Летопись Третьего мира. Ч.1. Огни Ринеля (СИ) - Версон Мария - Страница 64

- Легком? - Рассмеялся Амит. - Ты виноград вчера ел, я сам видел!

- Можно подумать это такой важный показатель!

- Стижиан Ветру... - Дочки помогали портному встать на ноги. - Мне стоит забыть о том, что я сейчас услышал.

- Верно. Поскорее сшейте плащ, и я уеду из города. Пойдем, - кинул он Амиту, который уже держал руку на дверной ручке.

- О Богиня! Отец, из-за этих подозрительных людей тебя могут арестовать!

- И отправить на костер!

- Нельзя помогать людям, которые лгут в лицо!

- Он не лгал. - Юриа сел за стол и взял в руки мелок. - Эти черные глаза... О небо, это и вправду был он.

- Ты всем собираешься говорить кто ты? Стижиан, это опасно!

- Только не надо включать режим "мамочки", ладно? И без того тошно.

Они сидели в таверне, что в паре улиц от мастерской Юриа, и с аппетитом поедали все, что им было предложено. Тихое уютное заведение, где обедали преимущественно пожилые дамы или же дамы молодые с их не всегда юными кавалерами. Готовили тут не плохо, не так, как в "Трех Королях", но тоже ничего. Оба монаха перемазались в жиру по самые уши, пока ели.

- Но все-таки, Стижиан, эта неосторожность тебе несвойственна.

- Неосторожность... С учетом того, что Рьюдо знает о том, что я здравствую, странно, что он ещё не поднял на уши всех до единого представителей церкви. - Он обгладывал куриную ножку и уже подумывал о том, чтобы заказать ещё одну тарелку.

- Рьюдо? - Переспросил Амит, в ответ на что последовало отрешенное "угу". - Элес Рьюдо? - Снова "Угу". - Когда ты успел с ним встретиться?

- Ну... вообще-то он меня нашел до того, как я очухался на пепелище Ринеля. Долго мне вещал что-то про чувство вины, про великую миссию и настойчиво доказывал, что я - плод его воображения.

Стижиан поднял руку, и к ним подбежала официантка:

- Ещё одну тарелочку можно? Спасибо. Потом, когда он понял, что я - это я, он схватился за голову, заговорил о том, что у него появился новый смысл жизни и все такое. О Богиня, не будь я монахом, убил бы его прям там. Хотя... - Он тяжело вздохнул. - Там-то он и пропал.

Официантка принесла тарелку с новой порцией куриного мяса и, улыбнувшись, удалилась.

- Это он подвел меня на костер. - Пояснил Стижиан, взяв сочную горячую ножку: подержал её и кинул обратно на тарелку. - Ты сможешь где-нибудь погулять пару часиков без меня?

- Все-таки сходишь к ней?

- Да...

- Я с тобой. А то мало ли. Счет, пожалуйста!

Стижиан готов был поклясться, что помнил дорогу до дома, где он жил. Однако на том месте теперь раскинулись декоративные виноградники и сады, появились лавочки, стульчики, беседки - появился парк, большой и просторный.

Монахи стояли у входа в парк и не знали, как теперь искать нужное им место.

Кайлинн - город немаленький, заблудиться в нем гораздо легче чем задавить таракана, а найти дом, который ты даже не знаешь как искать - сложнее, чем пробраться на третий уровень Склепа Трех Королей.

Постояв с десять минут у входа в парк, Амит подошел к первому попавшемуся прохожему и спросил:

- Вы не знаете, где живет женщина по имени Эйра?

- Эйра? - Задумала миловидная старушка, неодобрительно глядя на расстегнутую куртку Амита. - Вы должно быть имеете ввиду Эйру Клод? Жену главы города?

- Возможно. Стиж, она была замужем за главой города? - Монах в ответ кивнул. - Да, она.

- Ох, вам нужно пройти к морю, недалеко от порта, на холме, будет их дом. Большое такое поместье, ни с чем не спутаете.

- Спасибо, - Амит уже собрался откланяться, как женщина сказала ему:

- Вам не следует так вызывающе одеваться. Это естественно только для учеников Монтеры, им удобно в таким виде.

- Не всегда. - Кинул ей монах через плечо. - Плащи очень тяжелые. Пошли, Стижиан.

Они спустились вниз, к морю, туда, где стоял гул чаек, крики грузчиков и матросов, десятки кораблей, где слышался шум волн и где воздух был по-настоящему морским.

- Нам, наверное, туда... - В голосе Амита послышалась настороженность: он сложил руки на груди и с озадаченным лицом кивнул в сторону особняка на холме.

Небо над всем городом было голубым, лишь кое-где виднелись небольшие белые облака. Как ни смотри - глазами своими, или глазами магии - небо как небо.

Над особняком на холме люди тоже видели ясную синеву, но монахи чувствовали совсем другое - сгусток негатива. Сильный, мощный, словно бы там не раз приносили кого-то в жертву, где долгое время кто-то горюет, ненавидит и умывает свои руки кровью.

- Это дом Клод? - Спроси Амит у кого-то моряка, тащившего на себе новую, только что купленную сеть.

- Там то? Да. Дом нашего главы.

- Спасибо. - Он кивнул рыбаку и тот побрел дальше. - Мне кажется, или?..

- Да, там ещё и инквизиторы, трое из них - старшие лучи.

- Откуда ты знаешь?

- Я помню эти ауры...

...Сиявшие словно солнце, когда Стижиан стоял, держась столб, там, на площади Даккара, а пламя уже сожгло его одежду.

- Что ж, я не дурак лезть туда. Надеюсь, они приехали разобраться с этим облаком негатива. - Он пожал плечами и повернулся спиной к дому матери, намереваясь дойти до ближайшего трактира.

- Лучи, да... Фузу говорит духи у них сильнее рядовых инквизиторов, но они нам не помеха. Хорошо, что ты заметил, но я вообще-то не о том.

Амит смотрел в противоположную сторону - на море, где вдалеке плавало несколько рыбацких и пара пассажирских кораблей.

- Сюда едет маг. Очень сильный маг. И.. Даже Фузу не узнает его дух, говорит, раньше таких никогда не слышал.

Стижиан тоже повернулся в сторону моря, но не рискнул считывать ауры на таком большом расстоянии - кто знает, как поведет себя дух феникса. Он опустил глаза на поверхность моря и несколько минут смотрел, как колеблются волны.

Внезапно, на него разом свалилось осознание всего, что на самом деле произошло.

Стижиан не пошатнулся, напротив, он твердо стоял на ногах, голова - свежа и чиста, но вдруг монах понял, что...

- Амит, - он положил руку на сердце и вздохнул полной грудью, - я жив. Представляешь?

- Не прошло и недели! - Его светловолосый друг хлопнул в ладоши.

- Нет, серьезно! Я жив! А-ха-ха! - Стижиан засмеялся, не сводя глаз с моря. - Стоя там, на площади Дакарра я и не думал, что снова увижу это место. А ведь ещё будучи ребенком, мне доводилось часто тут бывать. Бегал тут, надоедал морякам, таскал им пиво из ближайшей таверны. О Богиня!

Монах продолжал улыбаться.

- А знаешь что самое жуткое во всем этом? Я понятия не имею, что делать дальше.

- Наша профессия подразумевает постоянную занятость. Мы - монахи, если мы не найдем чем заняться, то что-то найдет способ заняться нами. - Амит хлопнул друга по плечу. - Можем, конечно, продолжить путешествовать по миру, искать себе работенку, жениться, там, и все такое, а можем... Стижиан, я хочу понять почему это случилось с Монтерой и всеми нами. Почему ты пережил то, что пережил. Что произошло вчера в Осфити и кто за всем этим стоит.

- План намечен. Теперь надо все хорошенько обдумать. У нас есть пара дней до того, как я снова приму образ сильнейшего монаха в истории Храма Сияния. - Он развернулся на пятках и зашагал в сторону центра города.

- А что, сейчас ты - не он?

- Ну какой я монтерский монах без кожаного плаща с белой полоской?

- Да, точно.

Глава девятая.

Могила третьего.

Прав был Амит, сказав, что если монахи не найдут чем заняться, то что-то займется ими.

Через два дня, утром, монахи проснулись от громкого шума, доносящегося с улиц. Распахнув окно, Амит увидел, как почти все жители города вышли из своих домов и стали наблюдать за процессией, проходившей по главной улице.

Когда монахи проснулись, начало шествия уже не было видно: основная часть колонны ушла далеко вперед, и можно было увидеть лишь послушников, одетых в черные одеяния и длинные капюшоны, прикрывающие глаза - они шли в самом хвосте: