чего надобно от меня этой кровожадной девице, ведь я не покушаюсь на ее добро? – спросил Мгал у Фипа, который, протиснувшись сквозь толпу, внезапно оказался поблизости.

– Дело в шнурке, я тебе потом все объясню. Главное, не вздумай отказываться от поединка, иначе наши парни разорвут тебя на клочки. Они желают, чтобы ты вел нас к сокровищнице Маронды! – торопливо промолвил старый пират громким шепотом.

– Долой поединок, Лив должна уважать волю покойника! За борт северянина! Пропади эта сокровищница пропадом! Айда грабить Сагру! Завещание капитана – закон!.. – все громче и громче стали высказывать свои соображения «граждане ста островов».

– Погодите! Тут какое-то недоразумение! – воззвал Мгал к разуму возбужденных мореходов. – Я готов плыть с вами к сокровищнице Маронды, но вовсе не претендую на роль владельца судна или капитана! Пусть вторая половина «Забияки» тоже принадлежит вдове Дижоля! Я, кажется, не говорил, что хочу ее присвоить, и не вижу причин для споров и поединков!

– Лив не жена Дижоля! Уйми эту девку и веди нас к сокровищнице! В Сагру! В Сагру! От добра добра не ищут!.. – ревели пираты.

– Лживый язык! – прохрипела разъяренная девушка, надвигаясь на Мгала. – Ты использовал глупые сказки, чтобы одурачить Дижоля и всех остальных! Но из этого ничего не выйдет! «Забияке» незачем пересекать море! Где ключ от сокровищницы? Покажи его или берись за оружие!

– Ведьмин чих! Да разве ты знаешь, как он выглядит?! – потеряв терпение, громыхнул Мгал во весь голос, искренне жалея, что товарищи его еще не вернулись из города. Эмрик наверняка придумал бы выход из положения, а Гиль утихомирил боль от нанесенной седоусым гвардейцем раны.

– Плевать! «Забияка» – мой, и он не будет пересекать Жемчужное море в угоду твоим бредням! «Граждане ста островов», вы слышали, я вызываю этого человека на поединок! Он может принять вызов или, отказавшись от своей доли, немедленно убираться с корабля!

– Не вздумай уступить! – предостерег северянина Фип, но тот лишь пожал плечами.

– Я не хочу и не буду драться с тобой. «Забияка» единственный корабль, способный доставить меня к сокровищнице Маронды, – через силу промолвил Мгал и мертвой хваткой вцепился в поручень, чувствуя, что палуба уходит у него из-под ног. Какая досада! Все складывалось так хорошо, но не драться же ему с этой девчонкой, которая из-за смерти Дижоля, кажется, совсем сошла с ума.

– Назад! Остановите его! – послышались из толпы пиратов грозные выкрики, хотя северянин и не думал двигаться с места. – Он должен вести нас к сокровищнице!..

– Как же он поведет, если Лив его укокошит? Глядите, он ранен, на нем лица нет! – пытался Фип урезонить самых буйных, но его мало кто слушал.

– Пусть дерется по закону «ста островов»!

– Пусть возьмет Лив по завещанию Дижоля и ведет нас к сокровищам без всякого поединка!

– Пусть убирается, а мы повеселимся в Сагре!

– Поединок, все решит поединок!..

Гвалт продолжался, однако Мгал уже понял, что вопрос решен и, что бы он теперь ни говорил и ни делал, от поединка ему не отвертеться. Пираты уважали свой закон и готовы были заставить уважать его кого угодно.

После споров и пререканий, во время которых о северянине, казалось, совершенно забыли, часть палубы вокруг мачты была очищена от людей, столпившихся на корме и баке небольшого суденышка. Исчезнувшая куда-то Лив вновь появилась, держа в руках длинный узкий меч и маленький круглый щит. Волосы ее были заправлены под кожаный шлем, а тело прикрывал кожаный панцирь с медными пластинами на груди, сверкавшими в лучах утреннего солнца не хуже золотых.

Бемс принес Мгалу его алебарду, и северянин, занятый больше мучительно болевшей раной, чем мыслями о предстоящем поединке, вынужден был признать наконец, что выбора у него нет. Хочешь не хочешь, придется скрестить оружие с этой девчонкой, иначе она просто прирежет его на месте. В том, что именно так Лив и поступит, северянин перестал сомневаться, бросив взгляд на упругую походку девушки и встретившись с ее горящими, как раскаленные угли, глазами.

– Место готово, бойцы тоже, мешкать нечего! – громко провозгласил Фип. – По закону «ста островов» повторяю условия поединка. Противники сражаются пока один из них не признает себя побежденным…

– Если ты сдашься, матросы прикончат тебя, решив, что тебе пришла охота улизнуть от нас и унести с собой ключ от сокровищницы, – торопливо вставил Бемс, поправляя на Мгале пояс, за который был заткнут стилет.

– …после чего победивший становится владельцем «Забияки» и капитаном корабля.

– Лив шутить не намерена и мечом владеет виртуозно. Она стремительна и вынослива, как тонг, так что старайся не затягивать бой и покончить с ней как можно быстрее, – напутствовал Бемс северянина и отступил к борту.

Тяжесть оружия заставила Мгала подобраться, а вкрадчивые движения Оливетты, ставшей вдруг удивительно похожей на учуявшего добычу хищника, укрепили сложившуюся уверенность в том, что предстоящий поединок потребует от него напряжения всех оставшихся сил. И все же убивать или калечить женщину, лишившуюся рассудка при известии о гибели мужа, ему очень не хотелось.

Приблизившись к северянину танцующей походкой, Лив, желая составить представление о мастерстве противника, сделала один за другим три выпада, на которые Мгал, следуя совету Бемса, ответил ударом, от которого щит девушки развалился на части, левая рука окрасилась кровью, а лицо исказила гримаса боли. Пираты приветствовали его удар громкими воплями, но, занятый боем, северянин не понял, какие чувства преобладают в толпе – возмущение или одобрение.