Летопись Третьего мира. Ч.1. Огни Ринеля (СИ) - Версон Мария - Страница 48

- Не за что. - Монахиня широко улыбнулась и откинулась на стуле, положив ноги на стол. - Интересная безделушка, правда? Ты будешь смеяться, да и я сама буду смеяться, но я думаю, что это весьма забавное совпадение. Хотя лично я в них не верю. Это судьба.

- Судьба? - Дримен, ещё щурясь и часто моргая, теребил в руках несчастный медальон, прожегший ему руку. - О чем это вы?

- Мы уже перешли на ты. Не забывай. Я скажу лишь, что некогда эта вещица принадлежала человеку, носившему такие же глаза, как твои. Этот человек, как и ты, был стихийным магом, но можешь даже не пытаться отыскать его имя в архиве академии - он жил задолго до того, как архив появился.

- Безнадега... Но ведь должен же быть на свете кто-то, кто научит контролировать эту... пропасть.

- Оримие Интетта.

- Что? - Переспросил маг, положив медальон в центре стола.

- Если дословно переводить, то это значит Обратный Целому.

- Ничего не понимаю... Но зато у меня теперь есть повод надрать уши нашим экспериментаторам в академии. - Дримен с детским нескрываемым любопытством разглядывал все вокруг: потолок, стол, стройные ноги монахини, её белое одеяние (безупречно чистое, без единой складочки), грязную посуду в медном тазу у ещё не остывшей плиты.

- Ты и твоя ситуация напоминает мне монаха, которого я встретила однажды. Его судьба... Очень печально, но он, как и ты, обладал потрясающим даром, о котором и сам не знал. Но нашлись люди, которые решили, что эта его сила потенциально опасна, а значит и её носитель потенциально опасен, и его под удобным и очень наигранным поводом лишили жизни...

- Стижиан Ветру. - Дримен согласно покачал головой. - Единственный в истории монах и служитель Храма Сияния, который был сожжен.

- Да, инквизиция не карает своих смертью - в основном заключением, каторгой, чем угодно - но не смертью.

- Я слышал он нем, ещё когда был мальчишкой. Легендарный сын легендарного отца. Человек, несущий надежду. Помню, было время когда я им даже восхищался - тоже мечтал стать эдаким лучом надежды.

- Лучом? - Засмеялась Ора.

- Ну... Не в смысле одним из семи глав инквизиторских школ, не таким лучом, а лучом... ну ты поняла.

- Дримен... Не повтори судьбу этого легендарного монаха. Вы с ним очень похожи - молодые дарования, смолоду выполняете сложнейшие поручения, завершили учебу раньше срока,... у вас у обоих дар. Я уверена, что есть кто-то, кого ты должен благодарить за то, что тебя ещё не сожгли. - Она вмиг стала серьезной, заговорила тихим, пугающе низки голосом.

- Почему это?

- Инквизиторы не любят рисковать, а их Пророк... Несмотря на все мое человеколюбие, увидев его я, не сдержусь - сверну шею.

- За что? Он ведь приказал убить лидеров некоторых восстаний, он...

- Ты не знаешь всего, что творит инквизиция, и не знаешь, каким чееловеком был Стижиан Ветру. О Богиня...

Ора наконец как следует рассмотрела Дримена. Не как мага, а как человека - как мужчину. Волосы, форма губ, разрез глаз, скулы, даже голос, хоть он и подсевший.

- Ты... Вообще вы со Стижианом похожи. Безумно похожи!

- Мало ли мире бывает похожих людей... - Дримен хотел было начать разглагольствовать, как входная дверь распахнулась и в дом вошла ещё одна женщина: тоже светловолосая, тоже в белом одеянии, только старше лет на... Чуть старше.

- Млинес! - Ора тут же вскочила с места.

- Ора, нам пора уезжать. Свиньи из пятой школы сюда едут, пора... Добрый день, господин маг. - Млинес уже несколько лет как потерла свое чувство юмора. Она вздрогнула, когда Дримен повернулся к ней лицом - решила, что увидела призрака, но быстро отбросила эти мысли. - Мы благодарны вам за то, что вы сделали. Вот вам, - она достала из кармана что-то не крупное, но очень полезное. - Вам этого хватит ровно на одно перемещение. Ты готова? - Обратилась она к Оре. - Отлично. Да забудь ты про посуду, хозяин помоет. Прощайте, господин маг.

- Пока, Дримен! - Кинула ему Ора, и обе женщины исчезли за дверью.

Две недели... Каких-то четырнадцать дней, а сколько всего произошло!

Женщина, которую Ора назвала мастером Млинес (и Дримену было очень интересно, а вдруг это та самая Млинес Бессмертная?), явно не была скупой, и в благодарность за выполненную вместо неё работу (к счастью, она не знала, сколько заплатила за это ему академия), она подарила ему камень телепортации. В принципе такие вещицы не были диковинкой и стоили не то чтобы очень дорого, просто маги если и умели пользоваться подобными игрушками, то предпочитали делать их сами. К несчастью, камни обычно привязаны друг к другу, и покупая их в лавочке "Подлинные товары из Академии Магии" (хотя там в общем-то ничего и не производят) можно выбрать конкретные города, где находятся связные камни.

В общем, камни телепортации вещь не совсем законная, официально ею могут пользоваться только маги... И исключительно маги, но рынок есть рынок.

Камушек, который Млинес подарила Дримену, относится к совсем уж редким видам камней (и одной Богине известно как их делают), которыми могут пользоваться исключительно маги - они переносят мага к камню, который привязан к этому магу, а маг при этом сам решает к которому из камней его нужно перенести, и при этом он не тратит ни капли силы и может вообще быть её лишен.

Красота.

Дримен валялся на большой мягкой постели, заправленной иссиня-черным бельем, что было более чем символично, абсолютно голый и уже замерзший. Он уж не раз хотел было дотянуться до одеяла, свалившегося в процессе на пол, но стоило ему хоть чуть шевельнуться, как Лекса впивалась ему ногтями в ребра, как бы без слов проговаривая "я-не-хочу-вставать-шевельнешься-сломаю-ребра".

Всю жизнь маг будет вспоминать день, когда в очередной раз, для Лексы это был ничем не примечательный обычный день, он переступил порог кафе и с улыбкой на лице выслушивал легкую версию истерики своей возлюбленной. Когда она откричалась, то, наконец, задала вопрос:

- А что ты такой радостный? Я тут кричу на тебя, горла не щадя, а он зубами белыми сверкает, что?..

Дримен улыбнулся ещё шире и сверкнул голубыми глазами. Лекса не стесняясь во весь голос охнула и следом упала в обморок, как и полагается даме благородных кровей.

Утро дня четырнадцатого. День, когда даже Дримену показалось, что заниматься любовью так часто - это перебор. Не то что бы он жаловался, но...

Маг вздрогнул: Лекса снова вцепилась ему в ребра.

- За что? - Спросил удивленный маг.

- Проверяю, жив ли ты ещё. - Хихикнула она и наконец оторвала голову от плеча мага.

"Какая ты красивая," - подумал он, когда его любимая выгнулась словно кошка (это у неё было вместо утренней зарядки). Она оказалась даже красивей, чем Дримен мог себе представить - она божественна, прекрасна, великолепна, совершенна и идеальна.

- Лакрейс. - Сказал маг.

Лекса опустилась на коленки и грозно глянула на него.

- Не люблю я свое благородное имя, - она покачала головой из стороны в сторону, - но... Ладно. Что ты хотел?

- А ты выйдешь за меня замуж?

"Опа... Сказал. Ура!! Да! Я сказал это!!"

Лекса заулыбалась - это хорошо. Она продолжала улыбаться ещё с минуту, а потом сорвалась на смех, который длился и пока она слезала с кровати, чтобы взять одеяло, и пока она лезла назад, и когда укрывала замерзшего... жениха?

- Это... неожиданно. - Тихо произнесла девушка, прикрывая плечи. - Правда неожиданно. Да... О Богиня, мне же всего восемнадцать, да и ты не намного старше, ох...

- А что тебя пугает?

- Ну как что? Все будет по-другому, мы...

- Что будет по-другому? Наши отношения не изменятся, просто ты будешь носить мою фамилию и красивое кольцо, хочешь я тебе куплю риалроновое? - Дримен погладил её по плоскому животику, покрытому мурашками.

- Я не хочу, чтобы наши с тобой отношения остались такими же. Ты... Тебя нет, Дримен. Это сейчас у тебя отпуск, но только потому, что ты едва не умер. Сколько ещё тебя будут гонять по разным концам света? Отправлять на безумные задания?