Летопись Третьего мира. Ч.1. Огни Ринеля (СИ) - Версон Мария - Страница 68

Маленькую, скромную могилку...

- Стижиан!!! - Услышал монах со спины свое имя, обернулся, и увидел Амита, который поманил его рукой. - Идите сюда, оба! Бегом за мной!

Братья тут же вскочили с места и побежали вслед за явно взволнованным Амитом, поведшим их через кладбище туда, на небольшую полянку, расположенную на обрыве, откуда открывался вид на море.

- В чем дело, что за паника? Это - то место? Да, я чувствую здесь нега...

Стижиан замер, едва прочел имя и дату на могиле, от которой шел тонкий, но беспрерывный и четкий поток энергии. Дримен тоже чувствовал его, но никак не мог понять, что же заставило монаха замолчать, и что так обеспокоило его друга:

- В чем дело? Что не так?

- Элиссия Клод. - Громко произнес Стижиан. - Родилась шестнадцатого мая шестьсот тридцать шестого года. Умерла... Четвертого июня. О Богиня, это же день, когда я...

- Элиссия... Клод? - Маг не сразу понял в чем дело. - В этом году родилась? И... умерла? Не... Не может быть!

- Вот что за волна это была, - сказал ему Амит. - Стижиан помнить не может, а вот мы то. Стихийное бедствие, землетрясение, прошедшее через всю страну.

- Магические волны неизвестного типа? Те, что прошли четвертого июня? Ты думаешь?..

- День смерти этого ребенка. У этой девочки фамилия Клод, а Викон во время казни говорил о двух чудовищах, которые породила эта женщина. О том, что Стижиан - её сын он никак не мог знать, ведь он не родной Клоду, выходит этот ребенок...

Они сидели у маленькой могилы несколько часов подряд, и даже когда из поместья начали доноситься голоса и крики, кто-то упал в обморок, очевидно обнаружив забытую там Дрименом книгу, и даже когда начало темнеть, и Амит увидел, как в порт пришли несколько мужчин и принялись разбирать эшафот на доски, они всё сидели у могилы и смотрели кто куда.

- Мне снятся сны, - начал Дримен, - которые тем или иным образом связаны с происходящим. Чаще всего - с прошлым, реже - с настоящим, но вот с будущим никогда. Ты мне снился, Стижиан. Я видел, как ты бродишь по Ринелю, весь укутанный тенями, и уходишь, оставляя за собой всепоглощающее пламя. Мне семь лет снился этот сон, со дня твоей смерти - до дня твоего возвращения, день в день. Но после того, как прошла волна, я увидел ещё один сон, и мне приснилась мама. Поэтому я и приехал сюда. Было чувство, словно что-то важное произойдет, некий ключевой момент в моей жизни.

- А я приехал в Кайлинн заказать себе плащ. Честно. Я и не думал спасать этой женщине жизнь, и честно признаюсь, что если бы на костер вели твоего отца, Маэса, я был бы в стократ счастливее.

- А меня серьезно беспокоит тот факт, что инквизиторы нанимают сторонних людей, которые убивают других людей с помощью кристаллов рьюджи. - Подал голос Амит. - Но, извините, что я отошел от темы.

- С помощью кристаллов? Кстати я не ожидал, что ты сможешь поставить блокирующий негаторы барьер. Ведь рьюджи прожигают магию как окурок салфетку. - Дримен уселся поудобнее, продолжив наблюдать за потоком негатива, идущим от могилы.

- Самое смешное, что у рьюджи тоже есть духи... как и у риджи. Точнее это даже не духи, я не знаю, как объяснить, это похоже на куски чьего-то сознания. Как встречу Млинес, обязательно уточню...

- Так ты медиум? Вот у нас команда уникалов собралась! А насчет кристаллов... Можешь не винить инквизицию, точнее не её одну - это проделки трех советов - инквизиции, магистров, то есть моего руководства, и сената.

- Сената? - Переспросили монахи.

- Что за чушь, зачем им убивать людей и провоцировать восстания? Я был в Осфити, - говорил Стижиан, - я своими глазами видел, как убили настоятеля Одиннадцатой Святой Церкви, и видел что за бойня развязалась на площади после этого.

Дримен ухмыльнулся и покачал головой из стороны в сторону:

- Мы, скромные маги, все в какой-то степени являемся учеными. Кто-то в большей, как ребята из отдела разработок, кто-то в меньше, как я или Амельера.

Услышав её имя, Стижиан навострил уши.

- И все мы свято верили в то, что риджи - это минерал, который можно добыть и использовать. Но никто и никогда не помышлял о том, что все существующие кристаллы риджи, мощные или нет, - это искусственное созданные кем-то магические артефакты, которые, как оказалось, можно питать магией любого вида, будь то магия Сияния, стихийная, негативная или ещё какая.

- Ты хочешь сказать, что все три совета пытаются зарядить рьюджи чтобы они превратились в риджи? - Спокойным голосом спросил Амит, которому как-то в это не верилось. - Я понимаю инквизиция могла пойти на такое, но магистры то? Они же умнейшие люди в стране.

- Да, но они все же маги, а кристаллов рьюджи стало настолько много, что им колдовать теперь в тягость, а сама Орана требует колоссальное количество энергии, и у магов уже не хватает сил на подпитку генератора. А если остров Орана упадет вниз...

- И это повод убивать людей? - Зашипел Стижиан, ударив кулаком по земле. Как давно это уже длится? Эти эксперименты с энергией? Ведь убивать простых горожан глупо, у них есть только оболочка сосуда, и ни капли больше, а у большей части населения страны их и вовсе не видно!

- А как ты думаешь, почему сожгли Монтеру? Сенат республики хотел одним ударом устранить самую опасную угрозу их царствию и заодно наполнить великое множество кристаллов силой монахов. Хотелось бы мне знать, выжил ли кто, кроме вас.

- Ни один монах не погиб в Монтере. - Ответил Амит, любуясь свысока морем. - И горожан всех увезли за несколько дней до боя. Меня там не было, но я наблюдал за этим через духа Млинес.

- Хвала Богине. - Прошептал Стижиан. - Раз ты владеешь такой информацией, может скажешь, когда все это началось?

- В триста первом году, когда некий психопат, ставший пациентом в пятой инквизиторской школе, находясь в бреду рассказал все то, что я сейчас рассказал вам.

- Пророк? - В один голос спросили монахи, на что Дримен только кивнул.

- Да... Он оказался магом-самоучкой, и ему удалость запереть себя в своем почти мертвом теле. Вот уже триста с лишним лет церковники искусственно поддерживают в нем жизнь. - Маг почувствовал тонкий запах цветов, и когда понял, где они находятся, поманил один - тот лег ему в руку, и он положил его на край надгробия своей покойной младшей сестрички.

Стижиан встал на ноги и склонился над могилой. Положив руку на надгробную плиту, он рассеял магию, льющуюся оттуда:

- Спи спокойно, малышка Элиссия. - Сказал он и на минуту замолчал. - Вы знаете, у меня такая насыщенная неделя была.

- Ты знаешь, у меня тоже! - Подхватил его брат. - Вот на днях узнал, что у меня невеста носит ребенка!

- А у меня младший брат всплыл!

- А у меня старший!

Со стороны поместья раздался звон бьющейся посуды, пролетели несколько чаек, за спиной Амита братья продолжали делиться впечатлениями и открытиями за прошедшую неделю, а медиум смотрел на море, туда, далеко, где за многокилометровой морской гладью раскинулась Орана.

Он думал о том, что они трое, будучи людьми с очень редкими дарами, просто обязаны остановить все это - бессмысленное кровопролитие, эксперименты с духами и душами людей, и остановить зарождение теней и негатива в человеческих сердцах.

"Эта женщина, Эйра, отдала двух своих сыновей в разные школы в разных концах света. Своими руками убила дочь. Да, это именно так, я не сомневаюсь, а ведь когда она очнется, то наверняка бросится обнимать их обоих, будет молить о прощении, стоя на коленях. Глупая женщина. Да... Надеюсь с мамой все в порядке. Теперь в пустыне есть вода, а раскопки прекратились. Фузу!"

"Да?"

"Научишь меня говорить не с духами, а с людьми?"

"Сума сошел? Ты духов едва слышиш, куда тебе с людьми то!.."

"Научишь, я спрашиваю?"

"Когда дорастешь, тогда научу!".

- И на том спасибо. - Вслух поблагодарил неизвестного кого Амит, поняв, что уж слишком громко братья обмениваются впечатлениями.