О том как долг и обстоятельства создают Героя [СИ] - Малафеева Любовь Николаевна - Страница 36

— Вот и отлично!

— Кстати, а за то время пока ты тут сидел кто-нибудь из кабинета — я качнула головой в строну небольшой дверцы, в противоположной ко входу стене, — выходил?

Кармий покачал головой и со странной смесью злости, любопытства и усталости, произнес.

— Нет. Никто не входил и не выходил. Все здесь присутствующие ждут, когда комиссия начнет прием. А они все тянут. У меня терпения, конечно, хватит прождать хоть до вечера, но некоторые, менее наделенные сим даром, могут не выдержать и устроить небольшой тарарам. — Он задумчиво оглядел все присутствующих, особо задержавшись взглядом на нервно расхаживающей у окна девушке с копной буйных рыжих локонов.

— Небольшой? — скептически хмыкнула я.

— Все зависит от того, насколько они владеют навыками контроля.

Я уже открыла рот, что бы добавить свой комментарий, как из маленькой двери, на которую с каждой минутой обращалось все больше взглядов, вышел среднего роста мужчина, в мантии густо-синего цвета и повелительно поднял руку, призывая к тишине мгновенно всколыхнувшихся поступающих. В тот же миг на зал упала тишина.

— Уважаемые абитуриенты, я рад приветствовать вас в стенах Университета Высшей Магии Аманты, и надеюсь, в следующий раз мы с вами встретимся на церемонии Встречи. Мое имя Тирах Лог. Я секретарь приемной комиссии. Прошу вас сдать мне ваши опросные листы. Зашуршали многочисленные листы, и толпа молодых людей качнулись в его сторону. Когда я подавала секретарь свою анкету он скользнул по мне безразличным взглядом мгновенно превратившимся в остро-любопытный. Я дружелюбно улыбнулась и, развернувшись, направилась к своему месту, спиной чувствуя острый изучающий взгляд этого Тираха Лога. Когда все прочие студенты так же расступились, секретарь аккуратно, листочек к листочку сложил анкеты.

— Вас будут вызывать по одному в произвольном порядке. Когда прозвучит ваше имя, входите. — И развернувшись, скрылся за все той же дверью. Как только раздался закрывающий щелчок, зал взорвался голосами — каждый хотел поделиться с окружающими своими впечатлениями. Не стал исключением и мой сосед.

— Как думаешь, скоро нас вызовут?

Я пожала плечами.

— Не знаю как на счет тебя, но со мной они медлить не будут.

Кармий от такого заявления весь аж подобрался. Толи самолюбие взыграло — "А почему это?", толи любопытство.

— С чего такая уверенность? — Ха, все же любопытство!

— Просто у меня очень любопытная биография. И они точно захотят расспросить меня поподробнее.

Парень так сильно подался вперед, что между нашими носами осталось расстояние буквально в полпальца (со стороны даже могло показаться, что мы целуемся).

— Расскажешь?!

— Всему свое время. — Я ехидно усмехнулась.

— Ну, пожа-а-алуйсто! — заканючил он.

— Неа. — я демонстративно отодвинулась. — В каждой девушке должна быть некая загадка.

Кармий фыркнул и закусил от обиды губу.

— Вредина! Я же изведусь предположениями! Тебе что, жалко, что ли?

В этот момент смотреть на это чудо без смеха было демонски трудно — само воплощение незаслуженно нанесенной обиды.

— Не дуйся! На сердитых воду возят! — от последнего высказывания он недоуменно округлил глаза, и я поспешила разъяснить. — У моего народа поговорка такая есть.

— Ааа. — протянул он, и мы замолчали. Через мгновение общую тишину прорезал громовой голос:

— Этьен Ролдит! Тот самый паренек с примесью темно эльфийской крови легко поднялся со стула, ехидно подмигнул своим "подружкам" и, помахав всем ручкой, скользнул за заветную дверь. И снова установилась тишина, потянулись долгие минуты ожидания. Приблизительно через полчаса тот же голос вновь громыхнул:

— Аладрина Макгро!

Золотоволосая красавица изящно покинула столик и продефилировала в том же направлении, распространяя вокруг флюиды насмешливого высокомерия. Когда за ней закрылась дверь, в зале раздалось несколько завистливых вздохов. Если не о чем думать, то ожидание убивает.

У меня же тем для размышления было предостаточно. Для начала — правильно ли я предсказала поведение комиссии. Я точно не знала, могла ли их заинтересовать моя история, настолько, что бы они вызвали меня хотя бы в числе первой десятки. Но надеялась. Все же не часто к ним заносит приемную дочь, все еще хорошо известной в Университете, по Словам Вестии, преподавательницы-вампирши. Да и история как я попала к Майварам, должна быть комиссии интересна. Второй проблемой было — говорить ли им всю правду, часть ее, придумывать отредактированный вариант событий или вообще изложить душещипательную историю, сочиненную мною по дороге. Как раз когда я определилась что стоит лучше рассказать пока отредактированный вариант, не упоминая о том, что я из другого мира, а просто из других земель (по словам все той же Вестии, все попытки здешних мореходов переплыть океан, даже при помощи магии не увенчались успехом) вновь грянуло:

— Сайфарема Камшен!

В тот же миг, внизу живота, от бешеного выброса адреналина, все мои внутренности завязались узлом и нехорошо заворочались, во рту вмиг пересохло, а в голове застучали кузнечные молоты. Стараясь не показать окружающим как мне хре… очень плохо, я постаралась изящно подняться. Бросила прощальный взгляд на Кармия, который доброжелательно мне подмигнул, и на ватных ногах я направилась к двери, чувствуя себя, как идущая на эшафот Мария Антуанетта.

Как ни странно ничего примечательного в той комнате, в которую я попала, не было. Была она в половину меньше того зала, что я покинула. Справа — окно во всю стену, было единственным источником освещения. На полу выложен узор из паркетных дощечек. Все стены обиты панелями из темного дерева. Никаких излишних украшений, все строго и функционально. Закончив рассматривать обстановку я наконец опустила взгляд на комиссию — к моему глубочайшему сожалению тоже мало чем примечательную. На первый взгляд

Прямо напротив меня (метрах в пяти, если быть точной) вальяжно развалившись в кресле, больше похожем на трон, за неприподъемным, даже на вид, столом расположился, судя по описаниям, ректор Университета — архимаг Аламир Дорей. Маг не только умелый и сильный, но и уникальный по своей природе. Гэлир ректор был абсолютным универсалом, то есть имеющим способность к абсолютно любому виду маги. Подобные ему, легко обращаются с Водой и Огнем, вмещают в себя Свет и Тьму и совершенно от этого не страдают — никаких помешательств и съехавших крыш. С момента основания Университета только маги этой породы и становились ее ректорами и, насколько я знала, сейчас таких магов на территории Аманты только трое. На вид моему будущему (надеюсь!) ректору было лет тридцать пять, ну или максимум сорок. Хотя из рассказов Вестии, бывшей его куратором во время его учебы в Университете на факультете Воды ему должно быть в два раза больше (неплохо сохранился старичок!). Глаза, цвета хорошей стали, были чуть прищурены и внимательно наблюдали за каждым моим движением. В уголках губ тщательно пряталась улыбка. По широким плечам рассыпались прямые каштановые пряди волос. Все телосложение за исключением не карликового роста скрывала просторная мантия серебристо-серого цвета, небрежно запахнутая, наподобие домашнего халата. Вобщем, приятный во всех отношениях мужчина.

Справа от нег за таким же столом сидели четыре декана факультетов, на которых я признаться честно так внимательно как на ректоре взгляда не останавливала. Отметила только что трое из них брюнеты, а один блондин и один из брюнетов либо злоупотребляет мучным, либо совершенно незнаком с физическими нагрузками. Проще говоря, был толстоват.

По левую сторону, за заваленным бумагами столом, располагался тот самый секретарь Тирах Лог, что осчастливливал нас своим присутствием в зале ожидания, как я мысленно его называла.

— Добрый день тассэ Сайфарема!

Оказывается голос у ректора, тоже был примечательный, таким только баллады под окном у любимой петь, или в его случае заклинания для (а может "от") нечестии (естественно, что ректор был мощнейшим боевым магом, положившим не одну сотню упырей). Ласкающий баритон так и вливался в уши. Будь обстановка несколько иной, я бы тут прямо и растеклась от удовольствия.