Обнаженное солнце (сборник) - Бирс Амброз - Страница 109

— Прости меня, друг! — прохрипел он и поставил принца Рама на землю. При этом он потерял равновесие и растянулся посреди улицы.

— Это уже слишком! — порозовев от гнева и ужаса, вскричал принц Рам.

— Принц, мой обожаемый принц! Что этот негодяй сделал с вами! — со слезами на глазах воскликнул его превосходительство Белл, подскочив к своему повелителю. Он обдал О’Донована струей красной жидкости, взвалил на себя беднягу принца и помчался прочь. В тот самый миг, когда он завернул за угол, к месту происшествия подошел Колетти. У него адски болела голова, да к тому же он был зол на весь мир и главное полицейское управление — начальство обвинило его в злоупотреблении спиртными напитками и пригрозило уволить со службы.

— О’Донован! — прорычал Колетти, тряся стоявшего на корточках пьяного лавочника, — опять надрался?

— Сержант! — прохрипел О’Донован, схватив полицейского агента Колетти за руку. — Сержант! Все меня бросили. Даже мои любимые красные сердечки.

— Какие еще сердечки! — рявкнул Колетти.

— Маленькие, красненькие!

Тут О’Донован икнул и отрыгнул на мундир полицейского агента Колетти остатки мясного салата.

— Это уже слишком! — вслед за принцем Рамом воскликнул сержант Колетти и с силой обрушил свою дубинку на голову О’Доноваиа, чьи вопли разбудили жителей соседних домов.

Сплик!

Сплак!

Принц Рам еле дышал, а его превосходительство Белла била дрожь.

— Мерзкий плонк! — прохрипел принц Рам.

— Да, самый настоящий плонк! — отозвался его превосходительство Белл.

(На планете Конк не было более сильного ругательства, чем “плонк”.)

Сплик!

Сплак!

Принц Рам и его адъютант подошли к двухэтажному дому, стены которого поросли плющом.

Из раскрытого окна доносились нежные звуки музыки.

Принц Рам и его превосходительство Белл остановились и стали наблюдать. За зеленым столом Джон Хомбургер и Филипп Гаррис играли в бридж со своими супругами.

— Похоже, эти гомо сапиенс настроены миролюбиво, — сказал наконец принц Рам.

— Вполне миролюбиво, — согласился Белл.

— Уже поздно, — грациозно зевнув, молвила госпожа Гаррис.

— Еще одна партия, моя дорогая, и поедем домой, — сказал ее супруг.

Окно выходило в сад. Ночь была теплой, из сада доносилось благоухание пластиковых роз и георгинов.

— Червовые валеты. Два, — объявил Джон Хомбургер.

Сплик!

Сплак!

— Два! — в ужасе закричала госпожа Хомбургер, опрокинув стул.

— Подданные планеты Земля, — громовым голосом произнес его превосходительство Белл, обдав красной струей стены комнаты. — Его величество принц Рам…

Бум! Удар орнаментальной кочергой расколол надвое зеленый карточный столик. Джон Хомбургер снова занес кочергу; принц Рам и его адъютант с визгом взлетели к самому потолку, а госпожа Хомбургер без чувств рухнула на пол. Джон Хомбургер и Филипп Гаррис, один с кочергой, другой с ножкой от кресла, устроили настоящую охоту на двух ошалевших от страха инопланетян. В воздух летели фарфоровые индийские слоны и вазы, осколки стекла и винные бутылки. Наконец, его величество принц Рам ринулся к открытому окну, но промахнулся и угодил в корсаж госпожи Гаррис, а та на миг остолбенела от ужаса, затем истерически вскрикнула и упала на диван.

— Корделия, мужайся! — плачущим голосом простонал Гаррис.

Грудь и новое вечернее платье его дражайшей супруги окрасились чем-то красным, а элегантное вечернее платье, казалось, вот-вот лопнет. Это принц Рам отчаянно рвался из плена. Наконец платье разорвалось, и принц Рам, посиневший от натуги, выскочил и с ужасным свистом врезался в потолок. Филипп Гаррис бросился на помощь к жене, а Джон Хомбургер, размахивая кочергой, с яростным ревом погнался за обезумевшими от страха Рамом и Беллом. Он попытался на лету огреть их кочергой, но промахнулся. Сильнейший удар пришелся в аквариум, на пол хлынула вода и посыпались рыбы.

Наконец Рам и Белл сумели улизнуть через раскрытое окно, а Хомбургер, в пылу погони наступив на одну из рыб, с грохотом свалился на паркет. Рев и стоны в квартире Хомбургеров переполошили всех соседей. В стоявших рядом коттеджах зажглись окна — соседи ринулись оказать поддержку семейству Хомбургер. Его величество принц Рам и высокочтимый господин Белл прятались за густой изгородью. Оба дрожали мелкой дрожью. Принц Рам уже не в силах был больше гневаться. Вдруг он прошептал:

— Белл.

— Да, ваше величество?

— Какое ужасное происшествие, Белл… Да еще эта странная… дикая вещь… Поверишь ли, когда я очутился в плену у этой злобной гигантши, чей-то голос, только ты не смейся, несколько раз повторил: “плонк, плонк, плонк!” Назвать меня “плонком”! Нет, я им отомщу, жестоко отомщу! — вскипел его величество Рам.

Он хотел выскочить из кустов, но Белл успел схватить его за левое щупальце.

— Ваше величество, это было бы безумием. Посмотрите, сколько сбежалось людей.

— Неужели на всей этой планете нет ни одного цивилизованного “гомо”! — простонал принц Рам.

Ночь, как выразился один знаменитый поэт, была еще совсем юной и темной, но для принца Рама и Белла, привыкших у себя на планете Конк к теплым, сумрачным дням, она казалась светлой… Они осторожно выбрались из кустов и, крадучись, стали пробираться меж низких двухэтажных домиков. Но вот в окне одного из таких домов они увидели человека с огромным животом. Он громко храпел, лежа на железной кровати, глухо стонавшей всеми пружинами под тяжестью его могучего тела.

Принц Рам и Белл взлетели на подоконник.

— Похоже, у него нет никаких враждебных намерений, — после долгого наблюдения сказал его превосходительство Белл.

— Я боюсь, — признался принц Рам, утративший все свое высокомерие и важность.

Толстяк тяжело повернулся на бок и что-то пробормотал во сне.

— Что он сказал? — спросил принц Рам.

— Я… я не понял.

— И этого человека считают лучшим лингвистом Конка?! — с едким сарказмом заметил принц Рам.

Он решительно влетел в спальню.

— Принц! — утробным голосом крикнул его превосходительство Белл.

Из-под кровати донеслись металлический стук, сдавленное проклятие, затем все смолкло. Его превосходительство Белл с мужеством отчаяния слетел на пол и тоже юркнул под кровать.

И так же как принц Рам, он больно ударился о какой-то странный, округлый белый предмет.

Жалобно скрипнули пружины, сверху свесилась рука, пошарила под кроватью и снова исчезла.

Принц Рам и его превосходительство Белл не в силах были оторвать глаз от таинственного предмета.

— Он напоминает наш атомный реактор типа Конк 0-15-Н, — прошептал Белл.

— Должно быть, это оружие невиданной мощи, — еле слышно отозвался принц Рам.

Они долго сидели молча, не зная, что же теперь предпринять. И тут в принце Раме взыграла фамильная гордость.

— Я заставлю его выполнить мои приказания, — объявил он и, прежде чем Белл успел удержать своего повелителя, взлетел на кровать.

— Подданный планеты Земля… — трубным голосом обратился к спящему Рам. Но договорить ему не удалось — гомо повернулся на спину и придавил беднягу принца теплой, мокрой простыней.

— Плонк, плонк, — пробормотал во сне толстяк и почесал живот.

— Ваше величество?! — взвизгнул его превосходительство Белл, увидев, что принц вдруг исчез. Миг, и он тоже вскочил на огромный живот толстяка. Откуда-то изнутри сквозь жировые складки доносился глухой, наглый голос:

— Плонк, плонк, плонк!

“Кто-то схватил принца и прыгнул с ним в горло великана”, — подумал Белл. И похолодел при мысли, что с ним сделают, когда он доложит императору об исчезновении принца.

Гомо спал с открытым ртом и громко храпел.

— Плонк, плонк, плонк, — доносилось из его могучего чрева.

Его превосходительство Белл принял единственно возможное решение, он вытянулся в струну, как это всегда делают на планете Конк перед схваткой, и нырнул в раскрытый рот спящего великана.

Сразу же на беднягу Белла обрушилась вселенная, полная непонятных запахов и звуков.