Мираж черной пустыни - Вуд Барбара - Страница 97

— Это южноафриканские орхидеи — орхидеи диза. Они любят цепляться корнями за стенки, и потому их лучше выращивать в маленьких горшочках.

Затем они вымыли руки, и сели пить чай. Нджери сервировала стол и удалилась. Вскоре начал собираться дождь. Ветер гнал по небу темные комья облаков. Когда сверху посыпались первые капли, Роуз сказала:

— Мне пора.

Но Карло вдруг взял ее за руку и возразил:

— Нет, не уходите. Хотя бы раз, Роза, останьтесь со мной.

Ее сердце затрепетало. Она опустила взгляд на смуглую руку, держащую ее запястье, — его первое настоящее прикосновение. Оно взволновало и немного испугало ее.

— Вы боитесь меня, Роза? — спросил он мягко. Карло поднялся на ноги и приблизился к ней почти вплотную. — Оставайтесь, — прошептал он. — Оставайтесь сегодня со мной.

— Нет…

— Но почему? — Он коснулся ее волос свободной рукой. — Вы хотите уйти, Роза?

Она закрыла глаза.

— Нет.

— Тогда оставайтесь.

От его близости у нее закружилась голова. Ароматы сотен цветов, переполнявшие жаркий, влажный воздух теплицы ударили ей в голову. Его пальцы касались ее запястья и волос. Несмотря на то что их отношения были сугубо платоническими, мысли о Карло Нобили занимали ее каждую свободную минуту, не говоря уже о снах. Днем в ее поведении не было и намека на близость, а по ночам она фантазировала.

Почувствовав на своих губах его губы, она открыла глаза и отстранилась. Но он удержал ее и произнес:

— Скажи мне, что ты не любишь меня, Роза. Скажи.

— Синьор, пожалуйста, отпустите меня.

— Меня зовут Карло. Я хочу это услышать. — Он прижал ее к себе. — Ты любишь меня? Если нет, так и скажи, и я тебя отпущу.

Она посмотрела в его темные глаза и утонула в них.

— Да, — прошептала она. — Я люблю тебя.

Он отпустил ее. Улыбнулся и нежно обхватил ее лицо руками. Роуз старалась совладать с собой, но почти не почувствовала его поцелуя.

— Скажи мне, чего ты боишься, дорогая, — шептал он. — Мы здесь одни. Нас никто не увидит. Я хочу любить тебя. Хотел с того самого момента, когда открыл глаза и увидел перед собой ангела.

— Нет…

— Почему?

«Ты возненавидишь меня, — подумала она. — Я разочарую тебя, и ты больше не будешь меня любить. Так же, как Валентин…»

Она склонила голову.

— Потому что… мне это не нравится…

— Значит, я сделаю так, чтобы тебе понравилось. — Он приобнял ее и повел к кровати. Она напряглась и приготовилась сопротивляться ему, но, к ее удивлению, он и не думал ее уложить, а вместо этого предложил сесть.

Дождь сильно барабанил по стеклянной крыше. Карло зажег лампу и сел на кровать рядом с Роуз. Он обнял ее за плечи и подался назад, так что они оба теперь сидели, прислонясь к стене. Они сидели и слушали шум дождя.

Роуз была в замешательстве. Часть ее естества стремилась к нему, но другая противилась этому. Она испытывала нечто похожее на страсть, но мысленно не была готова к чему-то большему, чем поцелуй или нежное прикосновение. Дальше простиралась полоса страха.

Он начал гладить ее по волосам. Поцеловал в лоб. Зашептал что-то на итальянском. Она чувствовала тепло его тела через шелковую рубашку, его напрягшиеся мускулы, свидетельствующие о недюжинной силе. У Карло хватило бы сил, чтобы принудить ее, как это некогда сделал Валентин. Если бы он поступил так, то все очарование их отношений улетучилось бы навсегда.

Но в действиях Карло не было никакого нажима. Роуз не ощущала настойчивости, которую проявлял Валентин. Охваченная теплом и тусклым светом, заполнявшим небольшую постройку, окруженная зарослями папоротника, вьющихся лоз и тропических цветов, Роуз позволила себе расслабиться. Она прижалась теснее к нему, подобрав ноги и опустив голову ему на плечо. Это становилось похожим на сон — звук его мягкого голоса, прикосновения, его успокаивающая близость.

Затем его рука опустилась на бедро.

— Нет, — сказала она.

— Пожалуйста, — прошептал он. — Дай мне позаботиться о тебе, дорогая.

Она постаралась расслабиться, привыкнуть к его прикосновению, но его рука двинулась выше, и она запаниковала.

— Роза, — сказал он, почувствовав, что она напряглась. — Посмотри на меня.

— Я…

— Посмотри на меня.

Она подняла голову. Его глаза были в нескольких сантиметрах от нее. Его обожающий взгляд полностью занял ее внимание, в то время как рука продолжала свое нежное путешествие.

— Раздвинь ноги, — прошептал он. — Совсем немного.

— Нет.

— Не бойся меня, Роза.

Его рука пробиралась все дальше.

Она задышала часто и напряглась всем телом.

— Тише, — шептал он. — Не сопротивляйся мне. Расслабься, дорогая.

— Что ты… — начала она, но осеклась на полуслове.

— Продолжай смотреть на меня, Роза. Я люблю тебя. И я говорю тебе, как сильно я тебя люблю.

С ней происходило что-то странное. Роуз от изумления потеряла дар речи. Рука Карло двигалась очень медленно; он смотрел ей прямо в глаза.

С ее губ сорвался стон.

— Иди ко мне, Роза, — сказал он. — Иди же.

Его взгляд словно парализовал ее, она не могла пошевелиться. Но что-то происходило.

— Постой, — прошептала она. — Я сейчас…

— Что? Что ты сейчас?

Его рука продолжала ритмично ласкать ее.

— Да, — шептала она. — О да.

Когда по всему ее телу прокатилась волна, она вскрикнула и, кажется, упала в его объятия.

Карло приподнял ее подбородок и приник к ее губам.

— Карло, — выдохнула она. — О, Карло!

— Расскажи мне о своих мечтах, дорогая. Расскажи мне о них.

В ее глазах заблестели слезы. Однажды у нее была мечта. Много лет назад, когда она только приехала в Кению. Ей хотелось стать настоящей женщиной. Ей казалось, что Восточная Африка позволит ей получить от жизни все. Но вместо этого горные ветры унесли с собой ее энергию.

Но сегодня, укрывшись от дождя, в объятиях Карло Роуз снова начала мечтать.

Она вдруг встала с кровати и направилась к двери.

— Нджери, — позвала она, стараясь перекричать шумящую стихию. Девушка устроилась в беседке и ждала свою госпожу. — Нджери, возвращайся обратно домой. Я остаюсь здесь. Если кто-нибудь позвонит или придет ко мне, скажи, что я лежу в кровати с головной болью и не хочу, чтобы меня беспокоили. Ты поняла?

Девушка слегка удивленно посмотрела на стоящую в дверях хозяйку. Потом сказала:

— Да, госпожа.

Закрыв за собой дверь, Роуз обернулась и посмотрела на Карло, встретив его нежный взгляд.

— Дорогая, — сказал он. — Ты готова помечтать вместе со мной?

— Да.

— И ты больше не будешь бояться?

— Нет, — ответила она. — Я больше не буду бояться.

Она нашла его в роще: он смотрел на луну и звезды. Ветер трепал его волосы, на лице застыло сосредоточенное выражение. Сейчас он показался Роуз особенно красивым. Высокий, без рубашки, лунный свет озарял его накачанные руки и спину призрачным сиянием. В своем великолепии он был похож на только что сотворенное создание, как Адам в райском саду — первозданный, неземной и одинокий.

Подойдя поближе, она увидела шрамы на его спине, и ее сердце наполнилось болью. В течение тех двух месяцев, что они жили вместе, в полной мере наслаждаясь своей любовью, она несколько раз слышала, как Карло кричит во сне. Она успокаивала его, а он плакал, решившись наконец рассказать ей про лагерь и про то, каким издевательствам подвергались его люди. Чувство вины не давало покоя генералу Нобили. Его мучили угрызения совести. Он уверился в мысли, что бросил своих людей, хотя должен был разделить их участь.

Она подошла к нему и коснулась его руки.

— Война заканчивается, — сказала он, и ветер отнес его слова.

— Я знаю.

Он обернулся и посмотрел на нее.

— Настал конец нашему счастью. Так больше продолжаться не может.

Она кивнула.

— Ты останешься с ним? — спросил Карло.

Последние восемь недель они старательно избегали эту тему. Но вопрос не оказался для Роуз неожиданным, она знала, что рано или поздно на него придется ответить.