Мираж черной пустыни - Вуд Барбара - Страница 129

— Покажи свой пропуск, мама.

Она протянула ему пропуск.

Пока один аскари изучал ее фотографию и данные, второй, молодой мужчина из племени эмбу, с ног до головы осматривал Ваньиру.

— Что ты здесь делаешь, мама? — спросил первый, возвращая ей пропуск.

Она повернулась к ним спиной, чтобы показать корзину с марантами.

— Хочу немного поторговать.

— А почему здесь? Почему не на рынке?

— Ха! На рынке слишком большая конкуренция! А мне нужны деньги. Мой ленивый и никчемный муженек все деньги спускает на пиво!

— Для таких красавиц, как ты, существует более простой способ заработать, — сказал второй, улыбаясь.

— Сэр, я правоверная мусульманка. Ваши слова для меня оскорбительны!

Они задумчиво рассматривали ее. Ваньиру очень хотелось посмотреть на часы, но она не осмеливалась.

— Откуда ты? — поинтересовался первый.

— Там в пропуске все написано.

— А ты сама скажи.

Она изо всех сил пыталась сохранить беспечный вид, удержать улыбку на лице. Пройдя через множество таких вот быстрых допросов, она должна достойно пережить и этот.

— С севера мы, — ответила она. — Жили у самой границы.

— Сегодня пятница, мама, — заметил второй солдат. Он больше не улыбался. — Почему ты не в мечети?

Сердце Ваньиру бешено заколотилось. Как она могла забыть!

— Мой муж молится за двоих. Аллах простит. Он понимает нужду.

Второй аскари, прищурившись, внимательно рассматривал ее. Ваньиру запаниковала. Ей показалось, что она его где-то уже видела, но никак не могла вспомнить, где и когда. Он что-то прошептал своему напарнику. Ваньиру почувствовала, как по ее спине побежал ручеек пота, подумала о тех женщинах, которые стояли сейчас вокруг отеля «Норфолк». А вдруг кто-то из них занервничает и начнет атаку, не дожидаясь сигнала?

Она отчаянно желала уйти отсюда, добраться до своей позиции. И при этом необходимо было выглядеть абсолютно спокойной. Эти двое аскари не должны ничего заподозрить!

Наконец, к ее огромному облегчению, они разрешили:

— Можешь идти, мама. И держись подальше от неприятностей.

— Иншалла, — ответила она, махнула им рукой и пошла прочь.

Ваньиру взглянула на часы: без четырех минут час, увидела Сибилл, которая бросала на нее нетерпеливые взгляды. Остальные тоже начали нервно шевелиться.

«Подождите, — думала Ваньиру, — ничего пока не предпринимайте…»

Тактике внезапной атаки научил своих собратьев Леопард. Он показал им все то, чему его обучили в британской армии, то, что делали террористы в тех странах, где ему довелось воевать. Ваньиру знала, что женщины обязаны были одновременно поджечь и бросить свои шашки. Все должно произойти стремительно, чтобы не дать солдатам возможности быстро отреагировать. В противном случае все усилия окажутся напрасными.

Ее задержало у обочины дороги плотное автомобильное движение. Она глядела через дорогу на Сибилл, которая поднялась на ноги и запустила руку в складки одежды. Было без двух минут час, и женщины тайком начали доставать спички. Когда минутная стрелка покажет без одной минуты час, они должны будут достать взрывчатку и ждать окончательного сигнала.

На дороге образовалась пробка, машины встали. Водители отчаянно сигналили, выхлопные газы кружили голову. Решив, что времени у нее больше нет, Ваньиру покрепче ухватила детей и побежала между машинами и грузовиками. Какофония сигналов и визга тормозов еще больше усилилась. Перебравшись через дорогу, она запрыгнула на тротуар, едва увернувшись от военного мотоцикла, который с ревом пронесся мимо, и встретилась взглядом с Сибилл.

Ваньиру запустила руку в карман платья, в котором заранее проделала дыру, нащупала взрывчатку.

Посмотрела на часы.

Женщины ждали сигнала.

Минутная стрелка невыносимо медленно двигалась к двенадцати. Кровь бешено пульсировала в ушах. Она не слышала уличного шума вокруг себя: ни гудения машин, ни голосов людей. Теперь существовали только стрелка часов и динамитная шашка в ее руке. Осталось всего несколько секунд… Когда стрелка встанет вертикально на цифре двенадцать, Ваньиру закричит: «Матери Кении, вперед!» и восемнадцать динамитных шашек мигом окажутся в ресторане, где собрались белые поселенцы.

Всего несколько секунд…

— Эй, мама! — раздался окрик.

Она резко обернулась.

Двое ополченцев бежали к ней через улицу.

Ваньиру похолодела. Что делать? Давать сигнал или бежать?

— Что… — только и успела вымолвить она, когда они достали свои пистолеты и выстрелили в воздух.

Пешеходы врассыпную бросились с тротуара. Британские солдаты бежали вниз по лестнице «Норфолка», нацелив автоматы на Ваньиру. Сибилл кинулась бежать, остальные тоже спасались бегством.

— Ты Ваньиру Матенге! — закричал тот аскари, что был из племени эмбу. — Я вспомнил, что уже видел тебя раньше!

— Ты ошибся! — закричала она, и тут сердце ее бешено заколотилось: много лет назад он работал в туземном госпитале санитаром.

— Мы это проверим, — заверил британский капрал, грубо хватая ее за локоть. — Пойдешь с нами для выяснения личности.

Заплакала Ханна. Ваньиру подхватила ее и, держа обоих детей на руках, проследовала за солдатами в военный грузовик.

50

Мона писала:

Услышав на веранде шаги, Мона подняла глаза и увидела Грейс, на которой был накрахмаленный белый халат, на шее висел стетоскоп.

— Пришла спросить, не слышно ли чего-нибудь о том грузе, который я жду. Есть новости?

— Нет, пока ничего не известно, тетя.

Грейс нахмурилась. Ей очень нужна была новая партия вакцины против полиомиелита из Америки, и она молилась, чтобы груз не оказался разграблен May May.

— С удовольствием выпила бы чайку, — сказала Грейс. — Ты как?

Мона не переставала восхищаться неисчерпаемой энергией своей тетушки. В свои шестьдесят пять лет Грейс продолжала управлять огромной миссией с энтузиазмом и деловой хваткой молодой женщины.

Мона отложила ручку и последовала за тетей в кухню, где Марио нарезал окорок для холодного ужина. На закате он покинет дом, и двери за ним запрут на все засовы.

— Слава богу, что чайные плантации не пострадали от May May, — сказала Грейс, отмеряя нужное количество чая «Графиня Тривертон» и засыпая его в заварочный чайник. — Британцы тут же сдались бы, если бы им угрожала опасность остаться без чая!

Слуга с широкой улыбкой поглядел через плечо.

Мона улыбнулась ему в ответ и покачала головой. Именно благодаря редкостному бесстрашию Грейс перед лицом такой огромной опасности ее миссия продолжала работу, в то время как другие были заброшены. May May еще дважды атаковали ее миссию, но она по-прежнему не сдавалась. Несмотря на то что рядом теперь располагались войсковые части, а в новостях ежедневно сообщалось об изуродованных телах африканцев, покалеченной скотине, кошках, насажанных на штакетник, несмотря на непрекращающийся гул аэропланов, летающих над лесом и передающих призывы к террористам выйти и сдаться, Грейс каким-то чудом удавалось сохранять спокойствие и оптимизм.