Изгнание из рая - Брендон Джойс - Страница 22

— Ну ладно, ладно, я вовсе не издеваюсь. Наоборот, мне очень нравится твоя внешность.

Джонни продолжал улыбаться. Тиа привыкла к тому, что мужчины дразнят ее, но она всегда краснела и потому чувствовала себя ужасно неловко.

— Кажется, мне придется разыскать мистера Монтгомери самостоятельно. От вас нет никакого толку! — продолжала злиться она.

— Почему ты не хочешь сказать мне правду? Я ведь не видел тебя целый месяц.

— Я всегда говорю правду! А если и пытаюсь обманывать, по мне сразу видно.

Черные глаза Джонни были почти скрыты под густыми бровями.

— Значит, ты всю жизнь говорила только правду?

— Еще нет, — ответила Тиа, вздернув носик.

— Что за черт! Что ты хочешь этим сказать? — спросил он.

Тиа вздохнула так глубоко, как только смогла.

— Потому что я еще не прожила всю свою жизнь.

Джонни снова рассмеялся, и Тиа изо всей силы дернула за ручку тяжелой двери магазина. Но Джонни успел придавить ее плечом, и дверь осталась закрытой. Он не собирался позволить ей снова исчезнуть.

— Зачем тебе лошадь?

— Не твое дело, — ответила она.

— Ты снова хочешь сбежать?

Тиа пожала плечами. Может быть, действительно следует сбежать? Во всяком случае, ей сейчас некогда выслушивать все эти издевательства Джонни, да и вообще разговаривать с ним, пока она не найдет Стивена Баркарта. Не дождавшись от нее ответа, Джонни отступил в сторону и помог ей открыть дверь.

— Где ты остановилась?

— В «Оксидентале». — Тиа не хотела ему этого говорить, но у него был такой вид, что она поняла: он все равно ее найдет, если захочет. Она бросила на него последний взгляд и проскользнула в дверь. Ей в нос тут же ударил устоявшийся запах плесени, в помещении пахло, как от дохлой сухой мыши, которую она как-то нашла под полом их дома в Тубаке.

У задней стены магазина, около прилавка, стояло человек двенадцать мужчин. Полуобнаженные и раскрашенные, как дикие индейцы, они громко разговаривали и смеялись, как будто им только что рассказали веселую шутку. Никто из них не заметил Тиа. Девушка повернулась и хотела уйти.

— Эй! — окликнул ее женский голос, — ты случайно не меня ищешь?

Обернувшись, Тиа поискала глазами хозяйку веселого голоса.

— Тебе, наверное, нужна я… — На этот раз голос прозвучал ближе. Присмотревшись, Тиа увидела ту самую девушку в белом платье, которая с таким нерешительным видом недавно стояла в дверях ресторана.

— Нет, мне нужен мистер Монтгомери…

— Его нет. Но я пообещала ему, что присмотрю за всем. Могу я тебе чем-то помочь?

— Я бы хотела взять напрокат лошадь.

— Надолго?

— Надеюсь, что нет. Я собираюсь к Баркартам… — Забыв название рудника и ранчо, Тиа замолчала. Девушка рассмеялась.

— Тогда тебе действительно нужна я. Это я поместила объявление в газете. Ты знаешь условия?

— Не думаю, чтобы я… — Тиа опять смущенно замолчала.

— Я — Джуди Баркарт. Это я поместила объявление насчет экономки.

Тиа почувствовала, как бешено забилось ее сердце, заставляя кровь быстрее бежать по венам. Эта решительная, веселая молодая женщина — ее сестра!

— Я хотела поехать на ранчо Баркартов, — проговорила Тиа.

Джуди опять засмеялась.

— Там никого нет. Мы все здесь — готовимся к встрече одной нежданной гостьи. — У Тиа замерло сердце.

— А это тоже участники встречи? — спросила она, посмотрев на мужчин, которые продолжали раскрашивать друг друга.

Джуди зло усмехнулась.

— Жду не дождусь, когда появится эта сеньора Гарсиа Лорка, чтобы преподнести ей маленький сюрприз. — Сердце Тиа опять так екнуло, что она чуть не задохнулась. — Да ладно! Не бойся так, весело проговорила Джуди. — Просто она городская неженка. И мы хотим проучить ее по томбстоунским обычаям.

— Они что, собираются ее убить?!

— Господи, конечно, нет! Мы просто устроим так, что она помчится без оглядки в свой Олбани.

Тиа отвела взгляд от лица Джуди и притворилась, что рассматривает мужчин, которые сосредоточенно продолжали раскрашиваться. Теперь ее глаза привыкли к темноте, и она увидела, что мужчины смуглые, как настоящие индейцы. Это ее поразило. Но тут она обратила внимание, что у некоторых из них смуглые только лица и руки.

— Они что, настоящие индейцы?

— Да нет, глупышка. Это просто маскарад. Они натерлись крепким настоем чая и теперь стали цвета кофейных зерен.

— Да… — Тиа нахмурилась. — А тот, который только что вышел… он тоже собирается играть в индейца? Ну, я имею в виду…

Джуди понимающе улыбнулась.

— Это, наверное, Джонни… Джонни Браго. Нет, он на самом деле смуглый… весь.

Тиа, смутившись, покраснела, а Джуди довольно захихикала.

— Джонни отказался в этом участвовать… — Неожиданно она посмотрела прямо в глаза Тиа. — Эй, не вздумай строить никаких планов относительно Джонни. Он — мой! И я не собираюсь его уступать. — Тут она рассмеялась. — Шучу… Просто Джонни уже много лет влюблен в меня. Я не могу отогнать его даже плеткой.

Забыв на какое-то мгновение о Тиа, Джуди повернулась и отпустила мужчинам несколько веселых шуточек. Тиа попыталась улыбнуться, преодолевая свое удивление такому повороту событий. Эта самоуверенная девушка — ее сводная сестра. Невероятно! Сестра, о которой она никогда даже не подозревала… она так же близка ей по крови, как Андреа, но только… совсем незнакомая. Ее, конечно, немного смутило отношение Джуди к «непрошенным гостям», но, несмотря на это, в сердце Тиа поднималась волна симпатии и восхищения девушкой, за которую она заступилась еще в гостинице.

При ближайшем рассмотрении белое платье Джуди оказалось отделанным бежевыми кружевами на шее и рукавах, что как нельзя лучше подчеркивало блеск ее карих глаз. Платье было дорогое и очень хорошо на ней сидело, ничуть не скрывая все округлости ее стройной фигуры и великолепную высокую грудь. Джуди явно наслаждалась собой, и ее хорошее настроение было просто заразительным. Тиа не обиделась на нее за то, что она собиралась прогнать свою сводную сестру — ей показалось это даже естественным.

— Джонни влюбился в меня с того самого дня, когда приехал к нам на ранчо и нанялся пастухом, — продолжала рассказывать Джуди, ее карие глаза смотрели открыто и дружелюбно, в них светилась улыбка.

— Ты, наверное, очень счастлива, раз есть человек, который тебя любит, — проговорила Тиа, раздираемая противоречивыми чувствами: ей хотелось порадоваться за Джуди, и в то же время она была смущена явным ухаживанием за ней Джонни. В самом деле, если Джонни принадлежит Джуди, то зачем же тогда он целовал ее тогда, в Тубаке? Тиа часто слышала, как мамины подруги жалуются на мужчин, которые им изменяют, но никогда не понимала, почему женщин это так возмущает… Может быть, неприятное чувство, которое сейчас зарождалось в ее груди, и есть причина, заставляющая женщин с такой горечью говорить о непорядочности мужчин?

Джуди рассмеялась. Ее смех был похож на мелодичный перелив колокольчика.

— Послушай, а ты хорошенькая. Как тебя зовут?

— Тиа.

— Я хочу тебе кое-что сказать, Тиа. У меня проблемы… Мой отец, вернее, человек, которого я всю жизнь считала своим отцом, в своем завещании объявил на весь мир, что я не его дочь… — Голос девушки сорвался, а на глазах неожиданно появились слезы. — Но сейчас это уже не имеет значения. Короче, она — мексиканка, а в нашем доме полно мексиканской прислуги, они ведут все хозяйство. И я хочу нанять человека, который был бы на моей стороне. А то она быстро завоюет доверие челяди…

Тиа понимала, что Джуди говорит так от обиды и растерянности, а вовсе не от злости. Она должна во что бы то ни стало защитить сестру от таких людей, как та женщина в ресторане! Тиа уже забыла о своих проблемах.

— Я всегда буду на твоей стороне, — искренне сказала она.

— Спасибо, — ответила Джуди. Судорожно вздохнув, она снова заплакала. — А вообще-то я ненавижу, когда кто-нибудь дает волю слезам, особенно если это я сама.

— Ну ничего, — тихо ответила Тиа, — ведь это так ужасно, когда кто-то родной и любимый тебя вдруг предаст. — В ее глазах тоже появились слезы, и она отвернулась, пытаясь их скрыть.