Хроники Корума (сборник) - Муркок Майкл Джон - Страница 191

Корум хотел остановиться и помочь старому другу, но Желтый Конь понес его дальше, где королева Медб, стоя над трупом своего скакуна, мечом отражала атаку полудюжины красноухих псов, окруживших ее. Корум на скаку свесился с седла, не замедляя скачки, вспорол брюхо двум псам и крикнул женщине, которую любил:

— Прыгай ко мне за спину, Медб! Скорее!

Королева Медб подчинилась, и Желтый Конь, даже не заметив дополнительного веса, оскалил зубы и снова засмеялся, глядя, как псы прыгают вокруг него.

И тут туман исчез, и они оказались в дубовом лесу. Все дубы пылали холодным пламенем невообразимой яркости, освещая поле битвы. Все, кто еще дрался, опустили оружие и изумленно воззрились на горящие деревья. Нигде не было видно ни клочка снега.

И пять чудовищных фигур в пяти грубо сколоченных колесницах, которые тащили пять невообразимых животных, закрыли руками уродливые головы и завопили от страха и боли.

Хоть Корум и знал о происхождении заклятия, он ощутил растущее чувство тревоги. Повернувшись в седле, он прижал к себе Медб, не в силах справиться с навалившимся на него ощущением: что-то не так.

Вассалы Фои Миоре растерянно заметались на месте, ожидая указаний от своих предводителей, но Фои Миоре гудели, стонали и содрогались, ибо в этом измерении они больше всего на свете боялись такого сочетания — дубов и пламени.

Прихрамывая и опираясь на топор, к Коруму подошел Гофанон. Когти Гоим оставили у него на теле дюжину глубоких кровоточащих царапин, но лицо его было мрачно не по этой причине.

— Ну-ну, — проворчал он. — Ну и наколдовал нам Сактрик! Ох как я боюсь этих его знаний.

Корум мог только кивнуть в знак согласия.

Глава 4

Сила Крайг Дона

— Когда в мир вторгается такая мощная иллюзия, — сказал Гофанон, — от нее очень трудно избавиться. Она на много лет поселится в умах мабденов. Я-то знаю, что прав.

Королева Медб усмехнулась:

— Я думаю, что у тебя слишком мрачные мысли, старый кузнец. Амергин поможет малибанам, вот и все. Наш мир избавится от всех врагов!

— Есть враги похитрее, — заметил Гофанон, — и хуже всего то, что созданная ими реальность искажает правильное представление о вещах и понятиях.

Но Медб лишь пожала плечами, пропустив мимо ушей его слова, и показала на Фои Миоре, которые гнали свои колесницы с поля боя, стараясь спастись от пламенеющих дубов.

— Смотрите! Наши враги бегут!

Подъехал Илбрек. Лицо его пылало, а на чистой коже остались следы схватки. Он засмеялся:

— Мы правильно сделали, что попросили помощи на Инис Скайте!

Но ни Корум, ни Гофанон не отреагировали на его слова, и Илбрек поскакал дальше. Время от времени нагибаясь в седле, он сносил головы тем воинам сосен и гулегам, что попадались ему по пути. Никто не пытался напасть на него — вассалы Фои Миоре пребывали в крайней растерянности.

Когда Медб, спрыгнув с Желтого Коня, пошла ловить лошадь, которую заприметила поблизости, Корум увидел, что через пылающий дубовый лес к нему едет принц Гейнор Проклятый. Не доезжая футов тридцати, он бросил поводья.

— Что это? — спросил он. — Кто вам помогает, Корум?

— Думаю, вряд ли тебе стоит знать об этом, Гейнор Проклятый, — ответил Корум. И услышал, как тот вздохнул.

— Ну, вы всего лишь смогли найти другое убежище, подобное Крайг Дону. Мы будем ждать рядом, и вы снова начнете голодать. Чего вы добились?

— Пока еще не знаю, — сказал Корум.

Развернувшись, принц Гейнор двинулся вслед за отступающими Фои Миоре. И остальные — гулеги, псы Кереноса, народ сосен, — все, кто остался в живых, устремились за ним.

— И что теперь? — спросил Гофанон. — Последуем за ними?

— На расстоянии, — ответил Корум.

Его спутники начали собираться. Осталось их не больше сотни. Среди них был Амергин, верховный король, и Джери-а-Конел с раной в боку. Лицо Джери было бледным, а глаза полны страдания. Корум подошел к нему и осмотрел рану.

— Я наложил целебную мазь, — сообщил Амергин. — Но ему нужно средство получше, чем то, что у меня под руками…

— Это был Гейнор, — произнес Джери-а-Конел. — Я не увидел его в тумане и не успел…

— У меня большой счет к Гейнору, — сказал Корум. — Подождешь здесь или двинешься с нами за Фои Миоре?

— Если их конец близок, я хочу увидеть его, — ответил Джери.

— Быть по сему, — промолвил Корум.

И все они поскакали за отступающими Фои Миоре.

И Фои Миоре, и их сподвижники так спешили оказаться подальше от пылающего дубового леса, что не замечали у себя в тылу Корума и мабденов. Единственным, кто, оглядываясь, не скрывал удивления, был Гейнор. Он не боялся пламени дубов. Он страшился только Лимба.

Что-то коснулось плеча Корума, и он почувствовал, как на нем устроилось маленькое тело. Это оказался черно-белый кот с глазами Сактрика.

— Как далеко простирается действие магического заклятия? — спросил Корум малибана.

— Сколько необходимо, — ответил ему Сактрик. — Сам увидишь.

— А где Крайг Дон? Я и понятия не имела, что мы так далеко отошли от него, — заметила Медб.

Но Сактрик не ответил. Он расправил позаимствованные крылья и снова улетел.

Амергин внимательно рассматривал полыхающие дубы.

— Такой простой мираж, — пробормотал он, — но с какой силой действует. Теперь-то я понимаю, почему ты опасался малибана, Гофанон.

Тот только хмыкнул.

— Я не могу отделаться от мысли, что мабденам было бы лучше погибнуть в этом бою, — помолчав, сказал карлик-сид. — В результате от сегодняшнего союза будут страдать ваши потомки.

— Надеюсь, что нет, Гофанон, — произнес великий друид, но все же нахмурился, задумавшись над его словами.

Корум заметил мелькнувшую за дубами тень. Всмотревшись в нее, он начал осознавать, что же это такое.

Фои Миоре остановились. В их трубных и гудящих голосах стало слышно возбуждение. Вскидывая уродливые головы, они окликали друг друга, и в этом зове было что-то жалобное и детское.

Корум присмотрелся к высоким теням и покачнулся от внезапного головокружения.

— Это Крайг Дон, — сказал он. — Малибан обманул их. Фои Миоре вошли в каменные круги!

— Мой кот! — закричал Джери. — Сактрик еще там?

Маленький Спутник Героев пришпорил коня и во весь опор поскакал к Фои Миоре.

— Джери! — крикнул Корум, решив, что от боли в боку у него помутился рассудок. — Сактрик сам сможет защитить себя!

Но Джери его не услышал. Он уже доскакал до ближайшей группы братьев сосен и незамеченным проскочил мимо них. Корум решил догнать его, но Желтый Конь не сдвинулся с места. Корум всадил ему в бока шпоры, но не смог заставить сделать хоть шаг.

Коруму показалось, что каменные круги начали вращаться вокруг него. По мере их вращения пламенеющие дубы исчезали один за другим — и снова возникали и холодное небо, и белая равнина, и туман, отчего Корум чуть не ослеп. Он с друзьями по-прежнему стоял за внешним кругом монолитов, а в самом их центре оказались Фои Миоре. Какая-то сила попыталась втащить Корума во внутренний круг, его толкал мощный порыв ветра, но Желтый Конь уперся копытами в землю, а Корум вцепился в седло, успев заметить, что многих мабденов несет и крутит по мерзлой земле.

Вдруг раздался страшный рев, и Корум увидел, что Фои Миоре пытаются вырваться из внутреннего круга, но ветер отшвыривает их назад.

— Джери! — закричал Корум, но ветер относил его слова в сторону. — Джери!

Каменные колонны вращались все быстрее и быстрее, и наконец в седле остался лишь Корум. Даже Илбрек опустился на колени у ног Роскошной Гривы, рядом держался и Гофанон — не отрывая глаз, он следил за тем, что происходило в самом центре Крайг Дона.

Корум увидел какие-то алые вспышки и понял, что это яростно борется с ветром Гейнор Проклятый, медленно, но настойчиво пробивавшийся к группе мабденов; ветер то и дело сбивал его с ног, но он всякий раз ухитрялся подняться, и его доспехи продолжали переливаться тысячью разных цветов.