И снова о любви - Розенталь Лорейн Заго - Страница 38

— Потрясающая комната, — не удержалась я, хотя мне вовсе не хотелось это признавать.

Саммер оторвала взгляд от пальцев ног. В короткой джинсовой юбке и розовом топе с бретелькой через шею, с ярко-синими тенями на веках она была такой же великолепной, как и ее комната. Но тут я вспомнила, что у меня есть Блейк и он считает меня намного красивее, а это куда важнее изысканной комнаты.

— Спасибо, — сказала она. — Прости, что давно не звонила. Времени не было.

Я догадалась, что это из-за Кейси, и приняла извинения. Женская солидарность и тому подобное.

— Нет проблем. Мне тоже было некогда.

Она откинулась на стуле.

— Мы с Кейси на прошлой неделе расстались.

Пораженная, я присела на подоконник. Она указала на татуировку на щиколотке. Буква «К» превратилась в «С», так что теперь на ноге Саммер красовались ее собственные инициалы.

— Хорошая работа, — похвалила я. — Надеюсь только, использовали чистую иглу.

— Разумеется, Ари. Я перебила ее в очень солидном месте на Бликер-стрит. Несколько дней назад, после того как мы с мамой обслуживали банкет в «Эллис и Хаммел», — заявила она.

Я изо всех сил пыталась скрыть от нее свои чувства. Просто кивнула и закинула ногу на ногу. Она плюхнулась на кровать и прижала к груди подушку.

— Кстати, я считаю, у твоего парня шикарный отец.

«А отец моего парня считает тебя красавицей», — подумала я. Но, заметив озорной взгляд подруги, я сказала:

— Забудь об этом, Саммер. Он старый.

Она медленно провела ногой по одеялу.

— Не такой уж он старый. Ему всего сорок семь.

— А ты откуда знаешь? — удивилась я.

— От него. Мы с ним постоянно разговариваем… Стэн очень общительный человек.

Стэн! Даже я его так не называла. Судя по всему, он сам попросил ее об этом. Наверное, это позволялось только тем девушкам, которых он считал красивыми.

— Понятно, — сказала я.

Саммер перекатилась на спину и уставилась на потолочный вентилятор.

— Ари, — начала она, — ты уже переспала с Блейком?

Я посмотрела в окно. Тина спускала по лестнице мешок с удобрением.

— Почему ты спрашиваешь?

Она усмехнулась:

— Просто мне интересно знать… как он это делает… Хочу понять, что нормально для большинства парней. Ну, то есть… Я бросила Кейси потому, что он перестал меня уважать. Ему все время была нужна одна и та же поза. Вряд ли ты интересна парню, если он даже не смотрит тебе в лицо, когда вы занимаетесь любовью.

Мне сделалось неловко.

— Ты ведь говорила, что такая поза необычайно возбуждает.

Саммер опять легла на живот и подперла лицо кулаками.

— Ну не каждый же раз.

— Да уж, — только и сказала я.

— Могу поспорить, Блейк смотрит тебе в глаза. Я разговаривала с ним несколько раз на приемах у Стэна и думаю, он настоящий джентльмен. Он всегда придерживает передо мной дверь. Неприличного слова от него не услышишь. Относится ко мне с уважением… как мужчина и должен относиться к женщине.

— Да, он такой, — гордо произнесла я.

В первый раз в жизни Саммер мне завидовала. У меня было то, чего хотела она. Я одержала победу, но старалась этого не показывать. Она увлеклась парнем, который даже не желал смотреть ей в лицо. Не хватало еще больше ее обидеть!

— Но то, о чем ты спрашиваешь… — продолжила я. — Не знаю. Так далеко мы не заходили.

— Господи! — воскликнула она. — Прошло уже столько месяцев… Он и в самом деле джентльмен! Кейси потребовал секса после нескольких свиданий.

Никогда я не слышала от нее такого — что Кейси не джентльмен и что он чего-то требовал. Я не знала, что сказать, но это было и не важно. Саммер сменила тему. Она открыла ящик туалетного столика, вынула письмо из Холлистера и сообщила, что ей разрешили досрочно сдать выпускные экзамены и что с января и до начала занятий в колледже она будет работать с Тиной полный день.

Потом Тина позвала ее вниз помочь с перекрутившимся шлангом, и я осталась одна.

Я прошла по комнате, рассматривая прелестные вещички: резные штучки над изголовьем кровати, старинную шкатулку для драгоценностей с кружащейся балериной на туалетном столике. Мой взгляд упал на ящик, который она оставила открытым. Там лежал черный кружевной бюстгальтер, дневник в ярко-красной бархатной обложке и серебряный браслет с выгравированными буквами «М. Г.».

Браслет Ли. Тот самый, что она потеряла на вечеринке в «Уинтер гарден». Я не верила своим глазам. Меня подбросило от злости. Ли так дорог этот браслет, а Саммер взяла его себе! Я знала, Саммер иногда не считается с другими, но чтобы она оказалась до такой степени бессердечной!.. А я еще выгораживала ее перед Ли. «Она бы никогда так не поступила». Я вытащила браслет из ящика и зажала в потном кулаке. Сердце гулко стучало, и внезапно я почувствовала усталость. Минуту спустя вернулась ничего не подозревавшая о моей находке Саммер.

— Что это? — спросила я, помахав браслетом у нее перед носом.

— Ах да, — прощебетала она, — на прошлой неделе он отыскался. Как раз собиралась тебе сказать.

Ничего она не собиралась мне говорить. Наверняка она его нашла давным-давно, в тот самый вечер в «Уинтер гарден». А сейчас стояла вся такая невозмутимая и на ходу сочиняла историю — браслет будто бы запутался в скатерти, которую Тина сто лет как не использовала.

— Ты врешь! — возмутилась я. — Ты это сделала, потому что ненавидишь Ли.

Она с грохотом захлопнула ящик.

— А с чего мне ее любить? Помнишь, что она заявила в клубе? «Ты ведь не хочешь, чтобы тебя приняли за шлюху». С меня хватило этого дерьма в бесплатной школе. А ты, — она направила на меня акриловый ноготь, — ты предала меня, Ари. Я всегда тебя поддерживала, помогала, но ты не встала на мою сторону, когда эта чокнутая и ее стерва-мамаша на меня набросились. Уму непостижимо, как они могли оказаться родственниками Блейка? Он не имеет с ними ничего общего.

Возможно, замечание о том, что она поддерживала меня, и было справедливо, но я пропустила его мимо ушей. Меня до того взбесило придыхание, с которым она произнесла имя Блейка, что никакие аргументы не действовали.

— Оставь его в покое! — вскинулась я. — Ты о нем ничего не знаешь.

Она сложила руки на груди и язвительно усмехнулась:

— Как и ты!

— Он мой парень! Я люблю его.

На этот раз она по-настоящему рассмеялась:

— Да ладно! Ты его не любишь. И почти не знаешь. Ты с ним даже не спала. Это простая лимеренция, как у того глупого мальчишки из седьмого класса, который собирал мои волосы.

Лимеренция. Такого слова я не припоминала. Но сравнивать меня с кропающим стишки и собирающим волосы семиклассником — это слишком.

— Хорошо, — произнесла я. — Интересно, что скажет Блейк, когда я ему сообщу, как ты поступила с его кузиной? Ты-то о нем высокого мнения, но он — я уверена — чихать на тебя хотел.

Саммер закусила губу и на секунду остановила взгляд на мне. На ее лице промелькнула тревога, которая, впрочем, быстро сменилась отвращением.

— Не знаю, кем ты себя возомнила, — сказала она. — Решила, что представляешь собой нечто особенное, потому что подцепила парня, который явно не твоего поля ягода. Но это не навсегда, Ари. Скоро он все поймет.

Она задела меня за живое. Больно задела.

— Что поймет? — спросила я, волнуясь.

— Что ты скучная. Ты серая и неинтересная и самая что ни на есть посредственность.

Я онемела. Возможно, мне не следовало обращать внимания на эти слова. Но я подумала, а вдруг это правда? И на самом деле я еще хуже, чем просто посредственность. На глаза навернулись слезы.

— Ты бесишься оттого, что у меня наконец кто-то появился, — с трудом выдавила я. — У меня никогда не было парня, только одна подруга, а у тебя было все… И ты решила, что ты лучше меня.

Саммер откинула назад волосы.

— Конечно, я лучше тебя!

Я больше не могла говорить. Глаза жгло, щеки пылали. Я бросилась на улицу, мимо поливающей кустарник Тины.

— Пока, Ари! — крикнула она, но я не ответила.