Летопись Третьего мира. Ч.1. Огни Ринеля (СИ) - Версон Мария - Страница 43

Ступив на выжженную землю, Дримен решил испытать ещё один прием, который ранее не было возможности применить. Он достал из кармана последний камешек-маячок, не подумав о том, как будет добираться обратно, и помял его в руке, крепко задумавшись.

В его голове вот уже много лет вертелась одна мысль: все ли могут поглотить его глаза? Ведь это невозможно, точнее, невозможно по его мнению, поглощение одного из видов существующих веществ, точнее - земли. Ведь не может же такого быть, чтобы человек, родившийся с глазами, подобными его, смотря вниз поглощал то, что у него под ногами, и проваливался вниз - ну невозможно же!

Но не было у Дримена раньше шанса проверить это. В республике очень мало по-настоящему пустынных мест, где маг мог бы ставить столь опасные опыты как этот, и теперь он даже обрадовался, что Линео поручил именно ему это задание.

Держа камешек в руке, Дримен снял очки и спрятал их в карман мантии, висящей поверх перекинутой через плечо сумки. Потом тер глаза... долго-долго, до тех пор, пока ладони не стали совсем сухими, и лишь когда ему показалось, что все на многие мили вокруг него замерло, он набрался смелости и попытался приподнять веки

Первым Дримен увидел свет, яркий настолько, что магу вдруг показалось что он и правда может ослепнуть. В течение часа он раз за разом приоткрывал глаза и немедленно из захлопывал, пугаясь яркого солнечного света, залившего эту мертвую долину.

Тишина... Ни криков птиц, ни шума ветра. Ничто не помешало Дримену насладиться моментом, когда он смог по-настоящему, впервые за много лет широко открыть глаза. Но улыбка сползла с его губ раньше, чем успела дойти до ушей: выжженная земля есть выжженная земля, её не зря называют мертвой и проклятой. Вокруг была лишь чернота. Перед Дрименом раскинулся поразительный контраст черного и белого цвета, которые разрезали пополам пространство вокруг мага.

Здесь танцевала смерть. Поэзия, пусть и бредовая, но весьма точная - он никогда не мог подумать, что бывают такие места на земле: по-настоящему пустые и холодные. Даже ветра нет.

Великое ничто царствовало всюду, но Дримен чувствовал тепло, исходящее от земли, которая никогда не остынет.

- Я могу видеть. - Прошептал маг в попытке улыбнуться, однако смешанные чувства факта и увиденного перебивали друг друга, гасили радость подтвержденной теории - он не может поглощать землю, а значит - его могут тренировать маги Тверди. - Я могу видеть...

И здесь, на этой земле, он не мог видеть ничего - только черное и белое, смотреть даже на свои руки казалось опасно: "кто знаетё что может случиться? никто не знает".

Совладав со своими чувствами, Дримен вспомнил, что все же хотел сделать, и присел на колени, положив маленький камешек на землю, и прикрыл его ладонью. Тихий шепот, срывающийся с губ устремившего в даль взгляд Дримена, призвал вокруг ладони тонкий золотистый круг, который охватил камешек и они оба, и круг и камень, исчезли под землей.

- Сто. - Скомандовал маг, и где-то там, вдалеке, замерцал тонкий золотой луч, который маг не сколько увидел, сколько почувствовал: глазам стало ещё больнее, и он незамедлительно их закрыл.

Потрясающая и простая магия для перемещения предметов на большие расстояния, но с одним лишь минусом - эта золотая нить не имеет энергии, а значит, её можно увидеть лишь своими глазами, а не магическим зрением.

И снова теплый ветер, унесший мага.

Глава пятая.

Оримие Интетта.

Хан-Морта - очень красивый город, здания в котором построены преимущественно из песочного мрамора с приятным тускло-золотистым цветом. Именно благодаря двух- и трехэтажным зданиям, вымощенным из здоровенных плит, в городе можно было жить - жара в Хан-Морте стояла невыносимая. Зато какой вид, какой вид!.. Мог бы быть, если бы не причина, по которой сюда приехал оранский маг.

Подходя к воротам города, Дримену пришлось взять свою черную мантию и снять с неё заклинание, меняющее цвет: особо ничего не изменилось, лишь сзади появилась эмблема Оранской академии, размером во всю спину три кольца, соединенных между собой тонкими линиями, и в общей сложности получалось нечто, похожее на круг. А цвет мантии - черный - символ того редкого вида магии - стихийной. Логика весьма проста - ведь если взять красный, золотисто-коричневый, синий и ледяной, получится цвет очень темный, практически черный.

В Хан-Морте все уже знали о том, кто носит черный плащ с эмблемой на спине - Линео Визетти отправил ответное письмо старейшине города, в котором сказал, что отправил лучшего мага в академии для спасения города.

Охи, ахи, обмороки, не хватало только криков и распускания рук (такое тоже бывало) - все это началось, как только маг вышел на главную улицу города. Хан-Морта - весьма старинный город, чуть моложе знаменитой Монтеры, так что ей тоже не посчастливилось быть построенной в форме креста, но вместо монастыря на севере города расположились шахты, где когда-то добывалось что-то, о чем Дримен и вовсе не знал, а в центре, на пересечении четырех главных улиц, стоял дом главы города, куда маг и держал путь.

И заляпанные кровью лицо и рубашка не делали ему шарма.

А потом... он почувствовал ничто. Великое всеобъемлющее ничто, заставившее его забыть о необходимости посещения дома старосты. Без спроса, он пересек территорию поместья и обошел его с другой стороны, встретив перед собой стену пустоты, за которой он слышал голоса и чувствовал ауры, но не мог их видеть.

Дримен простоял пару минут, взирая на толи стену, толи барьер, видимый им как бесконечный белый туман.

- Это случилось месяц назад. - Сказал молодой мужской голос - бархатный, глубокий. - Непроглядная стена тумана накрыла всю северную часть города - от сада поместья, до самих шахт, что на другом конце.

Дримен не обернулся, но обрадовался, что этот голос вытащил его из дурманящей разум бездны.

- Вы должно быть Линео Визетти? - Спросил высокий статный мужчина с короткими золотыми волосами, носящий сине-белое кольцо - знак мага воды и ветра... Точнее он мог бы им стать, останься он в академии - кольца носят только те, кто не завершил обучение, и кто не представляет угрозы обществу.

- Нет, я его ученик - Дримен Перферо.

- И уже носите черную мантию? - Слышалось нешуточное удивление в голосе собеседника. - Простите, но отец, передавая мне бразды правления, сказал, что написал своему другу - вашему учителю, и попросил его о помощи.

- Верно, но он уже не молод... и я не единственный, кого он обучает, так что некоторые важные дела я выполняю вместо него. - "А вообще-то все!". Дримен повернулся спиной к "бездне" и столкнулся лицом к лицу с ещё не представившимся "коллегой".

- Меня зовут Марко Оквальт, я сын и преемник Маркуса Оквальта - старосты, пропавшего без вести две недели назад.

- Расскажите мне, что именно здесь произошло? Не появлялись ли странные люди, не случалось ли вообще чего-то необычного, что врезалось в вашу память? - Спросил Дримен, опустившись на колени и положив перед собой открытую книгу-сумку.

- Вы даже передохнуть не хотите? От Ораны до нас путь не близкий, вы наверняка очень устали.

- Отвечайте на вопрос. Мое самочувствие будет волновать вас, когда я с этой дрянью разберусь.

- Хорошо, хорошо... - Марко приложил палец к губам и задумался. - Месяц назад... Два месяца назад открыли вход в старую заброшенную шахту. Кто - до сих пор точно неизвестно, должно быть искатели приключений или охотники за сокровищами. Ведь никто точно не знает, что добывалось в тех шахтах, даже я, и нашлись умники, которые, считают, что там спрятаны сокровища. Примерно в то же время, два месяца назад, те же бандиты убегали от городских стражников, узнавших, что те пробрались в шахту, и одного из них пристрелили из ружья.

"Ружья это хорошо. Город не нищенствует, раз стражникам могут позволить ружья".