О том как долг и обстоятельства создают Героя [СИ] - Малафеева Любовь Николаевна - Страница 19

В себя я пришла в ванне. Рядом, положив руки мне на плечи, стояла донельзя взволнованная Вестия. Заметив, что я пришла в себя она шумно с облегчением выдохнула.

— Ну, наконец-то ты вернулась! А то уж мы с Верихом успели испугаться. Думали, ты и в сознание не придешь.

Прежде чем ответить я внимательнейшим образом оглядела себя, и не заметила ни каких перемен. Это радовало. Только кожа на кончиках пальцев скукожилась, что свидетельствовало о том, что в этой ванне я пролежала как минимум час, а как максимум — пол дня, за распахнутым настежь окном пылал багровый закат.

— Что со мной случилось? Почему я в ванне? — при каждом слове казалось, что в горле словно проводили наждаком — боль была адская. Такое бывало, когда горло пересыхало. Я сама с трудом узнала свой голос.

— Тебе не стоит перенапрягаться, — Вестия была сама заботливость. Она поднесла мне чашку с приятным на вкус вязким напитком. Я ее с удовольствием выпила и буквально почувствовала, как он мягко обволакивает мое изодранное горло, и боль медленно, но неуклонно отступала. Воодушевившись, я повторила вопрос. Женщина вздохнула.

— Давай сначала определимся с твоим самочувствие, а потом уже поговорим. Как ты? Ничего не болит, ни жжет? — Я покрутила головой, нет мол. — А как с магическим резервом? — Этот вопрос по интонации был более настороженным.

Я задумалась и погрузилась в себя. Яркий горящий шар, как я представляла себе свою силу, все так же пылал и даже кажется, увеличился в размерах.

— Все в полном порядке. — Уверенно доложилась я.

— Позволь я проверю. — Нерешительно попросила Вестия.

Я пожала плечами и полностью открылась, позволяя вампирше заглянуть в мой колодец силы, но, инстинктивно не подпуская ее ментальные щупальца слишком близко. Женщина сосредоточилась и я ощутила совсем мимолетное касание ее сущности и она снова пропала. Поняв что с досмотром все я вновь захлопнулась и на всякий пожарный забаррикадировалась. Пару недель назад я обнаружила, что мои приемные родители изредка лазят ко мне в мысли, и мне это не то что бы ни понравилось, но я была сторонницей мнения, что мысли человека это только его мысли, если только он не захочет их сам озвучить. Поэтому, воспользовавшись теми немногими знаниями, что у меня были, я создала пластичный, крепкий и не сильно энергоемкий щит (в последствии это стало предметом множества моих споров с преподавателями). Все мои действия не остались незамеченными Вестией и, хмыкнув, она пошла за полотенцем, проворчав что-то типа "Хорошая смена растет…".

Я, не рассчитав силы, слишком резко встала. В тот же миг голова взорвалась острой болью, и вся комната пустилась в пляс по круговой. Не удержав равновесия, я со всего размаху плюхнулась обратно в ванну, выплеснув при этом не меньше половины. Благо пол в ванной комнате был выложен из плиток белого мрамора, и оборудован несколькими водостоками и вся вода ушла в трубы, но прежде все же подмочила ноги Вестии (хорошо, что она была босиком, а то крику бы было…).

— Прости! — я все еще держалась за голову, боясь, что она прямо сейчас развалится на части. Вестия, которой было адресовано извинение, то разтраивалась у меня перед глазами, то собиралась в одну.

Женщина, интуитивно поняв мое состояние и не обращая внимания на мокрый пол, подошла, перекинула полотенце через плечо и дотронулась прохладными ладонями до моих висков. Боль стала медленно притупляться, головокружение унималось и минуту спустя, я чувствовала себя почти полностью здоровой. Легко подняв меня из ванной, Вестия ловко вытерла меня и помогла одеть нечто напоминающее сарафан из белой и почти прозрачной тонкой ткани. После в полном молчании окинув меня критическим взглядом, вывела меня из ванной, поддерживая как паралитика. Мои попытки самостоятельного передвижения были жестко пресечены с первого же раза.

— Может, перестанем играть в молчанку? — недовольно проворчала я, стараясь приноровиться к шагу приемной матери. — Ты в ванне обещала мне кое-что рассказать, когда закончишь осмотр.

Не отреагировав вампирша довела меня до моей комнаты, втянула меня внутрь — там, в кресле сидел, а при виде нас вскочил, взволнованный Верих.

— Все в порядке? — вопрос оставил после себя двоякое ощущение: с одной стороны мужчина был готов в ту же минуту начать скорбеть и одновременно в нем сплетались все оттенки надежды на лучшее. Потрясающе! Как он добился такого результата?

Мы с Вестией высказались одновременно.

— Все замечательно! — и широкая счастливая улыбка. Это я.

— Лучше чем могло бы быть. — Тоже улыбка, но более спокойная и удовлетворенная сопровожденная заботливо-снисходительным взглядом в мою сторону. Это соответственно Вестия.

Переварив оба высказывания и поняв, что оба они положительны Верих громко и облегченно выдохнул, сделал несколько шагов и заключил меня в сильные и нежные объятия. Сразу стало спокойно, улеглась даже та вздорная обида на Вестию. Именно так на меня действовали объятия этого большого кота (именно в кота, напоминающего сильно выросшую рысь, он превращался при смене облика) — умиротворяюще и успокаивающе, вселяя уверенность, что все будет хорошо.

— Не смей нас так больше пугать, малышка. — Буквально промурлыкал он мне в ухо. — Мы едва не поседели от страха. Не стоит тебе так испытывать наши нервы, а то однажды ты рискуешь найти в доме двух нервных и буйных истериков.

В такие моменты я согласна на все. Отказать — это было выше моих сил.

— Договорились, но может мне кто-нибудь объяснит, что все-таки демон побери, случилось? — отступать от намеченного дважды вопроса не хотелось и не моглось. Мне нужны были ответы.

— А разве… — мужчина отстранился и растерянно уставился на Вестию, — ты ей не сказала!

— Сейчас расскажу. — И уже мне. — Ты бы прилегла. Не стоит сегодня больше перенапрягать организм больше чем сейчас.

Я не протестуя, выскользнув из рук Вериха, и распласталась на кровати. Ткань простынь и наволочек приятно холодили кожу, а в распахнутое настежь окно залетали порывы прохладного и влажного воздуха с легко ощутимым привкусом озона. Без сомнения этой ночью будет гроза.

Вестия устроилась у меня на кровати, а Верих вернулся в свое кресло. Повисла задумчивая тишина. Я никуда не торопилась и они, судя по всему, тоже. Наконец Вестия, переведя взгляд за окно, на медленно собирающиеся на небе тучи, начала рассказывать.

— Как тебе уже известно, магами называют тех людей, которые способны оперировать излишками своей энергии. В основном, это сводится к изменению реальности и пространства, и довольно редко, времени. При всех заклинаниях, энергия магом растрачивается и при полном опустошении резервов силы, он должен ждать до тех пор, пока энергия вновь не стечется в резерв из окружающей среды. Но чрезвычайно редко рождаются маги, которые могут самостоятельно накопить потраченные силу, вытягивая ее из источников наиболее им доступных — огня, воды, земли или воздуха. Четыре стихии — универсальные источники силы. Но такие маги, с течением времени и при должной практике, способны безгранично увеличивать свой резерв, становясь почти равным по силе богам. — Вестия хмыкнула и обернулась ко мне. Ее серые глаза превратились в две ледышки, холодно и отстранено смотрящих прямо мне в душу. — Но у такого всемогущества есть один весьма серьезный недостаток. С течением времени, накапливая мощь, маг постепенно и неотвратимо теряет разум, становясь в конечном итоге либо существом почти равным растению — безвольным, апатичным и тупым, либо агрессивным фанатиком, жаждущим неограниченной власти и господства. Первый путь не так ужасен как второй. За всю историю магических наук таких извергов было не больше пяти. И каждый раз за их устранение магическое сообщество платило страшную кровавую плату. Я слушала молча, внимательно наблюдая за изменением выражения лиц моих родителей по ходу того, как женщина раскрывала мне все "прелести" моего дальнейшего пути. В сознании постепенно формировался вопрос и ответ на него. И поняв, что вампирша закончила рассказ, я решилась спросить: