Путь наемника - Мун Элизабет Зухер - Страница 168

Доррин посмотрела на Пакс с удивлением:

— И все это сделал какой-то вор?

— Да. — Пакс прикинула, стоит ли напомнить Доррин о том, что перед Гедом равны все, от короля до последнего воришки, и что ему есть дело до них до всех, но решила не торопиться с такими заявлениями. В конце концов, рыцарь Фалька, женщина благородного происхождения имеет право на некоторую ограниченность взглядов даже после долгих лет службы в наемной роте, где никому нет дела до происхождения сослуживцев.

— Ну-ну, — с сомнением в голосе произнесла Доррин. — Похоже, мне придется изменить свое мнение относительно воров и разбойников. — По всему было видно, что вряд ли это произойдет в ближайшее время. Пакс рассмеялась:

— Я думаю, что ради одного Арвида не стоит менять свои убеждения. В конце концов, он не такой, как другие.

— Он просто никогда не залезал к тебе в карман, вот и вся разница, — сухо произнесла Доррин.

— Да, это правда. Меня он не обворовывал. Больше того, он не воспользовался моим беспомощным положением там, в Бреверсбридже, и сослужил мне добрую службу.

С минуту они ехали молча, щурясь на первые лучи поднимавшегося над горизонтом солнца.

— Чего ожидает король? — спросила Пакс. — Если он вызвал сюда твою когорту, то, видимо, ему есть чего опасаться. И что об этом думает Регентский Совет Тсайи?

Доррин нахмурилась:

— Он сказал, что черные жрецы ни за что не отпустили бы его, если бы не были уверены, что сумеют добраться до него до коронации. Он предположил, что, избавившись от тебя, они успеют напасть на него где-нибудь по дороге. Наследный принц был готов дать ему еще больший эскорт, но он отказался… Отказался, заявив, что солдаты и рыцари могут потребоваться даже в самой Верелле.

— Сколько человек с ним?

— Я полагаю, что всех вместе около семидесяти клинков: полкогорты королевской стражи, одно отделение — еще десять солдат из этой когорты, королевские оруженосцы, придворный маршал и еще один маршал Геда. Ну и, конечно, слуги, припасы и прочее. Невероятное количество всякого барахла. Королевская стража настояла на том, чтобы тащить все это с собой. И я уверена, что далеко они уйти не могли. Тяжелая кавалерия плюс большой обоз — все это не способствует быстрым переходам.

— Да, жаль, что с нами нет всей нашей роты.

— И не говори. Но Пелан сказал, что оставить север неприкрытым нельзя, особенно после всего, что произошло за эту зиму. Да и паргунцы, узнай они о том, что все силы Пелана отправлены через Тсайю в Лионию, не упустили бы такого шанса. Он передал Арколину приказ собрать две когорты из ветеранов и выдвинуть на восточную и южную оконечности нашего сектора границы. Просто на всякий случай. Валичи остался в крепости с когортой новобранцев. Судя по всему, и сам Пелан, и наши офицеры опасаются большого скопления черных сил по всему фронту.

— А у нас здесь всего одна когорта, — негромко сказала Пакс.

В ответ Доррин улыбнулась ей и бодро возразила:

— У нас есть еще и паладин, которого они, наверное, мысленно давно похоронили.

— К тому же с ними два маршала, — добавила Пакс, — если не больше. Вполне возможно, что кто-то из тех, кого Мы встретим на фермах по дороге, присоединится к отряду короля или к нам. Главное теперь — догнать их как можно скорее.

— Догоним, догоним, — успокоила ее Доррин. — Тяжелые рыцарские кони вряд ли пройдут за день треть того пути, что проделываем мы. А твой гнедой, сдается мне, может скакать еще быстрее. Как ты думаешь, Пакс, тебе лучше поехать вперед или остаться с нами?

Пакс задумалась:

— Знаешь, пока что… пока что я останусь с вами. С ним маршалы — они не хуже меня почувствуют приближение большого скопления черных сил. Несмотря на все мое уважение к ордену Фалька и его рыцарям, я полагаю, что смогу быть тебе здесь полезной.

— Пакс, ты прекрасно знаешь, что с тобой мне будет намного спокойнее. Я ведь тебе уже сказала: никогда в жизни я не была так изумлена и обрадована, как сегодня, когда увидела тебя скачущей нам навстречу. Знала бы ты, чего нам стоило не забыть про все дела, всю службу и даже королевское предназначение Пелана и не броситься спасать тебя из лап жрецов Лиарта! Но король приказал нам смириться и терпеть. Терпеть и ждать в течение пяти дней.

Пакс кивнула:

— Так было нужно. — Затем она обернулась к Селферу, который за все это время не проронил ни слова. — Как нога? — спросила она.

— Все в порядке, — ответил Селфер. — Маршал вылечил меня перед тем, как я поехал на север.

— Сколько времени у тебя занял этот путь?

— Я выехал… дайте подумать… задолго до полуночи, и с рассветом на третий день я уже встретил когорту. Выступили мы на следующее утро. Они-то были готовы, но заставили меня отоспаться. А там уже и до вечера было недолго. А герцог… то есть король приказал идти в Вереллу только при свете дня.

— Он не хотел, чтобы солдаты слишком устали перед возможным боем, — пояснила Доррин. — Нам пришлось тотчас же снова выступать в поход. Селфер привел когорту в отличной форме. Я бы даже сказала — просто в замечательной, учитывая погоду, холод и все прочее.

Селфер расплылся в улыбке и покраснел от гордости.

— По крайней мере нам удалось пройти самое опасное ущелье до наступления оттепели, — сказал он. — Я очень волновался, когда потеплело и все затянуло туманом.

— Вот видишь, Селфер, — наставительно сказала Доррин, — обо всем приходится беспокоиться, когда тебя назначают капитаном. Ты не передумал?

Селфер, смущаясь, покачал головой и ответил:

— Никак нет, госпожа капитан, не передумал. И чем больше я учусь воинскому искусству, тем больше мне хочется стать настоящим командиром.

Доррин, торжествующе улыбаясь, посмотрела на Пакс:

— Я ведь неспроста его при тебе об этом спрашиваю. В прошлом году он был младшим капитаном в когорте Арколина, а затем замещал меня. И справился отлично.

Селфер покраснел еще больше. Пакс вспомнила, что раньше и сама, чуть что, заливалась краской, и удивилась тому, как давно это было. Оглянувшись, она увидела знакомые лица солдат этой когорты, которых она знала ничуть не хуже, чем тех, кто служил с нею под командой Арколина. В этот момент она почувствовала себя точно так же, как если бы триумфально прошествовала по улицам большого города под звуки фанфар и приветственные возгласы.

От отряда короля они отставали на шесть дней — по крайней мере когда выходили из Вестбеллса. На каждой ферме Геда их ждали хорошие известия: король и его сопровождающие миновали очередной городок без приключений и неприятностей. Кроме того, расстояние между двумя отрядами действительно сокращалось. Когорту всюду провожали любопытными взглядами. Отрядам под знаменами Пелана еще не доводилось проходить по этому маршруту. Пакс заметила также и весьма встревоженные взгляды кое-кого из местных жителей. Доррин везла с собой королевскую грамоту, дающую когорте право прохода по землям Тсайи. Этот документ она показывала в каждом городе, в каждой деревне, через которую лежал их путь. Тем не менее многих из местных крестьян, особенно тех, что жили на отдаленных фермах, никакая бумага, никакой пергамент не могли успокоить окончательно. Следующую ночь когорта провела в Черной Изгороди, поспав несколько часов под крышей, в тепле и в безопасности под охраной часовых. Долго такое блаженство продолжаться не могло, и еще до рассвета колонна снова выступила в дорогу. Город за городом оставались позади.

Теперь отряд Пелана опережал их всего на пять дней. В Пиерри им сообщили, что отряд провел в городе больше чем целый день из-за того, что несколько коней королевской гвардии захромали. Доррин негромко, едва слышно выругалась, а Пакс только рассмеялась и, подмигнув, заметила, что так они совсем уже скоро догонят вышедший с таким большим опережением отряд королевского эскорта. Из Пиерри Пелан с сопровождающими вышел всего за три дня до когорты Доррин. В тот вечер они остановились на привал совсем поздно, миновав еще в сумерках ферму Геда у городка под названием Дортон. Лагерь был разбит в чистом поле, вдалеке от какого бы то ни было жилья. Пакс, поспав всего несколько часов, готова была двигаться вперед, но чувствовала себя обязанной оставаться вместе с когортой. Она с удовольствием поболтала почти с каждым из сослуживцев; тяжело ей дался лишь разговор с Натслин. Та, пусть и ждала хоть каких-то сведений о Баррани, не решилась задать Пакс вопрос напрямую. Сама же Пакс не нашла в себе сил пересказывать все, что произошло между нею и Баррой. Ни словом она не обмолвилась и о том, что самой Барры уже нет в живых.