Миры Королева (Вся серия с 1-13 книги) - Бессонов Алексей Игоревич - Страница 546

долгие столетия, в течение которых Память о Верности сохранялась лишь

некоторыми, неспособными забыть. В те дикие времена его соплеменники

предпочитали думать не о духе, но о теле, обрастая ненужными предметами и

машинами, которые год от года становились все более сложными и - с точки

зрения Рукки - бессмысленными. Разве машины помогут слабому человеку, против

которого стоит весь окружающий его мир, сохранить завещанную Верность Отцам?

Отцам, которые привели человека в этот мир, дабы испытать его Дух и завещать

ему Службу, исполнение которой так же неотвратимо, как восход солнца?

 Нет и еще раз нет.

 Отцы ушли; и человек обязан сам найти их, дабы доказать свою нетленную

Верность и исполнить наконец завещанную Службу. Именно для этого они были

посланы сюда.

 "Что ж, - вздохнул Рукка, - человек слаб. Нам не удалось исполнить

великую Волю - на наше место придут другие".

 И он раскрыл книгу.

 Несколько часов его пальцы трепетно перебирали ломкие, гармошкой

сложенные страницы. Несколько часов бен Рукка вчитывался в волнистую вязь

Завещания, снова и снова, как в юности, отыскивая в нем свою силу. Снова

смотрел он на искусные копии древних миниатюр, что изображали Отцов во всем

их величии. Наконец, ощутив, как мелко пульсирует в жилах разогревшаяся

кровь, до глубины души проникшийся возвышенным экстазом бен Рукка спрятал

фолиант и приготовился созывать своих подчиненных на древний обряд.

 В этот момент интерком включился сигналом экстренного вызова. Бен Рукку

вызывал астроном.

 Задыхаясь неожиданной яростью, командир ответил на вызов, но не успел

произнести и слова.

 - Там!.. там!!! Я вижу Отцов, они двигаются к нам на помощь! - хрипло,

сорванно визжал астроном. - О Святое утро, как прекрасны они! Их корабли

огромны, как целый город! Они светятся, как десятки звезд!

 Не помня себя, бен Рукка выскочил из каюты и бросился по узкому коридору.

В его голове мешались, наползая одна на другую, десятки мыслей. Добравшись

до астрономической рубки, он застал корабельного астронома Гоуза в состоянии

полнейшего экстаза. Тот, как зачарованный, вглядывался в небольшой экран

универсального вычислителя, на котором, слегка подрагивая - Гоуз вывел

усиление на предел, - сверкали множеством огоньков три объекта, отдаленно

напоминающие по форме их собственный корабль. Два, увенчанные какими-то

сложными конструкциями, похожими на небольшие крылышки, были очень велики.

Рукка понимал, что на таком расстоянии данные радара весьма и весьма

относительны, но при любой погрешности эти цифры потрясли его: длина

объектов исчислялась тысячами лонов. Третий, несколько отличающийся от них

по виду, был значительно меньше, но все равно по размерам в десять раз

превосходил "Кронг".

 Рукка замер перед экраном, не произнося ни слова.

 Корабли Отцов, некогда доставившие его народ в их нынешний мир, выглядели

совершенно иначе. Если дошедшие из глубины тысячелетий рисунки были верны -

а в этом никто не сомневался, - то, во-первых, Ковчеги были намного меньше,

и формой они почти всегда напоминали сплюснутый гриб на тонкой, сужающейся

вниз ножке, а во-вторых, они никогда не были такими пугающе-черными...

 Отцы ли это?

 Рукка почувствовал, как холодные пальцы ужаса перехватывают ему горло.

Если это не Отцы, то... В глубине своей довольно лукавой души бен Рукка не

очень верил в то, что ему выпадет честь встретить Ушедших. Со времени их

ухода пролетело много времени, много тысячелетий. Уцелели ли они сами, ведь,

согласно преданиям, Отцы ушли, чтобы сражаться? А если уцелели, почему не

вспомнили о своих приемышах, заброшенных ими в такой враждебный мир?

 И с кем-то же они воевали там, среди бесконечных звездных дорог. Почему

же не допустить, что во вселенной существуют и другие разумы, также

способные на покорение далеких путей? Завещание умалчивало об этом, а что не

сказано в Книге - то неважно...

 - О, Святое утро... - вдруг застонал астроном. - Что же это?

 Один из кораблей - а Рукка уже нисколько не сомневался в том, что перед

ним именно корабли, - вдруг резко двинулся вперед, множество сверкающих на

его теле огоньков слились в тонюсенькие белые полоски. Рукке показалось, что

корабль движется прямо на них. Астроном склонился над клавиатурой своего

вычислителя, пытаясь определить скорость объекта, но не мог: черный гигант

разгонялся слишком быстро. Как зачарованный, наблюдал Рукка за движением

теряющего контуры черного пятна. Менее чем через три минуты оно превратилось

в какую-то тусклую сероватую кляксу, а потом - исчезло!

 - О, - прошептал астроном, - я не могу в это поверить... он разогнался до

сверхсветовой скорости. Как такое возможно?

 - Может быть, ошибка в исчислении? - тоже шепотом спросил бен Рукка.

 - Может быть, но почему остальные два мы видим, а третьего - нет?.. Он...

он словно размазался...

 Мгновение спустя мозг командира пронзила фантастическая догадка.

 - Мы видим их... давно! - прокричал он, вскакивая. - Несколько минут

назад!!! Передайте в пост: экстренное торможение!

 Он несся в центральный пост управления так, как не бегал никогда в жизни.

 3

 Старший штурман оторвался от висевшей перед ним клавиатуры и зачем-то

потрогал тонкий обруч системы внутренней связи, который диадемой венчал его

начавшую седеть голову.

 - Динамика неблагоприятная, - сообщил он невидимому командиру. - Они

резко снизили темп разгона. Если эта кривая сохранится на протяжении еще

трех часов, то для того, чтобы уйти из системного поля, им понадобится как

минимум месяц.

 - Что это может значить? - поинтересовался Волльмер у главного инженера,

застывшего перед стойкой боевых сканерных систем.

 - Только то, о чем я уже говорил, - ответил тот с нескрываемым

раздражением. - У них авария. Вот, видите, - ткнул он пальцем в небольшой

экран, на котором мерно бились три жилки: две были насыщенно-красными, а

третья - розовой. - Насколько я понимаю, это нечто вроде триггерного

стабилизатора потока. Средняя ступень - вот, полюбуйтесь - едва дышит. Я уже

стал кое-что соображать в этой допотопной машинерии... они сняли нагрузку с

главного двигателя - он у них один, - потому что теряют контроль над

плазмой, или что там у них еще... Поток вышел из-под контроля, понимаете?

 Волльмер поморщился. В потоках плазмы он разбирался плохо. Когда-то, еще

в Академии, ему читали курс по истории звездоплавания, в который входили

базовые познания в области истории техники, но зачетов по курсу не было,

слушали его, соответственно, вполуха, а уж сейчас, по прошествии пятидесяти

лет, вспомнить не удавалось вообще ничего.

 - И что с ними будет? - спросил он.

 Варнезе пожал плечами. Сонная нерешительность командира начинала

раздражать его. Сам он готов был уже сейчас начать маневр сближения с

загадочным субсветовиком, дабы познакомиться с его командой, но, разумеется,

командовал здесь он, генерал Волльмер, а полковнику Варнезе оставалось одно

- подчиняться.

 - Наверное, - вдруг задумался первый пилот майор Гоше, - они попробуют

обойти систему, оттолкнувшись от поля внешней планеты, и вернуться назад.

Понятно ведь, что с такой скоростью они далеко не уйдут. Никакой жизни не

хватит...

 - Это вы бы так сделали, - едко отозвался Варнезе. - А они, с их-то

энерговооруженностью?

 - Тихо, тихо! - махнул рукой Волльмер. - Что вы на все это скажете,

Мелеш? А? Может, у вас есть особое мнение?

 У ксенолога особого мнения не имелось. Он высосал уже всю фляжку, чуточку