Газель с золотыми копытцами : сказки Северной Африки - Коллектив авторов - Страница 83

— Доченька, с тех пор, как ты замужем, никто ни разу не постирал мой теплый стеганый халат.

— Не печалься, отец, — безропотно отвечала дочь, — завтра выстираю и халат.

На рассвете дочь подоила корову, напоила отца теплым парным молоком, испекла оладьи к завтраку, нашпиговала баранью ногу к обеду, зажарила голубков к ужину и принялась стирать толстый стеганый халат.

И так продолжалось изо дня в день, что ни вечер отец задавал дочери новую работу, и к исходу второй недели дочь с ног валилась от усталости, у нее едва доставало сил посидеть с ним вечерком. «Ну что ж, пора посылать за мужем», — подумал отец. Так он и сделал. Явился зять, и вот что наказал ему старик:

— Сейчас мы с тобой поужинаем. После ужина проскользни незаметно от жены в мою спальню, там и ложись.

У зятя вертелось на языке множество вопросов, но старик предупредил его:

— Ни о чем меня не спрашивай. Делай, как я сказал.

— Доченька, что-то я притомился сегодня, — пойду лягу пораньше, — закряхтел старик. — А ты ступай к мужу, он тебя в спальне ждет.

Дочь заботливо справилась о самочувствии отца, пожелала ему спокойной ночи. Потом, наскоро прибравшись, направилась в спальню. Она с радостью предвкушала, как они с мужем обнимут друг друга после стольких дней разлуки.

К ее великому огорчению, муж не бодрствовал, сгорая от нетерпения поскорей обнять жену, — нет, он спал мертвым сном, и его могучий храп доносился из-под белого покрывала, которое он натянул на голову.

Женщина дала волю гневу.

— Ах ты бессовестный, бессердечный человек! — вскричала она, больно ткнув пальцем спящего. — Хоть приличия ради посидел бы и подождал меня. Но это не в твоих привычках! Еще бы! Я на твоем месте от стыда сгорела бы: бросил меня здесь одну, я две недели от зари до зари гну спину на этого старого дуралея, своего отца, не помню, на каком я свете…

Но в ответ послышался еще более сильный храп. Женщина пришла в ярость. Раздеваясь на ночь, она передразнивала дрожащий голос отца:

— Доченька, с тех пор, как ты вышла замуж, никто не поил меня парным молоком с утра… Доченька, с тех пор, как ты вышла замуж, никто не пек мне оладьи к завтраку… Доченька, с тех пор, как ты вышла замуж, никто не готовил мне шпигованную баранью ногу к обеду. Доченька — то, доченька — это! Сумасшедший старый дурень! Кто я ему — вьючное животное? И ты тоже хорош, злой человек, сердце у тебя каменное… Ты и не подумал вызволить меня отсюда. Ну, погоди, наш разговор еще не закончен, я еще посчитаюсь с тобой утром!

Женщина излила свой гнев и, не желая даже прикасаться к спящему, примостилась на самом краешке постели и уснула.

Наутро события прошлой ночи всплыли в ее памяти, она резко поднялась и приготовилась хорошенько выбранить мужа, но…

Не лицо мужа-обидчика предстало ее полыхающему гневом взору, а безмятежно спокойное лицо старика отца. Он все еще мирно спал, и его седая борода на белой простыне, натянутой до самого подбородка, мерно поднималась и опускалась в такт дыханию.

Сознание своей вины будто громом поразило дочь. Она вскочила и кинулась в спальню отца. Муж еще спал.

— Вставай, скорей вставай! — принялась тормошить его жена. — Я совершила ужасный проступок, я не могу здесь оставаться ни минуты. Забери меня домой, сейчас же, сию же минуту!

Муж живо смекнул, что стряслось, и не упустил возможности извлечь пользу для себя.

— Я отвезу тебя домой, если ты, не сходя с этого места, поклянешься никогда больше мне не перечить и не оспаривать моей воли.

— Клянусь, клянусь! — с готовностью крикнула жена и силой вытащила мужа из кровати. — Бей меня, вытирай об меня ноги, делай что угодно, только забери меня домой, забери домой!

Муж в душе посмеивался, но всем видом показывал решимость и непреклонность. Он увез жену домой, и она никогда больше не уходила от него и не проявляла строптивого нрава.

Пастух-провидец

Перевод с французского И. Кушке

Понадобился одному человеку пастух. Он отправился на базар, искал весь день и только к вечеру наконец увидел плешивого, который стоял в сторонке с грустным, озабоченным видом.

На вопрос: «Не возьмешься ли ты пасти моих овец?» молодой человек ответил согласием.

Едва они отправились в путь, как пастух сказал своему хозяину:

— Возьми эти четыре су и купи нам двух мулов. Хозяин взял деньги, вернулся на базар и тут подумал:

«Этот парень сумасшедший. Как можно купить двух мулов на четыре су», — и догнал пастуха.

Пошли они дальше.

Немного погодя пастух сказал:

— Одари меня, и я тебя одарю.

«Да он и впрямь сумасшедший, — решил хозяин. — Городит невесть что!»

Проходя мимо ячменного поля, они увидели жнеца.

— Каким бы хорошим работником он был, если бы не был слеп, — сказал пастух.

Потом они увидели еще трех жнецов.

— Какими бы хорошими работниками они были, если бы им не грозила смерть, — сказал пастух.

Дальше им повстречались бараны и быки, которые паслись на летнем пастбище.

— Это был бы прекрасный дуар[29], если бы не был пуст! — сказал пастух.

Дальше повстречалось пастбище, где паслись только лошади.

— Какой прекрасный дуар! — воскликнул пастух. — Вот истинное богатство.

При виде дома пастух сказал:

— Это был бы прекрасный дом, если бы в нем не отсутствовал один камень.

Навстречу им вышла дочь хозяина:

— Как я рада, отец, что ты вернулся в добром здравии и привел с собой пастуха.

— Да, я привел пастуха, — сказал отец и добавил ей на ухо: — Но он сумасшедший.

Молодая девушка была тоже провидицей.

— А что он говорил? — спросила она.

— Сначала он дал мне четыре су и сказал, чтобы я купил два мула.

— Это значит, что он просил купить тебя две галеты.

Она объяснила и все остальное:

— Говоря: «Одари меня, и я тебя одарю», он предлагал тебе скоротать время умной, поучительной беседой. Жалея жнеца на ячменном поле, он предвидел, что ему попадет ость в глаз. Он полагал, что двое из трех жнецов могут подраться, а третий кинется их разнимать. Один из них погибнет. Знал, что вскоре пастбище с баранами и быками опустошат воры, а пастбище с лошадями принесет большие доходы своему хозяину. А когда он говорил о доме, где отсутствовал один камень, то он имел в виду меня.

Пастух стал охранять стадо своего нового хозяина.

Однажды к его дочери посваталось несколько мужчин. Не зная, кого выбрать, она приготовила кускус из пшеницы и кускус из ячменя, сварила мясо и, прикрыв его сверху листьями репы, подала блюдо гостям. Все женихи, погружая руку в еду, находили только кускус из ячменя и листья репы. Они решили, что таким угощением их может потчевать только человек, не уважающий их.

Стоя в сторонке, пастух молча наблюдал за ними. О хитрости девушки он ничего не знал. Вымыв руки, он сел перед блюдом и, раздвинув кускус из ячменя, сразу нашел пшеничный кускус и мясо.

После обеда отец отнес пустое блюдо своей дочери.

— Кто из них нашел мясо и пшеничный кускус? — спросила она.

А когда узнала, что это пастух, сказала, что он-то и будет ее мужем.

И отец выдал ее замуж за пастуха.

Об умной и хитрой женщине

Перевод с арабского В. Шагаля

Жил некогда в одном городе умный и добрый купец. Была у него жена, которая славилась своей мудростью и праведностью.

Однажды купец заболел, да так тяжело, что врачи, как ни старались, никак не могли его вылечить. И вот настал его смертный час. Позвал он жену и говорит:

— Чувствую я, что пришло время расстаться мне с жизнью. Одно жаль — дети у меня малые: старшему сыну всего шесть лет. Боюсь я, очень боюсь, что после моей смерти выйдешь ты опять замуж, и твой новый муж будет плохо относиться к детям. Обещай, что, пока дети не подрастут, замуж ты не выйдешь. Исполни все свято, только при этом условии передам я тебе все свое имущество и полное право им распоряжаться.