Знахарь. Трилогия (СИ) - Голубев Владимир Евгеньевич - Страница 95

– Вот так встреча! – раздался плывущий голос с длинными блеющими разрывами. То ли молодой человек был сильно пьян, то ли у Рэ начались проблемы со слухом. Из пелены тумана показался Драх, учитель магии. Он обнял их обоих, и «помощник министра», оттолкнув Рэ, неестественно ровным шагом двинулся к сцене.

Драх повис на Рэ, такой пьяный, что девочке стало страшно. Рэ мгновенно пришла в себя. У мага в крови была тройная смертельная доза алкоголя. Драх выглядел, как и Рэ, лет на четырнадцать, и она удивилась, как его впустили в клуб и продали столько выпивки.

– Как хорошо-то, – пропел Драх и потерял сознание.

– Старая сволочь! Алкаш! Чтоб ты сдох, тварь, всё удовольствие испортил! – бранилась Рэ, пытаясь вывести алкоголь из его крови.

– Меня девушка полюбила, – пропел Драх на имперском, на секунду вернувшись из небытия.

– Молчи, гад, – прошипела Рэ, но Драх уже потерял сознание. «Мало ему было девчонок в классе, извращенец», – возмутилась Рэ, совершенно нелогично.

– А куда ушел напомаженный пидар? – снова пришел в себя Драх. На этот раз, слава богам, он говорил по-русски.

– Он не голубой! – разозлилась Рэ.

– Напомаженный? – удивился Драх, и икнул громко-громко, на весь зал, заглушив музыку.

– Не трожь мой спирт! – пение Драха перешло в шипение. Как есть дракон! – не хочу трезветь! Волшебное создание шло к ним через зал чарующей походкой, легко уворачиваясь от тел пьяной толпы, находящейся в броуновском движении. От прекрасной феи шли такие эманации любви, что Драх воспарил от счастья. Рэ показалось, что его ноги отрываются от пола. Она зажмурила глаза в испуге.

– Как я её целый час, во все её …, – глупо захихикал Драх, и слюни потекли по его пьяной счастливой роже. Рэ внезапно заплохело, Драх показался ей отвратительнейшим созданием, желанный «советник министра» совсем не холеным красавцем, а больным испорченным стариком, лишь фею было жалко, она же не подозревала кто такой Драх, питая к нему нежные девичья чувства. Рэ заблевала внезапно, вызвав переполох, среди, жалеющих свою одежду, окружающих. Драх снова отключился, и милейшая фея набросилась на «дрянную девчонку» Рэ с побоями и бранью.

«Второй поход в клуб и опять неудача», – расстроилась Рэ, с трудом унося ноги от охранников. Те попытались схватить Драха, но получили жесткий отпор от «несчастной феи». Драться по-мужски они не могли себе позволить, а фея с удовольствием использовала самые подлые и жестокие приемы.

Павел Ильич.

Олег попросил собрать всю команду, он обнаружил плотную профессиональную слежку.

– Слежку я обнаружил случайно, мне повезло, работают профессионалы высокого уровня, – информировал Олег собравшихся.

– Где-то мы допустили промах, обратили на себя внимание, – сообщил очевидное Павел.

– Мы? Драх, очевидно. Он устроил скандал в элитном клубе, разрушил репутацию дочери восемьдесят третьего лица в списке …

– Нет, – прервал Олега Павел, – ты сам говоришь, плотная слежка.

– Потому и заметил только. Брать собираются?

– Вот! – поднял палец Павел, – следили давно. Но ты, «дорогой мой» Драх, подойди, дай тебя обнять.

– Не хочу! Не надо меня «слушать»! У меня голова потом раскалывается!

– Какие мы нежные, – издевательски пропел Павел, – а по клубам шастать? Голова не бо-бо?

– Я сам! Я сам всё расскажу! Дочку твою в клубе видел, Катю в тако-о-ом месте! И Лилу шляется напропалую! И даже …

– Заткнись, – выдала себя сторонница здорового образа жизни – Анжела. Павел растерянно оглядел присутствующих.

– Папочка, я только два разочка! Ничегошеньки не произошло, – испуганно залепетала Рэ.

– «Желтуху» нюхала, – мстительно заложил её Драх. Но желаемого эффекта он не добился, Павел не знал, что такое «желтуха».

– Позже будем устраивать разбор полетов. Сейчас нужно уносить ноги, – сказал Павел.

– Возможно, «они» этого и добиваются, – не согласился Олег.

– Я не думаю, что «они» готовят ликвидацию, – поддержала Катя, – плохо, что ни Драх, ни Рэ не овладели телепортом. Лечебный уклон в подготовке Рэ сделал её беззащитной, только Драх может за себя постоять.

– Я и Рэ, мы готовы на равных драться …, – возмущенно начал Олег.

– Она могла бы сжигать боевиков десятками, – с сожалением подтвердил Драх, – зря ты, Павел, запретил мне её учить убивать.

– Женщины и дети воевать не должны! – Павел сказал так, будто поставил точку.

– Укорачиваем интервалы. Контрольное время каждый час. Кто не позвонил в течение часа или «забыл» сказать кодовое слово мгновенно отправляется в Роззе. А это значит, что мои поездки отменяются, а прием больных прекращается. Сижу здесь, как сыч, – засмеялся Павел.

– Ходите по двое, – попросил Олег. Все встали, а Рэ попробовала улизнуть первой, одновременно, мстительно поглядывая на Драха.

– Рэ! А тебя я попрошу остаться, – произнес Павел с интонациями Броневого, хотя понять его могла только Катя.

– Я предупрежу тех, кто остался в деревне, – сообщил Олег, – хорошо, что территория охраняется собаками, внезапный удар полностью исключен.

Два дня ничего не происходило. Настороженное поведение Павла и компании заставило врага свернуть слежку.

Глава 15

Месть маленького мага

Павел Ильич.

– Нечего здесь делать. Бизнес стоит. В Роззе безопасно, а здесь я вся на нервах, – уговаривала Катя Павла.

– Я тебя вытащу из любой переделки.

– Если меня сразу не пристрелят.

– Брось! Мы живем в демократическом государстве. Эти олухи замучаются документы на арест получать!

– Не глупи! Нужны им это бумажки! Перестреляют всех нас, привезут тонну оружия и объявят террористами!

– Не надо утрировать!!!

– Отправь меня с внучкой в Роззе. Сам геройствуй тут дальше! – с Катей случилась истерика.

– Да иди ты …, – Павел по-быстрому удовлетворил просьбу. Он мрачно уставился в громадный экран телевизора. Новости передавали в обычной последовательности: президент посетил …, премьер участвовал … Внезапно ухудшился сигнал, экран погас. Павел насторожился и почти успел «прыгнуть» в Роззе, но снаряд пробил насквозь две стены, и воткнулся в несущую стену сзади Павла. Вспыхнуло белое солнце взрыва. На мгновение в голове Павла зажглась мозаика картинок. Какие-то туманные образы, видимо, генетическая память отца или матери. Отчетливые воспоминания детства. Самые яркие, те, где радость или горе переполняли его, или чем-то удивившие маленького Павлушку. Вот он трехлетка катается на льдине, бухнулся у берега в воду и промок до пояса. В сапогах вода, он никак не может их снять, а домой нужно вернуться сухим, иначе жесткая порка.

Следующая картинка. Прошел год, и он с друзьями запускает самодельную ракету, набив её старым артиллерийским порохом, собранным на месте взорванного во время войны склада боеприпасов. Ракету закрутило, она воткнулась в землю и взорвалась.

Вот он уже взрослый, ему семь лет, но он не умеет плавать, после злополучного катания на льдинах ему надолго запретили ходить на реку. Он с закадычным другом Лехой пускает кораблики у крутого берега огромной ямы. Он поскальзывается и уходит под воду. Пузыри воздуха проносятся мимо его глаз, но ему не страшно. Лёха тащит палку. Вот он стоит на вышке для прыжков. Маленькие мальчишки проходят мимо и улетают вниз в красивом кувырке, а он боится. Наконец он прыгает вниз, удар. Из воды его вытащил тот же Лёха. Картинок сотни, тысячи. Последние картины как бы прозрачны. Вот Рэ выскальзывает из ловушки, где в качестве живца, он, уже мертвый. Вот она научилась убивать. Её учили лечить, а она превратила свои знания в оружие. Изощренное, безжалостное, мерзкое оружие.

Павел полностью осознал, что и вторая его жизнь прошла впустую. На самом деле ему ничего другого от жизни не было нужно, кроме закадычного друга Лёхи рядом, и счастья любимой дочери. Душа Павла улетала, он еще не знал – в рай или в ад, а сам он молился, чтобы то страшное будущее, которое мелькнуло перед ним, никогда не сбылось.