Изгнание из рая - Брендон Джойс - Страница 104

Джонни прижал девушку к себе и медленно начал целовать ее щеки, глаза, губы. Все ее страхи вдруг куда-то улетучились. Она уже хотела сказать, что любит его, но что-то сдерживало ее. Будет лучше, если сейчас она со всем этим покончит. Она дала отцу слово и должна сдержать его. Мама часто говорила, что женщине иногда приходится дорого платить только за то, что она женщина. Порой надо делать то, чего тебе делать совсем не хочется. Теперь до Тиа дошел смысл этих слов. То, что ей предстояло сейчас совершить, было самым тяжелым поступком в ее жизни, а последствия, наверное, будут еще тяжелее.

— Я люблю тебя, Тиа. Я приду за тобой.

— Нет, Джонни. Все кончено. Давай оставим все, как есть.

Девушка сделала шаг назад. Потом подняла руку, как бы запрещая ему следовать за ней, и вышла из своего укрытия. Словно связанный с Тиа какой-то невидимой нитью, Джонни устремился за ней. Он остановился и перевел взгляд с Тиа на бандита. Тот был слишком высок для мексиканца, строен и довольно красив.

— Но почему ты хочешь уйти с ним? — громко спросил Джонни.

— Если ты действительно любишь меня, не проси, чтобы я тебе это объясняла. Я делаю то, что должна сделать.

Необыкновенная горечь вдруг захлестнула Тиа. Девушке показалось, что вся ее жизнь была похожа на тоннель, который вел ее к этому моменту. Ей следовало сообщить Джонни в ту ночь, кто такой Черный Кот… Теперь слишком поздно. Она вдруг подумала о том, как много нужно было сказать Джонни.

«Я люблю тебя, Джонни. Позаботься, пожалуйста, об Андреа». Эти две мысли огнем жгли ее.

Но вслух она не могла произнести ни слова. Джонни сам позаботится об Андреа и Стиве. Он все сделает так, как надо, он всегда все делал правильно, потому что был рассудительным и спокойным. Его взгляд, такой понятливый и внимательный, скользил по ее лицу. Уголки губ слегка изогнулись. От отвращения? Или от отчаяния?

Теперь это уже не имело значения. Все, что касалось Джонни, осталось для нее в прошлом.

Рука Джонни вновь скользнула к пистолету. Ему вдруг пришло в голову, что Тиа может испытывать какие-то чувства по отношению к этому бандиту. Или сам Черный Кот к ней неравнодушен? Когда-то давно Джонни слышал о том, что у него была любовница — очень красивая блондинка, которую он, по слухам, похитил из почтового дилижанса. Может быть, теперь он решил заменить ее Тиа? Нет, лучше он убьет ее собственными руками! Молодой человек так и кипел от ярости. Он даже помыслить не мог, что до нее дотронется другой мужчина.

Тиа стояла совершенно спокойно, пока бандиты проводили мимо нее мулов, нагруженных серебром. Потом она сделала знак Джонни, чтобы он возвращался. Ей пора было уходить. Она повернулась и побрела к отчиму.

Уже оседлавший к тому времени коня, Матео вынул ногу из стремени, давая возможность Тиа взобраться к нему. Она легко подпрыгнула и оказалась в седле позади бандита.

Джонни в бессильном гневе тупо смотрел, как нежные руки Тиа обвились вокруг талии Черного Кота. Лошадь тронулась, и стройное тело девушки грациозно качнулось. Золотые волосы в последний раз проплыли перед его взором. Значит, он не настоящий мужчина, раз не смог сделать то единственное, что вырвало бы девушку из рук бандита. Теперь ему предстоит до конца жизни нести бремя вины… Глядя на окружавших его мексиканцев и на дула их ружей, направленных на него, он подумал что этот момент, похоже, был не так уж и далек.

Глава сороковая

— Вам не мешало бы немного поспать, молодой человек, — проговорил доктор Поттер, подходя к кровати Джуди. Грант вздохнул.

— Мне бы не хотелось, чтобы с Джуди никого не было, когда она проснется. Она так не любит быть одна… — ответил молодой человек тихо.

Покачав головой, Поттер ушел. Молодежь! Чертовски самонадеянны и романтичны! Все равно ей когда-то придется остаться одной. Когда она постареет и потеряет свою красоту… Если, конечно, доживет до старости…

Джуди то приходила в себя, то снова теряла сознание, словно видя сны, которые вплетались в действительность. Она слышала, как Грант разговаривал с Поттером, ее тронуло то, что он так переживает за нее. Грант просидел рядом с ней всю ночь и весь сегодняшний день. Иногда он брал ее за руку, а порой просто тихо дремал на стуле. Один раз он улегся прямо на пол около ее кровати.

Она снова погрузилась в сон, потом проснулась и открыла глаза. Грант крепко спал, откинувшись на спинку стула. Джуди долго и внимательно смотрела на него. Он всегда говорил, что у него лицо клоуна. Джуди вдруг поняла, что это совсем не так. У него прекрасное лицо. Теперь его рот не казался ей большим, а челюсть маленькой. Они были вполне пропорциональны и, главное, ему очень шли. Она уже давно перестала задумываться о том, красив Грант или нет. Последнее время она думала о нем только как об очень добром человеке и надежном друге, который не оставит ее в беде.

На глазах выступили слезы, но Джуди сдержала их. Грант Фреман — хороший друг, он любит ее, но после схватки с Морганом Тоддом с ней что-то случилось… Она не могла смотреть Гранту в глаза, ей вообще не хотелось никого видеть. Что сейчас? Утро? День? Она, должно быть, снова уснула. Пришел санитар и осмотрел ее. Его руки были теплыми и какими-то необычными, ей понравилось, как осторожно он трогал ее — ей совсем не было больно или неприятно.

— Как там мистер Тодд? — спросил Грант после того, как санитар проверил у Джуди пульс.

— Проснулся. И, как ни странно, обошлось без воспаления. Хирург сказал, что пуля попала в тазовую кость и застряла там. Единственное, чего он опасался — это осколков. И вообще, док удивляется, как это пуля сорок пятого калибра не прошла сквозь кость. Обычно сорок пятый пробивает в человеке дыру, через которую может проехать экипаж. — Санитар покачал головой и улыбнулся. — Ему, наверное, так повезло, потому что он огромный, как буйвол. Он даже уже просил есть. Спрашивал о здоровье молодой леди.

Грант в ответ что-то недовольно проворчал.

Джуди вновь пришла в себя. Грант снова спал. Отблески заката пробивались через стекла в окне и золотили противоположную стену. Воздух в комнате был теплым и каким-то дремотным. Пахло картошкой с мясом и ароматным фруктовым пирогом. Джуди почувствовала, как у нее засосало под ложечкой. Тут послышались шаги, и возле ее кровати кто-то проговорил:

— Простите меня, сэр. Я вовсе не хотел вас будить. Но мистер Тодд умоляет разрешить ему увидеть молодую леди. Поэтому-то я и пересадил его в кресло на колесах. — Это был санитар. Джуди узнала его голос. Повисла неловкая пауза, а потом послышался скрип колес по деревянному полу. Грант что-то пробормотал, и его шаги затихли в дальнем конце комнаты.

— Джуди, — прошептал Морган.

Девушка непроизвольно сжалась от страха.

— Послушай, любимая, я знаю, что тебе ненавистен даже звук моего голоса, но все равно я должен тебе кое-что сказать. — Он тяжело вздохнул. — Ты чуть не погибла из-за меня, а я продолжаю думать только о себе. Кажется, меня уже ничто не сможет исправить. Такой уж я отвратительный, черт побери. И еще я никогда не признавал всякой сентиментальной ерунды, ты знаешь, о чем я… Но, черт возьми, я понял, что люблю тебя, и хочу, чтобы ты вышла за меня замуж. Мне нужна только ты со всеми своими капризами и насмешками, и я мечтаю, чтобы ты тоже полюбила меня. Самое мое большое желание сейчас — чтобы ты поправилась! Клянусь, что никогда больше не причиню тебе боли, даже если ты будешь обращаться со мной как с последней собакой, чего я и заслуживаю…

Тодд сам не мог поверить в то, что делает. Предлагать Джуди Баркарт выйти за него замуж! Но она так красива! Даже несмотря на синяки, ее лицо казалось сейчас прекрасным и недоступным.

Морган закрыл лицо руками. Когда он убрал руки и открыл глаза, Джуди, пару раз моргнув, посмотрела на него. Ее взгляд поразил Моргана. Темные глаза девушки пронзили его таким холодом и пониманием, что ему показалось, она видит его насквозь. Он даже забыл удивиться тому, что она пришла в себя.